Выход из голодовки: Как правильно выходить из голодания, чтобы не вредить здоровью?

Содержание

Как правильно выходить из голодания, чтобы не вредить здоровью?

На данный момент существует множество систем голодания. Они отличаются по срокам, дополнительным процедурам, но важно при этом правильно прекратить процесс. От выхода из голодания зависит эффективность всего процесса.

Почему выход так важен?

Неправильный выход из голодания может привести к серьезным последствиям. Возможны даже случаи летального исхода из-за неправильного выхода из голодания, например, если человек заблудился в тайге и голодал 20 дней, а потом сразу набросился на твердую пищу. Период восстановления должен занимать определенное время, чтобы выполнить все функции:

  • выведение свободных токсинов из организма;
  • обеспечение постепенного перехода на ежедневное меню;
  • запуск нормальной работы пищеварения;
  • перестроение организма на внешние источники энергии и питания;
  • восстановление работы всех органов, снижение рисков для здоровья;
  • смягчение стресса, получаемого организмом;
  • снижение рисков возникновения осложнений.

В самом начале выхода из голодовки, при употреблении первого напитка, можно почувствовать сильный приступ голода. Это происходит за счет того, что пищеварительные рецепторы вновь начинают ощущать вкус пищи, и желудок посылает сигналы в мозг. Процесс необходимо контролировать, чтобы не нарушить систему пищеварения и не стать обжорой.

Очень важно во время всего процесса принимать витамины и минералы! Отличным примером поливитаминного комплекса является продукт компании Siberian Wellness — Ритмы здоровья. Все витамины, микроэлементы и растительные экстракты в составе комплекса подобраны таким образом, чтобы одновременно решать две задачи: восполнить дефицит основных витаминов, витаминоподобных веществ и микроэлементов и способствовать гармонизации биологических ритмов организма.


Внимание! В момент окончания голодания в крови еще есть вещества, которые токсичны для организма. Если не соблюдать восстановительный период, то все токсины из крови возвратятся в клетку и весь процесс пройдет впустую.

Когда нужно выходить?

В процессе голодания важно не просто соблюдать систему, но и прислушиваться к своим ощущениям. При выборе определенного срока необходимо понимать, что авторы всех методик дают условный период. Но в реальности у каждого свои индивидуальные особенности организма, на которые стоит ориентироваться.

Выходить из голодания необходимо в следующих случаях:

  • внезапное чувство голода, которого не было на протяжении нескольких дней;
  • начались потери веса, более чем на полкило в день;
  • сам процесс перестал приносить удовольствие, стал стрессом для организма;
  • исчезает налет на языке;
  • склеры глаз становятся чистыми и очищаются от мутности;
  • моча светлеет и перестает резко пахнуть;
  • появились боли в сердце.
Внимание! При наличии этих признаков можно смело заканчивать процесс, поскольку для организма он уже завершен и при правильном выходе даст все нужные результаты.

Есть моменты, когда процесс голодания необходимо срочно прерывать. Это случается при резком ухудшении состояния, ежедневных обмороках, рвоте с кровью, тахикардии. Но при срочном прекращении процесс считается незаконченным.

Основные рекомендации

Большинство специалистов считают, что восстановительный процесс должен длиться столько же, сколько и само голодание или даже вдвое дольше.

Выход делится на три основные фазы:

  1. Соковая диета. Первые дни нужно пить воду с сахаром, затем можно переходить на разбавленные овощные или фруктовые соки. Неразбавленные соки пить нельзя, т. к. они могут очень сильно раздражать желудок и кишечник из-за наличия органических кислот или дубильных веществ в зависимости от вида сока. Также хорошо подходит профильтрованный и разбавленный отвар шиповника. Пить через трубочку или мелкими глоточками. Первые дни по 2 стакана в сутки, затем ежедневно добавлять по одному стакану.
  2. Фаза жидкой диеты. Постепенно нужно перейти на пюре и жидкие блюда. На первых порах надо ограничиться овощными бульонами без специй. Затем готовить жидкие каши на воде, кисели. Важно на этой фазе наращивать калорийность постепенно, прибавляя не больше 100 ккал в сутки.
  3. Переход к твердой еде. Едят по-прежнему небольшими порциями. Еда должна быть приготовленной на пару или отварной, мясо разрешено только нежирное, лучше его есть только в протертом виде. Каши на этой фазе готовятся более густыми, а в супы можно добавлять овощи. Можно начать употреблять кисломолочные продукты. Рацион похож на диету № 1 (стол № 1 по Певзнеру), который подходит после обострения гастрита: главным является принцип механического, термического и химического щажения желудка, поэтому исключаются овощи и фрукты с грубой клетчаткой, отруби, жирное мясо, острые, кислые, соленые продукты и т. п. Пища должна быть мягкой, не требующей больших затрат на переваривание.

В фазе жидкой диеты вам в помощь — Питательный коктейль Ванильная лукума — Yoo Gо, содержащий витамины, аминокислоты и полезные жиры. Каждая порция — это полезный перекус без сахара, наполненный пищевыми волокнами, омега-3 ПНЖК, белком и L-карнитином. Сбалансированный состав обеспечивает организм жизненно важными нутриентами и помогает сохранить ощущение сытости долгое время.

Чуть позже можно будет подключить Detox-батончик со вкусом «Манго» — Yoo Gо. Каждый батончик — это два вида протеина (мицеллярный казеин и концентрат сывороточного протеина), настоящие кусочки манго, яблочный сок и природный антиоксидант — астаксантин.


    Внимание! Бобовые, мясо и прочую тяжелую пищу лучше вводить в меню как можно позже.

    Есть и другие рекомендации для облегчения процесса:

    • принимать пищу лучше сидя;
    • питание должно быть дробным;
    • надо тщательно пережевывать еду;
    • нужно избегать блюд с большим количеством компонентов.

    Кому нельзя голодать?

    Голодание противопоказано беременным и кормящим женщинам. Нельзя голодать детям, т. к. у них еще не до конца сформирован обмен веществ и голодание в детстве может привести к заболеваниям в зрелом возрасте. Всем остальным рекомендуется проконсультироваться с врачом.

    Если неукоснительно соблюдать все правила, то выход из голодания не будет сложным, и организм легко адаптируется.

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает?

    https://ria.ru/20210407/golod-1727078287.html

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает?

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает? — РИА Новости, 07.04.2021

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает?

    Можно ли похудеть при помощи голодания, и опасно ли оно для здоровья? Что ни в коем случае нельзя делать при выходе из голодания (иначе можно умереть)? И сколько дней «нужно» ничего не есть? Разбираем, что такое лечебное голодание, которое начали применять еще в официальной медицине СССР (даже для лечения шизофрении и бронхиальной астмы).

    2021-04-07T12:00

    2021-04-07T12:00

    2021-04-07T12:00

    правда тела

    общество

    питание

    диеты

    подкаст

    /html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

    /html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

    https://cdnn21. img.ria.ru/images/07e5/04/06/1727077822_0:2:640:362_1920x0_80_0_0_7449694a0b6b96d6d29f1f9ba93a9e06.png

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает?

    Можно ли похудеть при помощи голодания, и опасно ли оно для здоровья? Что ни в коем случае нельзя делать при выходе из голодания (иначе можно умереть)? И сколько дней «нужно» ничего не есть? Разбираем, что такое лечебное голодание, которое начали применять еще в официальной медицине СССР (даже для лечения шизофрении и бронхиальной астмы).

    audio/mpeg

    «Правда тела». Голодание. Лечит или убивает?

    Можно ли похудеть при помощи голодания, и опасно ли оно для здоровья? Что ни в коем случае нельзя делать при выходе из голодания (иначе можно умереть)? И сколько дней «нужно» ничего не есть? Разбираем, что такое лечебное голодание, которое начали применять еще в официальной медицине СССР (даже для лечения шизофрении и бронхиальной астмы).

    audio/mpeg

    Управляемый стресс и кетоз: что происходит с организмом на каждом сроке голодания? Реально ли голодать дома? И почему выход из голодания должен начинаться всего с одной ложки киселя? Объясняет врач-терапевт, специалист по разгрузочно-диетической терапии, а также марафонец и триатлет Александр Барвинский. 04:10 Разгрузочно-диетическая терапия: что это (и как она появилась)08:06 “Эту терапию начали применять еще в психиатрии”: зачем и кому нужно голодание 09:40 Что происходит с организмом при голодании 16:04 Сколько времени нужно голодать (и что происходит на каждом сроке)17:45 Как технически происходит вход в голодание25:50 “Минимум 20 км в день”. Почему голодающему нужно двигаться, а не лежать27:25 Выход из голодания (основные проблемы и как их избежать)30:35 “От неправильного выхода из голода можно умереть”31:47 Как голодать дома 33:39 “Разгрузочный день как средство искупления грехов после застолья”36:00 Откуда миф, что “при голодании первым делом уходят мышцы”37:40 65 дней без еды и воды: эксперимент Алена Бомбара. Можно ли “умереть от страха”40:35 Сколько веса человек теряет за неделю голодания ( и сколько кг потом вернется)41:45 Выход из голода как перезагрузка отношений с едойПодкаст «Правда тела» выходит по средам.Слушайте подкасты РИА Новости и подписывайтесь на них в мобильных приложениях: для iPhone — iTunes, для Android — Google Podcasts. С любым устройством вы можете использовать Яндекс.Музыка, Castbox и Soundstream. Скачайте выбранное приложение и наберите в строке поиска «РИА Новости» или название подкаста.Как и где бесплатно подписаться на подкасты________Редактор Наталия ШашинаМонтаж Анастасии ПаниотиПомогите сделать подкасты РИА Новости еще лучше. Пройдите опрос и расскажите о своих впечатленияхСпрашивайте нас, предлагайте нам, спорьте с нами: [email protected]Слушайте наши подкасты ВКонтакте, подписывайтесь на наш профиль в Инстаграме и канал в Яндекс.Дзене

    РИА Новости

    [email protected]

    7 495 645-6601

    ФГУП МИА «Россия сегодня»

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

    2021

    РИА Новости

    [email protected]

    7 495 645-6601

    ФГУП МИА «Россия сегодня»

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

    Новости

    ru-RU

    https://ria.ru/docs/about/copyright.html

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

    РИА Новости

    [email protected] ru

    7 495 645-6601

    ФГУП МИА «Россия сегодня»

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

    https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e5/04/06/1727077822_78:0:562:363_1920x0_80_0_0_e64a412fd288614ae7861da622d80148.png

    РИА Новости

    [email protected]

    7 495 645-6601

    ФГУП МИА «Россия сегодня»

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

    РИА Новости

    [email protected]

    7 495 645-6601

    ФГУП МИА «Россия сегодня»

    https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

    общество, питание, диеты, подкаст, аудио

    Можно ли похудеть при помощи голодания, и опасно ли оно для здоровья? Что ни в коем случае нельзя делать при выходе из голодания (иначе можно умереть)? И сколько дней «нужно» ничего не есть? Разбираем, что такое лечебное голодание, которое начали применять еще в официальной медицине СССР (даже для лечения шизофрении и бронхиальной астмы).

    Управляемый стресс и кетоз: что происходит с организмом на каждом сроке голодания? Реально ли голодать дома? И почему выход из голодания должен начинаться всего с одной ложки киселя? Объясняет врач-терапевт, специалист по разгрузочно-диетической терапии, а также марафонец и триатлет Александр Барвинский.

    04:10 Разгрузочно-диетическая терапия: что это (и как она появилась)

    08:06 “Эту терапию начали применять еще в психиатрии”: зачем и кому нужно голодание

    09:40 Что происходит с организмом при голодании

    16:04 Сколько времени нужно голодать (и что происходит на каждом сроке)

    17:45 Как технически происходит вход в голодание

    25:50 “Минимум 20 км в день”. Почему голодающему нужно двигаться, а не лежать

    27:25 Выход из голодания (основные проблемы и как их избежать)

    30:35 “От неправильного выхода из голода можно умереть”

    31:47 Как голодать дома

    33:39 “Разгрузочный день как средство искупления грехов после застолья”

    36:00 Откуда миф, что “при голодании первым делом уходят мышцы”

    37:40 65 дней без еды и воды: эксперимент Алена Бомбара. Можно ли “умереть от страха”

    40:35 Сколько веса человек теряет за неделю голодания ( и сколько кг потом вернется)

    41:45 Выход из голода как перезагрузка отношений с едой

    Подкаст «Правда тела» выходит по средам.

    Слушайте подкасты РИА Новости и подписывайтесь на них в мобильных приложениях: для iPhone — iTunes, для Android — Google Podcasts. С любым устройством вы можете использовать Яндекс.Музыка, Castbox и Soundstream. Скачайте выбранное приложение и наберите в строке поиска «РИА Новости» или название подкаста.Как и где бесплатно подписаться на подкасты

    Редактор Наталия Шашина

    Монтаж Анастасии Паниоти

    Помогите сделать подкасты РИА Новости еще лучше. Пройдите опрос и расскажите о своих впечатленияхСпрашивайте нас, предлагайте нам, спорьте с нами: [email protected]Слушайте наши подкасты ВКонтакте, подписывайтесь на наш профиль в Инстаграме и канал в Яндекс. Дзене

    Выход из голодания: рецепты

    В прошлой статье мы затронули тему лечебного голодания. Обязательно почитай ее, мы не рекомендуем самостоятельно использовать такие методы. Следует обратиться к специалисту, который направит на обследование, подтвердит безопасность голодания для организма, сам назначит сроки и подберет рацион для входа и выхода.

    Но если ты все-таки по какой-то причине не ел несколько дней (не имеет значения, голодал намеренно или денег не было), мы обязаны поделиться несколькими рецептами для выхода из голодовки. Помни золотое правило: не бросайся сразу на еду.

    Выход из голодания проходит в три этапа:

    Этап №1: Соковая диета

    В этот период можно пить только свежевыжатые соки из несладких фруктов. Пить нужно по четверти стакана каждые два часа, но делать это очень медленно. Важно делать себе именно свежевыжатые соки, а не покупать концентрированные, и уж тем более с сахаром.

    Этап №2: Овощи и фрукты.

    На этом этапе в рацион вводятся салаты, овощные легкие супы и компоты. Но все это пока без соли и сахара, временно довольствуйся чистым вкусом. Кстати, такие эксперименты в дальнейшем действительно могут помочь отказаться от большого количества сахара и соли в еде, если с этим есть проблемы.

    Этап №3: Почти как обычно.

    Возвращаемся к привычному питанию, но на первых парах не трогаем мясо, яйца и бобовые — это все еще слишком тяжелая еда для организма, ему нужно попривыкнуть. Зато крупы уже можно, так что утренняя овсянка с сухофруктами вполне способна порадовать после столь длительных ограничений.

    Ну а теперь несколько рецептов для второго этапа, чтобы выход из голодания был максимально вкусным.

    Цветной салат

    Ингредиенты:

    • капуста белокочанная — 300 гр.,
    • огурец — 2 шт. маленьких или 1 большой,
    • красный болгарский перец — 1 шт.,
    • желтый болгарский перец — 1 шт.,
    • петрушка — по вкусу.

    Приготовление:

    1. Капусту очистить от верхних листьев, вымыть и нашинковать.
    2. Перцы вымыть, очистить от семян и нарезать соломкой или полукольцами.
    3. Огурцы также хорошо вымыть, разрезать вдоль и нарезать тонкими полукольцами.
    4. Смешать овощи, украсить салат петрушкой.

    Важно: все овощи нужно тщательно вымывать, особенно если они из магазина, а не собственного огорода. Организм после голода очень восприимчив к любым веществам. Чтобы максимально себя обезопасить и сделать выход комфортным — воспользуйтесь специальными средствами для мытья овощей и фруктов, которые помогут смыть нитраты с поверхности плода.

    Овощной микс

    Можно мешать вообще любые овощи по своему вкусу, но есть сочетания, проверенные не одним поколением людей.

    Ингредиенты:

    • капуста белокочанная — 500 гр.,
    • болгарский перец — 4 шт.,
    • морковь — 2 шт.,
    • чеснок — 2 зубчика,
    • растительное масло — совсем немного для заправки, но чтобы не перегружать неподготовленный организм жирами.

    Приготовление:

    1. С капусты снять верхние листья, вымыть ее и нашинковать.
    2. Перцы вымыть, очистить от семян и нарезать тонкой соломкой. Для поднятия настроения рекомендуем брать разноцветные перцы.
    3. Морковь очистить, вымыть и натереть на крупной терке.
    4. Очистить и измельчить чеснок.
    5. Овощи тщательно перемешать с небольшим количеством масла и дать салату постоять около часа, после чего можно подавать.

    Томатный суп

    Ингредиенты:

    • томаты — 400 гр.,
    • морковь — 2 шт.,
    • цукини — 1 шт.,
    • сельдерей — 1 стебель,
    • красный лук — 1 головка,
    • растительное масло — по желанию и совсем немного.

    Приготовление:

    1. Морковь, сельдерей и красный лук нарезать кубиками удобной величины. Рекомендуется 1-1,5 см., но это опционально.
    2. Можно чуть припустить овощи на растительном масле либо сразу залить водой и варить.
    3. Томаты очистить от шкурки, нарезать кубиками и добавить к остальным овощам.
    4. Довести суп до кипения, накрыть крышкой кастрюлю и варить на медленном огне около двадцати минут.

    Это лишь несколько рецептов того, как разнообразить свое фруктово-овощное питание. Но помните, перед голоданием обязательно проконсультируйтесь с врачом, чтобы не навредить своему организму.

    Как долго человек может держать «голодовку протеста»

    • Дарья Прокопик
    • для ВВС News Украина

    Автор фото, Getty Images

    Підпис до фото,

    Один из первых инициаторов голодного протеста в XX веке Махатма Ганди во время голодания в 1930 году

    Украинский режиссер Олег Сенцов, приговоренный в Российской Федерации к 20 годам заключения, 14 мая объявил бессрочную голодовку с требованием освободить всех украинских политзаключенных.

    Активист Владимир Балух, осужденный в Крыму, голодает более 100 дней. Что происходит с организмом на таких значительных сроках голодания?

    Сколько может длиться голодание?

    В 1981 году в британской тюрьме началась громкая акция голодного протеста ирландских заключенных.

    Десять из них, в том числе глава протеста, умерли. Их голодание длилось от 46 до 73 дней без медицинской поддержки. Остальные остановили протест и обратились за медицинской помощью.

    Есть ли срок голодания, на котором изменения становятся необратимыми? Есть мнение, что здоровый человек может голодать до трех месяцев. Но чаще отмечают, что единого срока голодания, на котором оно становится фатальным, нет.

    Автор фото, Getty Images

    Підпис до фото,

    Одна из самых известных массовых политических голодовок в Европе — заключенные бойцы ИРА голодали против действий британского правительства. Десять участников умерли один за другим

    В 2007 году Британская служба здравоохранения опубликовала рекомендации по заботе о людях, вставших на путь протестной голодовки. В них пишут, что здоровый человек может голодать 6-8 недель без особых рисков. Больные люди подвергаются гораздо большей опасности в случае голодания и могут умереть в течение трех недель.

    Продолжительность возможного и относительно безопасного голодания зависит от запасов тела. Люди, которые полноценно питались, могут продержаться немного дольше.

    Организмы отличаются и по количеству жировых запасов, которые до определенного предела помогают выдержать голодание. Медицинское обслуживание и введение витаминов, глюкозы и электролитов может помочь при голодном протесте и уменьшить угрозу внезапной смерти или необратимого повреждения.

    Что происходит в теле во время голода?

    Голодный протест — это существенный риск для жизни и здоровья человека. Трудно сделать прогноз и гарантировать, что все хорошо закончится даже при должном попечении и прекращении протеста после удовлетворения требований.

    Взрослому человеку нужно как минимум 1200 калорий в день для поддержания температуры тела, сердцебиения и работы мозга. Еще около 400 калорий нужны для минимальной физической активности.

    Но наше тело способно приспосабливаться к короткому периоду голода или длительному времени недоедания, как, например, это было в концентрационных лагерях. Гены, обусловливающие склонность к диабету, даже считают эволюционным приспособлением к возможному отсутствию пищи.

    Автор фото, Reuters

    Підпис до фото,

    Надежда Савченко говорит, что в российской тюрьме голодала 83 дня

    Голодание и существенное ограничение калорий запускают процессы аутофагии — реутилизации старых молекул и компонентов клеток, а также сигнальные каскады, направленные на долголетие. Обмен веществ становится значительно слабее благодаря гормональным сдвигам. Состояние людей, которые длительное время голодают, описывают как приближенное к спячке.

    В течение первых дней голодания обмен веществ переключается на образование глюкозы из белков — мышцы уменьшаются в объеме. Это называется глюконеогенез. Впоследствии жировая ткань становится основным источником энергии.

    Из жира образуются кетоны — энергетическая валюта, которая приходит на смену глюкозе. Этот процесс известен как кетогенез. Он очень важен, ведь мозг способен использовать только глюкозу и кетоны в качестве источника энергии.

    Какие запасы прочности у нашего тела?

    Способность перенести голодовку — это не только о запасах энергии. Нам нужны также витамины, минералы, жирные кислоты и различные соединения (преимущественно растительного происхождения) для поддержания полноценной жизнедеятельности. Длительное голодание опасно как раз истощением запасов витаминов, минералов и ослаблением иммунной и нервной систем.

    Мы имеем определенные запасы железа, а также витаминов А, D, Е, С, фолата и В12. Их может хватить на несколько недель или месяцев, но потом начнутся проявления авитаминоза.

    Автор фото, UNIAN

    Підпис до фото,

    Мустафа Джемилев в советских лагерях выдержал многодневное голодание — около 300 дней

    Например, недостаток витамина С приводит к цинге — болезни, когда перестает образовываться коллаген, зубы шатаются, десны кровоточат, а сосуды легко лопаются.

    Витамины, которые мы не запасаем, должны постоянно поступать с пищей. Для голодающих критическим является витамин В1, тиамин. Его недостаток проявляется уже через три недели голодания, и вызывает проблемы с нервной системой, мышлением, а также потерю зрения или нарушение движений.

    Люди, имеющие большие жировые запасы, могут голодать несколько дольше. Жировая ткань — это источник не только энергии, но и жирорастворимых витаминов и незаменимых полиненасыщенных жирных кислот.

    Если индекс массы тела у мужчин становится меньше 13, а у женщин — 11, угроза для жизни становится очень серьезной, это считают гранью выживания. Это означает существенные и необратимые сдвиги в состоянии здоровья, в том числе — проблемы с глотанием воды, слухом, зрением, дыханием.

    Какие риски длительного голодания?

    Чем дольше человек голодает, тем выше риск остановки сердца или повреждения мозга из-за нехватки энергии или витаминов. Постепенное исчерпание запасов отражается на всех системах.

    Наши кости — это резервуар кальция. Уровень кальция в плазме крови должен быть постоянным. Поэтому, когда человек ничего не ест, и кальций не поступает с пищей, кости начинают его постепенно терять. Те, кто перенес длительное голодание, могут впоследствии иметь ломкие кости.

    Клетки иммунной системы зависимы именно от глюкозы. Поэтому голодание или длительная безуглеводная диета ослабляют иммунную систему. Люди, ставшие на путь голодного протеста, больше рискуют заболеть инфекционной болезнью и иметь осложнения.

    Длительное голодание вредно для кишечника и его микрофлоры. Состав микрофлоры меняется, и она при отсутствии пищи начинает питаться отмершими клетками кишечника. Слизистая оболочка кишечника хуже восстанавливается и интенсивнее умирает.

    Все это увеличивает риск диареи, повреждения кишечника и нехватки питательных веществ, которые образует микрофлора — витамина К, аминокислот и жирных кислот с короткой цепью.

    Автор фото, Getty Images

    Підпис до фото,

    Олег Сенцов — самый известный украинский заключенный в России, который голодает уже 2,5 месяца

    Голодание приводит к потере способности регулировать температуру тела. Это происходит вследствие изменения уровня гормонов щитовидной железы. Поэтому во время голодного протеста люди подвергаются риску переохлаждения.

    Другими последствиями являются головокружение, низкое давление, боль в животе, обезвоживание, замедление сердцебиения, низкий уровень калия в крови, а также риск остановки сердца и отказа других органов.

    Выход из голодания — также сложный процесс, который должен происходить с квалифицированной помощью. Есть термин «синдром откорма», когда внезапные изменения баланса электролитов могут стать фатальными.

    Люди рискуют получить осложнения на сердце, нервную систему и отеки. Кишечнику нужно постепенно восстановить микрофлору, способность к поглощению питательных веществ и расщеплению лактозы, например.

    Чем дольше длится голодный протест, тем большие риски для здоровья. На таких сроках очень важна ненасильственная медицинская помощь, которая обеспечивает витаминами и электролитами, без которых мозг и сердце не смогли бы работать.

    Как правильно выйти из голодания

    За это время организм перестраивается и ослабевает, поэтому принимать пищу после голодания нужно по определенному графику.

    Перед тем как проводить сухое голодание, рекомендуется посоветоваться с врачом. Если у вас имеются какие-либо проблемы со здоровьем, отказываться от пищи и воды крайне нежелательно. Первый раз придерживайтесь суточного голодания, затем можете увеличить длительность до 3 дней.

    Выход из сухого голодания:

    Первый день:
    8.00 — выпейте стакан воды, предварительно добавив в нее пакетик лакто- или бифидобактерий.
    11.00 — 250 мл компота из чернослива, кураги и изюма. Фрукты не ешьте, иначе начнет болеть живот.
    14.00 — необходимо употребить стакан кефира, несладкого йогурта или сыворотки Болотова.
    18.00 — приготовьте овощной суп из капусты, свеклы, картофеля, лука и зелени. Съешьте около 200-250 г без хлеба и сметаны.
    22.00 — в это время оптимально подойдут стакан травяного чая, компота и столовая ложка качественного меда.

    Второй день:
    8.00 — чай, компот или кефир. Порция гречневой каши на воде без добавления специй и соли. Также выпейте 1 перепелиное яйцо.
    14.00 — порция ухи из семги или горбуши. Овощной салат, каша на воде с медом. Стакан кефира, ряженки или компота.
    18.00 — 100 г отварной свеклы, каша на воде (рисовая, гречневая), стакан компота.
    22.00 — травяной чай с медом.

    Третий день:
    8.00 — сок из свежих фруктов, овощной салат и каша на молоке.
    14.00 — нежирный борщ или уха, салат и чай с сахаром.
    18.00 — запеченная рыба, борщ, салат и каша.
    22.00 — травяной отвар или чай с молоком.

    Во время выхода из сухого голодания можно увеличить объем порций, но лучше не переедать, так как желудку будет сложно справиться с перевариванием пищи. Еду начинайте сдабривать маслом, добавлять соль и специи только на третий день.

    С четвертого дня можно есть привычную пищу. Но желательно придерживаться правильного питания, обогащенного сырыми овощами и фруктами. Кисломолочные напитки употребляйте еще на протяжении двух недель.

    «Вера в свою правоту помогла»: Навальный сообщил о завершении выхода из голодовки

    Политик Алексей Навальный завершил выход из голодовки. Пост об этом опубликован в его Instagram-аккаунте.

    Навальный уточнил, что держал голодовку 23 дня, после чего столько же потребовалось на выход из нее.

    «Ничего не нарушил. Сам себя удивил силой воли. Видимо, вера в свою правоту помогла. А еще с 11 марта я не съел вообще ничего сладкого. Об этом отдельно напишу. Поэтому когда я начал из голодовки выходить, я точно знал, что буду делать 16 мая утром. И в ежедневник себе сразу написал: «Очень хороший день. Хлеб, масло, кофе. Первый раз за 46 дней», — написал Навальный.

    Реклама на Forbes

    «Это все похоже на похоронное шествие»: как в Москве прошла несогласованная акция в поддержку Навального

    По словам оппозиционера, он ожидал, что почувствует «легкое разочарование», когда сможет завершить выход из голодовки, потому что «реальность немножко скучнее, чем то, что ты долго ждал». Однако в его случае все было не так.

    «Я открыл окно <…>, заварил кофе, намазал маслом кусок белого хлеба. Сел на нары. Откусил и отпил из кружки. Говорю вам: если бы существовал прибор, замеряющий счастье, то никакой олигарх, завтракающий на яхте, ни один посетитель мишленовского ресторана не испытал и 1/10 того полного счастья, что было у меня», — добавил политик.

    После финальной битвы: почему власть была готова к новой несогласованной акции сторонников Навального

    Ранее глава Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Александр Калашников рассказал, что здоровье Навального после голодовки «более-менее восстановилось нормально». По его словам, вес политика достиг 82 кг. «Каких-то специальных взысканий, нарушений — их сейчас нет, и ему не объявляется. И нет в этом цели как-то его унизить, осложнить ему жизнь, он на общих условиях», — добавил глава ФСИН.

    Навальный отбывает наказание по делу о хищении денег у компании «Ив Роше» в исправительной колонии во Владимирской области. 31 марта оппозиционер объявил голодовку с требованием оказать ему надлежащую медицинскую помощь. ФСИН в ответ заявила, что политик получает «всю необходимую медицинскую помощь».

    «Ваш голый король хочет править до конца»: Навальный выступил с последним словом в суде по делу о клевете

    19 апреля ФСИН сообщила, что Навального перевели в стационар областной больницы для осужденных, и оценила состояние оппозиционера как удовлетворительное. 22 апреля гражданские врачи, которые лечили Навального на свободе, предупредили его об опасности дальнейшей голодовки и попросили прекратить ее. На следующий день Навальный заявил, что начинает выход из голодовки.

    Несогласованная акция в поддержку Алексея Навального в Москве. Фоторепортаж

    23 фото

    врач рекомендует привлечь к лечению психолога и психиатра

    Заключенный экс-президент Грузии Михаил Саакашвили начал выход из голодовки после того, как его перевели в военный госпиталь в Гори. Об этом сообщает «Эхо Кавказа».

    Саакашвили на реанимобиле перевезли из больницы при тюрьме в Глади в госпиталь в Гори, в 80 км от Тбилиси, в ночь на 20 ноября.

    По словам его врача – Николоза Кипшидзе, состояние Саакашвили, который находится в палате интенсивной терапии, тяжелое, но стабильное. Он сказал, что доверяет врачам госпиталя и знает их как опытных специалистов. 

    «Надо наблюдать, что будет дальше. Лечение продолжается. У него общая слабость, головная боль, давление скачет. Я считаю, что следует привлечь психолога и психиатра», – рассказал медик, передает «Интерфакс Украина».

    Врач добавил, что вскоре Саакашвили осмотрит невролог. Кипшидзе предположил, что для оценки состояния здоровья политика придется привлечь иностранных специалистов.

    «У таких больных есть посттравматический синдром, который требует определенного очень сложного лечения и реабилитации», – отметил врач.

    Врач Нино Шарашенидзе, которая входит в консилиум, созданный для мониторинга состояния экс-президента, сообщила, что Саакашвили употребляет пищу по прописанной схеме, к процессу лечения привлечены также медики Республиканской больницы.

    «Как известно, выход из голодовки является сложным процессом и требует тщательного мониторинга. Поэтому есть детально расписанный режим питания и он будет тщательно выполняться», – рассказала она.

    Медик добавила, что состояние здоровья экс-президента «полностью контролируемое» и со временем все показатели должны улучшиться. 

    Адвокат экс-президента Ника Гварамия рассказал, что доволен тем, как произошел перевод в госпиталь.

    «Мы максимально вовлечены в процесс, полностью доверяем местным врачам, но хотим, чтобы точный протокол лечения составлялся вместе со сторонними экспертами. Так он пройдет полноценный, правильный курс лечения и реабилитации», – сказал Гварамия после посещения Саакашвили.

    Как сообщал 5.UA, Михаил Саакашвили тайно прибыл из Украины в Грузию 1 октября. Хотя знал, что ему грозит арест, ведь на родине фигурирует в нескольких уголовных делах. Свое задержание считает незаконным, а обвинения сфальсифицированными. В тюрьме назвал себя политическим заключенным и в связи с этим объявил голодовку.

    Грузинские СМИ 8 ноября обнародовали видео, где политик собирает вещи в своей камере, потом его ведут по лестнице, а дальше – с территории тюрьмы поднимается вертолет.

    Впоследствии украинский омбудсмен Людмила Денисова сообщила, что Саакашвили нанесли телесные повреждения при перевозке в тюремную больницу.

    Читайте по теме

    Каково это, объявить голодовку

    В 1878 году группа заключенных русских диссидентов решила перестать есть. Их недавно судили за государственную измену, и они бессрочно содержались в островной тюрьме. Не имея определенного конца своего заточения, они сделали авантюру: смерть от голода не может быть хуже, чем то, как они жили.

    Если тюрьма была кладбищем, то эти заключенные жили в склепе. Толстые каменные стены представляли собой лишь окна, столь же бесполезные для отвода печного дыма, как и для приема серого св. Петербургский свет. Стены между камерами были выстланы бумагой, полотном и войлоком — не для комфорта, а для того, чтобы заглушить сообщения, которые заключенные постукивали через камень. Они были обречены на молчание и разлуку, проводя годы по четверти часа, отмеченные звоном крепостных колоколов, в ожидании безумия, Сибири или смерти. Чтобы навязать решение — более гуманное обращение, ссылку или просто поспешную судьбу — отказывались от еды. Их похитители могли улучшить свои условия, или у них вообще больше не было бы заключенных.

    Проведенную ими кампанию принято считать первой современной голодовкой. Люди и раньше голодали как средство для достижения цели: религиозный пост возник тысячи лет назад, в то время как в древней Индии брат изгнанного царя однажды постился, выступая за его возвращение; должники в дохристианской Ирландии иногда морили себя голодом на пороге своих кредиторов, чтобы просить финансового прощения. Но это был первый известный случай, когда политические заключенные использовали лишения, чтобы получить рычаги воздействия на своих угнетателей. И в данном случае условия были как раз подходящими для того, чтобы сделать эту идею заразной.

    Равнодушный к протестам заключенных и мольбам их семей, чиновник, надзирающий за тюрьмой, как сообщается, заметил: «Пусть они умирают; Я уже заказал для них гробы». Но прежде чем забастовщики умерли от голода, директор был зарезан на улице разгневанным товарищем заключенных, что спровоцировало цепь событий, которые в конечном итоге сделали эту тактику основой ненасильственных протестов по всему миру.Забастовка не только привела к большему количеству свобод и посещений для этих заключенных, она показала, что голод может обвинить власть и вовлечь зевак в подстрекательство к переменам.

    Наемный убийца бежал в Великобританию, где стал редактором и публиковал в лондонской революционной прессе отчеты о голодовках, распространявшихся в России, особенно тех, которые возглавляли женщины. Основная английская пресса подхватила эту историю, заинтригованная ее параллелями с британским движением суфражисток. В 1909 году, после ареста за попытку напечатать текст в поддержку избирательного права на стенах Вестминстерского дворца, Марион Уоллес Данлоп из Социально-политического союза женщин объявила голодовку и использовала ее, чтобы потребовать статуса политического заключенного.Данлоп была популярным иллюстратором детских книг, и британское правительство, опасаясь, что сочувствующая фигура умрет от голода в лондонской тюрьме, освободило ее через 91 час. Поразительная публичная победа Данлопа сделала голодовку обычной тактикой британских суфражисток, которые провозгласили ее «самым сильным оружием, которое они когда-либо применяли против правительства».

    В 1910 году заключенные суфражистки добились новых привилегий от министра внутренних дел, 35-летнего Уинстона Черчилля. Когда два года спустя преемник Черчилля отменил эти привилегии, голодовки возобновились.Эти кампании предложили новую тактику любому, кто выступал против британского правления дома или за границей, например, 10 000 ирландских революционеров, объявивших голодовку в период с 1916 по 1923 год. Индийский юрист, живший в то время в Лондоне, с большим интересом наблюдал за женским избирательным движением. , и он пришел к выводу, что пост может быть принудительным политическим актом и внутренней практикой. Этот юрист, Мохандас Ганди, привнес эту идею домой в 1918 году, где он и другие антиколониальные активисты широко проводили голодовки, пока Индия не обрела независимость в 1947 году.Начиная с Ганди и до второй половины 20-го века ведущие активисты и повстанцы со всего мира использовали голодовки, чтобы спровоцировать важные социальные изменения: Сезар Чавес за трудовые права, Бобби Сэндс за независимость Ирландии, Нельсон Мандела за конец Юга. Африканский апартеид.

    Голодовки взывают к самому обыденному физическому опыту. Все знают, как чувствует себя голод, и большинство людей организуют свое время, чтобы предотвратить его. Когда кто-то решает голодать, это решительный отказ от биологической нормальности.Возможно, именно поэтому понадобилось менее 150 лет, чтобы эта тактика стала глобальной и превратила голод в узнаваемую форму потенциальной силы для беспомощных. Исследование голодовок, проведенное в 2008 году в период с 1906 по 2004 год, обнаружило примеры в «127 разных странах, представляющих множество культур, политических и экономических систем и уровней экономического развития». Они различались по размеру — от отдельных лиц до групп численностью более 100 человек — и продолжительности — от нескольких дней до нескольких месяцев — и касались широкого круга вопросов, но чаще всего касались тюрем, системы правосудия или политическая реформа.Результаты были одинаково разнообразны: от индивидуальных переводов в пределах тюрьмы до массовой смены режима.

    Голодовки остаются особенно действенным средством крайней меры в тюрьмах, где они часто используются в знак протеста против бесчеловечных условий — так же, как это сделали первые участники голодовки около 140 лет назад. Но в последние годы были забастовки в знак протеста против эвакуации из домов в Нью-Йорке, несправедливых увольнений в Турции, экологических правил в Индии, репатриации в Мексику, объявления террористами в Чили и предложенных сокращений талонов на питание в Индианаполисе. Другие забастовки подтолкнули к совершенно новому будущему: национализация образования в Бангладеш, свобода прессы в Сербии, улучшение трудового законодательства в Гонконге, расходы на здравоохранение в Польше и трудовые права аспирантов в Коннектикуте. Не все они достигли заявленных целей, но все они подняли сознание и мобилизовали поддержку.

    При всем при этом голодовки — это не просто средство для достижения цели; это жизненные события для людей, которые их предпринимают. Участники голодовки лишают себя не только как биологические существа, потребляющие средства к существованию, но и как люди, получающие от еды удовольствие и общность.Чтобы спровоцировать социальные изменения, они рискуют, что их отношение к еде уже никогда не будет прежним. Что значит превратить еду из личного опыта в политический акт и обратно? В прошлом году я разговаривал с четырьмя людьми, объявившими голодовку по разным причинам. Далее следует их рассказы, написанные их собственными словами. (Интервью были отредактированы для увеличения длины и ясности. )



    КРИЗИС И ПРИЧИНА:
    Почему решили бастовать?

    Абдулла Эльшами прибыл в Каир летом 2013 года, чтобы прикрывать протестующих, а не быть одним из них.Как журналист, работающий на «Аль-Джазиру», он освещал массовые сидячие забастовки в поддержку Мохамеда Мурси, президента, свергнутого в результате переворота в начале июля. 14 августа силовики нового правительства решили силой очистить площадь Рабаа — неважно, партизаны или пресса стояли на пути. В разгоне по меньшей мере 817 человек были убиты , в том числе четыре журналиста. Другие журналисты, в том числе Эльшами, были арестованы без предъявления обвинений.

    Абдулла Эльшами

    В головном офисе меня попросили присоединиться к репортажу еще в Египте. Я освещал для новостного канала то, что происходило на площади Тахрир и площади Рабаа, ежедневно освещая новости, особенно в лагере свергнутого президента. Вот как я попал в момент ареста, который произошел 14 августа 2013 года, и с этого момента до 10 месяцев после этой даты я находился в тюрьме без каких-либо реальных обвинений.

    Мне пришлось прийти к этому решению, которого, как я думал, я бы никогда не сделал, особенно учитывая тот факт, что я сам раньше был гурманом. В то время я тоже был очень толстым. Я был обычным человеком, который занимался своей журналистикой, и в заключении я понял, что никуда не иду. Я должен был что-то сделать. Все просьбы моих адвокатов о каком-либо решении даже не рассматривались. … Тюрьма была чем-то, что в тот момент выглядело как бесконечный этап моей жизни.Я думал, что если бы свобода пришла только через смерть, то я был бы не против получить свою свободу через смерть. … По крайней мере, в тот момент я вернул себе свободу по собственному решению. … В течение пяти полных месяцев, с 14 августа 2013 года по 21 января 2014 года, был бесконечный цикл, который продолжался. Каждые 45 дней происходило это новое содержание под стражей, и никакого правосудия не вершилось.

    Абдулла своим голосом:

    Когда Надерев «Йеб» Саньо прибыл в Польшу на Конференцию Организации Объединенных Наций по изменению климата 2013 года, тайфун Хайян, один из сильнейших штормов в истории, обрушился на сушу в провинции Лейте на Филиппинах.Будучи главным переговорщиком и главой филиппинской делегации, Саньо имел профессиональные полномочия представлять климатические интересы своей страны. После того, как ветер со скоростью почти 200 миль в час и 13-футовый шторм волна обрушились на родной город его семьи Таклобан-Сити, его личные и профессиональные обязанности едва ли можно было разделить: он хотел проявить солидарность со своей страной; он также хотел оказать давление на другие страны с целью создания механизма потерь и ущерба для уязвимых стран, пострадавших от изменения климата, и сделать взносы в Зеленый климатический фонд .Хайян продемонстрировал опасность изменения климата и необходимость решения этой проблемы на международном уровне, а Саньо нужно было сделать что-то большее, чем просто выступить с речью.

    Йеб Саньо

    Когда я сел на рейс, направляющийся в Варшаву, я понятия не имел. Открытие саммита было в понедельник, 11 ноября, но я уже был в Варшаве на предварительной встрече — это должно было быть 6 ноября. 8 ноября на Филиппины обрушился супертайфун Хайян.Я начал получать струйки новостей из дома: мой брат был в эпицентре; мои родственники, было непонятно, что с ними случилось. Только через пару дней я получил новости о них. Они получили известие о моем брате, что он выжил, но в городе заканчивались продукты. Были беспорядки и много грабежей. Это была опасная ситуация.

    Мне было поручено выступить от имени Филиппин на первом пленарном заседании. Мы ожидали, что нам предоставят слово, отметив, сколько тысяч жизней было потеряно во время тайфуна.В воскресенье перед открытием, поскольку я жил в квартире, а не в отеле, я купил еды на две недели. А потом, незадолго до полуночи, до меня дошло, насколько критической была ситуация дома. Мой брат помогал собирать трупы, и я не мог понять, как на самом деле обстоят дела на местах. Он не ел, так что меньшее, что я могла сделать, это выразить ему сочувствие. Если он смог выжить без еды после самого ужасного шторма, который когда-либо обрушивался на Филиппины, я думаю, я тоже смог бы выжить без еды.

    Барбара Эрнандес не высовывалась, преподавала специальное образование и готовилась к получению степени по социологии. Она следила за новостями, но никогда не была активисткой. Затем, 5 сентября 2017 года, администрация Трампа объявила о прекращении программы «Отсроченные действия для прибывающих детей», в результате чего Эрнандес и почти 690 000 других получателей DACA оказались в неуверенности в отношении их способности работать, учиться или жить в Соединенных Штатах. Опасаясь депортации, Эрнандес уволилась с работы и решила переехать в Мексику, а не ждать задержания.Тем временем она нашла видео сидячей забастовки , направленной на блокирование движения перед Башней Трампа в Нью-Йорке, где были арестованы девять получателей DACA. К Дню Благодарения она присоединилась к группе Movimiento Cosecha в своей первой акции. В декабре она поехала в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы устроить сидячую забастовку в Капитолии США, чтобы выступить за постоянную защиту получателей DACA. Во время сидячей забастовки были арестованы восемь активистов. Почти неделю они провели в тюрьме и во время задержания продолжили свой протест, объявив голодовку.

    Барбара Эрнандес

    Раньше я никогда не был активен. Я посвящал себя учебе и работе. Когда я впервые услышал, что мы не можем продлить наши DACA, что мы больше не сможем работать, я очень испугался. Это толкнуло меня в неприятную ситуацию, когда мне пришлось бросить работу, я думал о переезде. Я сказал своей семье: «Я просто собираюсь самодепортироваться. Я не думаю, что хочу быть здесь».

    В Facebook и Instagram я увидел, что Movimiento Cosecha проводит акцию возле Башни Трампа.Я видел всех этих молодых людей, которые действовали. Видя, насколько они полны жизни и насколько храбры, это побудило меня сделать этот первый шаг. Моим первым действием был День благодарения в Нью-Йорке, где мы вчетвером прервали парад. После этого мы поехали в округ Колумбия, и там я провел шесть дней в тюрьме. Я подумал: «О, они, наверное, просто задержат нас и отпустят». Я не думал, что мы собираемся провести шесть дней. Но я придерживался нашей цели, которая состояла в том, чтобы сделать нашу позицию чистой и чистой DREAM Act…. Я был там, подвергая свое тело риску, подвергая себя риску депортации, и вот эти политики едят изысканную еду и могут идти куда угодно. Ну, я нет. Я там жертвую своим телом, и я хотел, чтобы они чувствовали вину за то, что моя жизнь в их руках, и это не игрушка, с ней нечего играть. Я хочу, чтобы они приняли реальное решение.

    Барбара своим голосом:

    Мэри-Пэт Гектор, студентка Колледжа Спелмана в Атланте и молодежный директор Национальной сети действий, не ожидала драки. В осеннем семестре 2017 года, когда она узнала, что многие из ее сверстников изо всех сил пытаются прокормиться, она предположила, что школа будет действовать быстро, чтобы накормить их. Проблема была очевидна, и решение — перераспределить льготы на дополнительное питание — уже было реализовано в других кампусах. Только после того, как администрация Спелмана заблокировала ее, она решила найти новый подход.

    Мэри-Пэт Гектор

    Мы отдаем 1000 долларов в месяц нуждающемуся студенту, помимо книг или обучения.Это было первое крупное мероприятие National Action Network в нашем кампусе. Мы поняли, что студентам нужны деньги, и попросили прислать видео, почему. Когда мы слушали видео, некоторые ученики рассказывали о том, как они будут делать что-то в Tinder, чтобы получить еду. Это было тревожно. К вам приезжают студенты со всей страны. Их родители думали, что о них позаботятся, а они голодны.

    У многих студентов есть планы питания в кампусе, но они не используют свои планы питания, в то время как другие не могут позволить себе жить в кампусе. … У Спелмана была политика, согласно которой они давали пригородным студентам девять приемов пищи в течение всего времени их обучения. Итак, если бы вы были голодны, вы бы ели только девять раз в течение четырех лет. Мы находимся в одном из лучших исторически сложившихся колледжей и университетов для чернокожих — я имею в виду, что такие люди, как Мартин Лютер Кинг, Спайк Ли и Сэмюэл Л. Джексон, вышли из этих учебных заведений. Вы говорите мне, что мы никак не можем накормить этих детей? В учреждениях, где преобладают белые, у них есть планы, по которым, если студенты не используют свою еду, они могут пожертвовать эту еду студентам, у которых нет плана питания или у которых закончились салфетки.И это через ту же обеденную службу, Aramark, поэтому мы думаем, что если Aramark делает это в других учреждениях, они могут сделать это и в нашем учреждении.

    Мы создали это предложение и этот план, и мы разослали электронные письма, мы попросили определенных людей встретиться с нами, чтобы обсудить потенциальную инициативу «Swipe Out Hunger» в кампусе. Буквально никто не ответил. … И поэтому мы сказали: «Как мы собираемся привлечь их внимание?»

    Мэри-Пэт своим голосом:


    ЗАБАСТОВКА:
    Как мы живем
    через голод?

    Когда люди голодают, мозг начинает терять контроль над телом.Резервные углеводы расходуются за день. Организм находит топливо везде, где может, начиная с жирных кислот и кетоновых тел, а затем переходя к незаменимым белкам. Как только тело начинает поглощать себя, физические способности и умственные способности начинают работать со сбоями. Мышцы ослабевают или становятся парализованными; глаза блуждают или дергаются; конечности отказываются следовать сигналам мозга; ощущение прикосновения утрачено или искривлено. В конце концов, сам мозг становится жертвой: начинаются спутанность сознания и потеря памяти, а когнитивные и исполнительные функции дают сбои.В конце концов, организм потребляет белки до тех пор, пока он больше не может поддерживать жизненно важные органы, и они отказывают. Без гидратации это занимает от одной до трех недель. При гидратации и периодическом приеме минералов организм может выжить от одного до трех месяцев.

    Длительные посты, как у Абдуллы Эльшами, без воды невозможны. Правильная подготовка и диета перед забастовкой, наряду с советами врачей и опытных участников голодовки, могут позволить забастовщику дольше сохранять активность и резкость и уменьшить дискомфорт.Мэри-Пэт Гектор и ее сверстники планировали ослабить голодовку, но когда стало известно об этом, они почувствовали необходимость действовать немедленно.

    Мэри-Пэт Гектор

    Прямо на улице от кампуса есть хороший ресторан соул-фуд, там есть специальные обеды, и вы получаете скидку как студент колледжа. Так что я съел запеченную курицу, макароны с сыром и немного капусты. Затем, в тот день, мы подумали: «Боже мой, мы должны начать». Мы обнаружили, что информация просочилась, и что нам нужно начинать утром. В тот день мы созвали пресс-конференцию, и практически не было подготовки.

    Первые два дня были самыми тяжелыми, просто потому, что у тебя урчит живот; у вас болит голова; вы пытаетесь пить воду; вода не работает; вы думаете: «Я думаю, что могу остановиться, я думаю, что могу покончить с этим, я не знаю, что я буду делать». Только на третий день я привык не есть. …После первых двух дней я действительно не думал о еде. Я просто не был голоден. Я думал, что я сумасшедший.Я стал спрашивать других друзей, типа: «Девочка, ты голодна?» и она бы сказала: «Нет, я больше не голодна, но я слаба. Я ничего не могу сделать. Я просто хочу пойти на урок и лечь». И это все, что мы делали: мы шли на занятия, и когда занятия заканчивались, когда я знал, что других занятий нет, я просто сидел и вздремнул.

    Вы могли видеть разницу в отношении каждого, так же как сварливость, нежелание ничего делать, нежелание двигаться, невнимательность в классе.Единственное, что мы хотели сделать, это остаться вместе. Каждый день мы старались быть в группах, поэтому мы знали, что не проходим через это в одиночку, и мы могли бы быть вместе. Я чувствую, что хуже всего было оставить друг друга в покое, чтобы мы ночевали в домах друг друга. Мы связывались и проводили ежедневные встречи, разрабатывали стратегию и организовывали: что, если это не сработает? Как долго мы готовы идти?

    Барбара Эрнандес

    Кажется, было около 3 часов ночи, когда они вошли и дали нам контейнер с едой.Очевидно, мы сказали «нет, спасибо», но они просто оставили это там. Кажется, это был второй день — тогда мы взяли чашки, чтобы набрать воды. … Я думаю, что первые пару дней я мало думал о еде, я думал о том, как то, что мы делаем, изображается во внешнем мире. По мере того, как мы приближались к выходу из тюрьмы, я думаю, что именно тогда я стал бы фантазировать о еде. Я помню, как разговаривал с одним из сокамерников и сказал, что хочу фо или какой-нибудь суп. Я помню, как думал о маргаритах.Я много медитировал. Я всегда представлял себя где-то в другом месте, а не там.

    Я хочу сказать, что это была среда. Мне очень плохо со временем, особенно там, потому что у нас не было часов, у нас не было никакого времени. В тот день мне стало очень плохо, и меня начало тошнить. К счастью, я был в кабинете медсестры, когда это произошло. Я вырвал все жидкости, которые у меня были, затем у меня началось кровотечение, и я очень испугался, потому что со мной такого никогда не случалось. Я подумал: «Я не могу этого сделать, я должен что-то съесть.Было тяжело что-либо есть, потому что никакой еды в тот момент не предлагали, и мне приходилось ждать, пока они предложат. В тот же день нам сказали, что у нас суд, поэтому я подумал: «Хорошо, может быть, мы выберемся сегодня, и я смогу пойти к врачу и набрать себе еды». К сожалению, этого не произошло, и нам пришлось остаться еще на одну ночь.

    Абдулла Эльшами

    18 января 2014 года у нас было слушание — обычное заседание по возобновлению, на котором мы приходим в суд, выходит судья и заявляет, что выслушает наши требования, а кончается тем же.Опять же, я получил продление содержания под стражей. Тогда меня осенило, что это никуда не денется, в египетском суде не восторжествует правосудие.

    Я решил начать 21 января, что не имело особого значения как день, и я это сделал. Я был в это время с другими людьми в камере. Они приносили еду, и люди из моей камеры брали ее, поэтому они не знали, что в этой группе из 20 человек есть кто-то, кто не ест. Когда пришло время еды, я просто начал читать больше книг, занимая себя другими делами.

    Первый месяц было тяжело продолжать забастовку, но со временем чувство голода ушло. Точнее, через 40 дней. Я начал онеметь в плане голода или попыток восполнить любую потребность в еде. В конце февраля у нас был чек от администрации тюрьмы. Я сказал им, что хочу официально зафиксировать свою голодовку. Они сделали это и начали ежедневно измерять мои жизненные показатели, но не более того.

    Только в начале мая, когда у нас было заседание в суде, и я сказал журналистам, иностранным журналистам, что я журналист, который больше девяти месяцев сидел в тюрьме и голодал, дело начало накаляться.«Аль-Джазира» постоянно говорила о моей голодовке, об этом сообщали международные СМИ, поэтому египетское правительство направило чиновника, чтобы попытаться убедить меня прекратить голодовку, сказать, что я могу навредить себе. Через несколько дней нам удалось тайно вывезти фотографию того, как я выгляжу, что противоречило истории, рассказанной обо мне правительством, [о том, что] я тайно ел еду, присланную моей семьей. После этого они решили, что если меня переведут в одиночную камеру колонии строгого режима, что они и сделали, то обо мне больше не будет никаких новостей.

    Йеб Саньо

    Последним моим приемом пищи был кусок хлеба на завтрак. В своем выступлении на первом пленарном заседании я со всем уважением к хозяевам сказал, чтобы не оскорблять гостеприимство Польши, что начинаю добровольный пост ради климата, в знак солидарности с моими соотечественниками, борющимися за еду на родине и со всеми сообществами во всем мире, страдающими от изменения климата. Многие люди выходили вперед и давали мне советы о том, как правильно голодать: активисты, которые были экспертами, совершенно незнакомые люди, врачи, которые писали мне по электронной почте.Мне сказали, что мне нужно сделать, чтобы успеть за двухнедельную продолжительность конференции, чтобы не просто лежать и выглядеть жалко, чтобы делать свою работу на одном уровне с бессонными ночами.

    Мне дали много советов, в том числе следить за тем, чтобы я каждое утро согревала печень теплым компрессом. Они сказали мне явные признаки того, ведет ли мое тело странно или нет. Это была настоящая борьба в течение первых трех дней, как вы можете себе представить, как и у тех, кто идет на детокс, первые три дня просто сумасшедшие.Я чувствовал себя очень, очень голодным, а потом у меня был озноб по ночам, вероятно, из-за отказа от еды, и, возможно, я также был обезвожен. Одной из моих проблем было то, что моя квартира находилась в полутора километрах от места проведения конференции, а вдоль этой дороги располагались итальянский ресторан, французская пекарня, персидский ресторан, китайский ресторан. Когда вы не едите, все будет пахнуть очень хорошо и более ярко.

    На четвертый день все было как по волшебству. Мне вообще не хотелось есть.Что меня действительно двигало, так это тот факт, что это было обязательство, которое я сделал очень публично, и я должен был его соблюдать. И, конечно же, всю первую неделю переговоры никуда не шли. Мой брат вдохновил меня — я знал, что он все еще в Таклобан-сити, все еще собирает мертвые тела. За пару дней к посту присоединилось более 300 человек [в Варшаве]. Было несколько дней, когда все постящиеся собирались перед столовой, и мы просто садились с пустыми тарелками, намеренно показывая, что не едим.

    Йеб своим голосом:


    ВОЗВРАТ:
    Как голод
    меняет питание?

    В наши дни редко кто не выживает после голодовки. Смерть Бобби Сэндса и девяти других ирландских республиканцев во время голодовки в тюрьме Мейз в 1981 году, которая длилась 217 дней, столь же печально известна, сколь и исключительна. «Бесконечные» голодовки, когда забастовщики готовы продолжать до смерти, все еще имеют место более 100 умерли во время голодовки в турецких тюрьмах в период с 2000 по 2003 год но большинство забастовщиков намеревались только быстро в течение определенного времени.Однако те, кто продолжает жить, не остаются невредимыми. Как и другие травматические переживания, голодовки нарушают базовые ожидания повседневной жизни. Точно так же, как космический полет может изменить религиозные или философские взгляды астронавтов, или одиночное заключение может вызвать длительные трудности в социальных ситуациях среди бывших заключенных, голодовки могут изменить отношение людей к еде.

    Йеб Саньо

    В пятницу вечером я понял, что не собираюсь заканчивать свой пост, потому что конференция еще не закончилась, поэтому прошла суббота, а затем воскресное утро, когда она закрылась, и я наконец-то смог поесть.Врачи напомнили мне, что я пока не могу вернуться к своему обычному питанию. Моей первой не едой, а первой вещью, которую я принял, кроме воды, был апельсиновый сок во время вечеринки в тот воскресный вечер. Я летел домой через Дубай, у меня был суп, это был мой первый прием пищи. Это был тыквенный суп. Это был, наверное, лучший суп, который я ел за всю свою жизнь, он был очень вкусным, я до сих пор помню тот момент. Я понял, что много месяцев спустя это был не очень хороший суп, но в то время это был лучший суп в моей жизни.Я до сих пор ем этот суп каждый раз, когда проезжаю через Дубай.

    Мне дали программу на один месяц о том, как вернуться к обычному питанию. Это было довольно просто — все мягкое на первую неделю, никакого мяса. Первые несколько вещей, которые я ел, были водянистыми фруктами. На Филиппинах такого много, так что это было не слишком сложно.

    Этот опыт голодания сильно изменил мои отношения с едой. После этого я стал более осознанным едоком. Я рассматривал еду как то, чего не было у многих людей по всему миру, и люди изо всех сил пытаются найти ее, поэтому я на самом деле ем меньше, и я видел еду не столько с точки зрения ее кулинарной ценности с точки зрения того, насколько она может быть хороша, а на самом деле как то, что заставляет людей выживать.Людям вокруг меня приходилось приспосабливаться ко мне, потому что, особенно люди, которые любят поесть, когда брали меня с собой в ресторан или на обед, они знали, что я не очень привередлив, но и ем мало. Кроме того, мне было все равно, какой он на вкус. Когда моя бабушка была еще жива, она очень хорошо готовила, и моя мама тоже очень хорошо готовит. Когда они готовят, я должен есть от души, потому что они действительно готовят хорошую еду, и в знак уважения к этому я праздную и ем с душой. Но редко. Утром у меня есть специальный блендер…. Это просто очень скоростной блендер. Я кладу зелень и немного фруктов, и это в основном мой завтрак, иногда и обед. Добавьте к нему немного белковых семян, ничего особенного, просто коктейль.

    Мне нравятся перемены, я думаю, что способность питаться более осознанно заставляет вас думать о системе питания более целостно, потому что я все еще активист и думаю, что буду им до конца своей жизни. Это помогает мне очень аккуратно сформулировать то, как мир должен революционизировать свой рацион, если мы собираемся решить что-то вроде изменения климата.Это мощный опыт, когда вы буквально испытываете голод, потому что вы понимаете, чего вам не хватает, и вы понимаете, с чем борются миллионы людей во всем мире. Теперь я ценю еду намного больше, и даже самую лучшую еду, которую вы можете съесть в мире, я ценю намного больше. Дело не в том, что я не люблю еду сейчас. Я люблю еду больше, и после этого опыта я могу лучше наслаждаться едой.

    Барбара Эрнандес

    В ту ночь я решил прервать пост и съесть печенье, самое отвратительное печенье, которое я когда-либо ел в своей жизни.Это было похоже на чепуху. [В тюрьме] вам дают сэндвич с чепухой на белом хлебе, а печенье находится между чепухой, сыром и белым хлебом. Это было что-то вроде бутерброда с печеньем, и на вкус оно было свинцовым. Я никогда не забуду этот аромат. Это было грубо. Я бы такое никому не дал. Когда я отсутствовал, супы все еще были в моей голове. Я хотел суп, любой суп. В Калифорнии я очень близок к хорошему вьетнамскому заведению, где подают фо, поэтому я купил фо в Вашингтоне. Когда я вернулся в Калифорнию, моя тетя приготовила позоле.Было очень вкусно. Я подумал: «Боже мой, это идеально».

    Мы надеялись, что и республиканцы, и демократы сделают что-то для принятия чистого закона DREAM до праздников, но обнаружили, что ничего не делается. Но мы также видели, как сообщество объединилось и как люди хотели занять свою позицию. Многие говорили: «Эй, эти люди очень храбрые, мы хотим пойти по их стопам». Я думал, что это произошло из-за забастовки. К сожалению, политики не пошли на наши требования, но что касается нашего сообщества, то это работало в положительном направлении.Я надеюсь, что мы вдохновили других людей на действия.

    Для меня это действительно заставило меня ценить все, что у меня есть: пространство, в котором я живу, пищу, которую я кладу в свое тело. Я больше не хочу быть привередливым едоком. Я не хочу говорить, сними лук с моего бургера. Я хочу все это сейчас. Я просто хочу принять все, что у меня есть, потому что пребывание там определенно заставляет вас думать обо всем этом. А у тех людей, которые все еще там, у них нет такой возможности есть те продукты, которые есть у нас здесь.Это заставляет меня больше ценить свои привычки в еде, принимать более взвешенные решения о том, что я ем.

    Я думаю, это мотивирует меня, я чувствую, что теперь могу все. Если я проведу там шесть дней без еды, я смогу делать все, что захочу. И я хочу продолжать бороться за наше недокументированное сообщество. Если эта проблема будет решена, и я получу либо путь к гражданству, либо получу что-то получше, я не знаю, что может быть лучше, чем путь к гражданству. Если эта проблема будет решена, я все еще хочу продолжать сражаться за другие группы.Например, Black Lives Matter, коренные жители, люди с ограниченными возможностями. Я хочу вернуть всем. У всех нас внутри есть какая-то борьба.

    Мэри-Пэт Гектор

    Я начал твитить о голодовке, и Тамика Мэллори начала твитить об этом, а затем активист Шон Кинг, Рассел Симмонс и другие люди начали говорить о том, что происходит в Spelman College и Morehouse College. После этого мы, наконец, получили какой-то ответ от нашей администрации, и в результате мы получили 28 000 обедов в год для студентов, пригородных поездов или студентов, у которых нет плана питания — 14 000 в каждом учебном заведении и 7 000 в каждом семестре…. Мы смогли объявить, что заканчиваем голодовку, и что победа у нас есть.

    Как только закончилась голодовка, кто-то принес две коробки горячих пончиков Krispy Kreme, и мы буквально все побежали к пончикам, как будто это был рай. Еще одна проблема, связанная со студенческой жизнью, — здоровое питание. На следующий день после того, как мы закончили, в кампусе была «Рыбная пятница» — очень жирная, — и первые несколько дней после голодовки у меня сильно болел живот. В первый день, когда мы ели, все было не так.Было похоже, что я ел, но не пробовал пищу и не чувствовал ее, и в следующие два или три дня мне стало очень плохо, потому что во мне было так много тяжелой пищи.

    Забастовка заставила меня ценить то, что я могу есть. Много раз, прежде чем сделать что-то подобное, вы не думаете о том, насколько вы расточительны, вы не думаете о том, что у других людей в мире может не быть такого же доступа к еде, как у вас. Это заставило меня оценить тот факт, что мне не нужно было беспокоиться об этих вещах, и заставило меня задуматься о том, что здесь есть люди, которые голодны, и о том, как я могу им помочь.

    Это было сложно, но в итоге нам потребовалось всего шесть дней, и это привело к тому, что в нашем кампусе была проведена одна из самых быстрых политик за очень долгое время. Это привлекло внимание. Люди считают, что кто-то причиняет себе вред: они знают, как трудно не есть, они знают о риске отказа от еды, и поэтому они поражены, что этот человек настолько заботится об этой причине, чтобы не есть. Для человека, который достаточно заботится о причине, чтобы просто отрезать что-то, что мир считает необходимостью, это безумие для него.Это вызывает ажиотаж.

    Абдулла Эльшами

    Меня перевели в эту тюрьму строгого режима, где у меня не было контакта с внешним миром. Они думали, что, может быть, это способ избавиться от давления голодовки, но, на удивление, произошло обратное. Местные СМИ, в основном проправительственные, начали освещать этот вопрос. О моем задержании и голодовке заговорили несколько значимых ведущих новостей и представителей СМИ, усилив давление всего этого.В конце концов, 18 июня 2014 года меня отпустили под залог, после того как я провел пять недель в одиночестве.

    Мой удар был главной опорой моего освобождения. Я полагаю, что если бы я не объявил голодовку, я бы сидел в тюрьме намного дольше, может быть, до сих пор.

    Вообще-то я очень хорошо помню, что первое, что я выпил, был арбузный сок. Это то, что нравится и мне, и моей жене — она три месяца бастовала в знак солидарности, — так что это произошло на следующее утро после моего освобождения.Когда я вышел из тюрьмы, я сразу же отправился в больницу, и следующие несколько месяцев я провел с врачом, который давал мне советы о том, что есть и чего избегать. Из-за долгой голодовки я потерял почти половину своего веса.

    После моего выздоровления забастовка заставила меня смотреть на еду в целом совершенно иначе, чем раньше. теперь я ем меньше; я питаюсь более разумно; Я думаю о том, что съесть, прежде чем съесть это. Раньше я был сахарным человеком; теперь я стараюсь держаться подальше от сладких продуктов и отказываюсь от сладких напитков уже два года.Многие вещи, которые я любил, мне уже не так нравятся, как раньше. Я ем намного меньше, чем раньше. Теперь я ем, чтобы жить, а не живу, чтобы есть. На самом деле, это коснулось не только меня, но и моей жены и семьи. В то время я был, наверное, единственным тучным человеком в семье, но с тех пор, как я вышел из тюрьмы, многие из моих братьев тоже стали здоровее.

    Тем не менее, я стараюсь не думать о том времени слишком много. Время от времени я вспоминаю об этом, поэтому не могу сказать, что продвинулся дальше. Но что касается журналистики и моей профессии, я все еще делаю то, что всегда любил делать.


    Интервью с Абдуллой Эльшами, Мэри-Пэт Гектор, Барбарой Эрнандес и Йеб Саньо были отредактированы для большей длины и ясности.
    Стивен Лурье писатель, исследователь и организатор из Нью-Йорка.
    Джон Карвахал — карикатурист и иллюстратор из Бруклина.
    Аудио от Винса Диксона, старшего репортера по визуализации данных, и Дэниела Джинина, продюсера специальных проектов.
    Креативное руководство: Бриттани Холлоуэй-Браун , менеджер по визуальным эффектам и дизайну.
    Факт проверен Роуэном Уолратом
    Копия отредактирована Рэйчел П. Крайтер

    Наука о муках голодовки

    Эксперты и участники голодовки предлагают заглянуть в то, что происходит с телом и разумом, когда голодают в течение нескольких недель.

    Столбец один

    Томас Махани трижды морил себя голодом во имя справедливости.Махани знает, как сильно борется ваше тело, как вы в конце концов привыкаете к грызущему в желудке, но со временем так устаете, что само дыхание становится рутиной. (Монте Морин / Лос-Анджелес Таймс)

    Эксперты и участник голодовки предлагают заглянуть в то, что происходит с телом и разумом, когда голодают в течение нескольких недель.

    Монте Морин

    Репортаж из Ройал-Оук, штат Мичиган,

    3 июля 2013 г.

    Голод изменит тебя.Просто спросите Томаса Махани. Мичиганский каменщик и защитник ветеранов трижды морил себя голодом во имя справедливости, питаясь только водой с добавлением лимонного сока и соли в течение нескольких недель.

    Махани знает, как сильно борется ваше тело, как вы в конце концов привыкаете к грызущему в желудке, но со временем так устаете, что само дыхание становится рутиной.

    Он также знает, что лишение пищи влияет не только на тело.

    «Когда в вашем желудке нет еды, вы черпаете энергию из эмоций других», — сказал 66-летний ветеран Вьетнама.«Вы становитесь особенно чувствительны к тому, что думают люди. Если они против вас, вы уходите от них. Если они негативны, они вас истощают».

    В то время как около 100 заключенных в центре содержания под стражей в Гуантанамо-Бей отказываются от еды, путешествия Махани через голод, который он сам себе навязал, позволяют подробно рассмотреть, почему кто-то решает морить себя голодом — и что происходит, когда он это делает.

    Энергичный мужчина, который жалуется, что большинство людей страдают от «серьезного случая «замедления», Махани имеет компактное, крепкое телосложение, носит седеющую бородку и очки.Он больше похож на типичного бэби-бумеров на пороге выхода на пенсию, чем на серийного участника голодовки.

    Но под поверхностью скрывается сила, которую трудно не заметить, и его легко взволновать воспоминаниями о прошлом, об эпизодах жестокости и предрассудков, свидетелем которых он был в армии или в гражданском мире.

    «Мы все рождаемся невинными, и только позже у нас появляются эти различия, ревность и отчуждение», — сказал он. «Но в глубине души у всех все еще есть эта невинность.Вот что такое голодовка. Это самая ненасильственная и невинная форма протеста».

    Его первое голодание в 1970 году в знак протеста против вторжения США в Камбоджу во время войны во Вьетнаме было организовано возле Белого дома и длилось 29 дней.

    «Я никогда не доходил до того момента, когда моя жизнь была в опасности, но это случилось с моим приятелем», — сказал Махани.

    Мужчина проходит мимо фрески Бобби Сэндса в Белфасте. Сэндс был первым из заключенных ИРА, отказавшихся от еды, чтобы умереть во время голодовки 1981 года в Северной Ирландии.(Джефф Дж. Митчелл / Getty Images)

    Эксперт по питанию доктор Каролина Аповян сказала, что к 40-му дню без питания запасы жира в организме истощаются, и организм начинает питаться сам. Белки мышечной ткани расщепляются на составляющие их аминокислоты и перестраиваются, чтобы поддерживать функции организма, сказал Аповян, директор Центра управления питанием и весом в Бостонском медицинском центре.

    Сила, с которой сердце перекачивает кровь, начинает ослабевать, а способность организма к адаптации начинает снижаться.Участник голодовки начинает терять зрение и слух. Речь становится невнятной, кожа становится сухой и шелушится, глаза дергаются в глазницах, а конечности теряют координацию. Участник голодовки страдает от рвоты и затрудненного глотания. Возможно внутреннее кровотечение.

    Голодовщик Ирландской республиканской армии Бобби Сэндс продержался 66 дней, прежде чем его смерть в тюрьме спровоцировала беспорядки в Северной Ирландии. Всего за несколько дней до того, как он впал в кому и умер, Сэндс, казалось, слышал эхо в своей голове, писал журналист Дэвид Бересфорд.«Его рот был искривлен, как будто он перенес инсульт. Он не чувствовал ног и мог только шептать».

    В заливе Гуантанамо 30 участников голодовки поддерживаются в живых с помощью принудительного кормления через зонд. По словам медицинских работников лагеря, несколько решительных заключенных пытаются морить себя голодом с 2005 года и остаются хронически недоедающими и физически слабыми.

    Во многом такие длительные голодовки являются свидетельством способности организма приспосабливаться к голоду и дефициту — условиям, которые нашим древним предкам приходилось терпеть с смертельной регулярностью.

    В жирные времена пища потребляется и расщепляется на простой сахар, называемый глюкозой, который служит поддерживающим жизнь топливом для тех триллионов клеток, которые составляют человеческое тело. Часть этого топлива хранится в мышцах и печени, но этого количества хватает только на несколько дней.

    При таких ограниченных запасах топлива организм быстро действует для сохранения энергии. Всего через восемь часов голодания тело начинает замедлять свой метаболизм — скорость, с которой оно потребляет энергию. Сердце медленнее перекачивает кровь, а тело вырабатывает меньше тепла, вызывая озноб через объявившего голодовку.Кишечник посылает гормональное предупреждение о том, что первоочередной задачей является обеспечение пищей, и нарастают приступы голода.

    Заключенный в центре содержания под стражей вооруженных сил США в Гуантанамо в 2006 году закрывает лицо, выглядывая через «бобовое отверстие», которое используется для передачи еды в камеры заключенных. Около 100 заключенных в Гуантанамо объявили голодовку, некоторых насильно кормят через зонд. (Бреннан Линсли / Ассошиэйтед Пресс)

    Махани вспомнил это ощущение во время своей первой голодовки.Он выступал против войны во Вьетнаме и хотел действовать. Он надеялся, что, проявив свою приверженность постом, сможет встретиться с президентом и убедить его положить конец войне.

    «В течение первых трех дней я был очень, очень голоден и становился все слабее и слабее», — сказал Махани.

    Его также беспокоил тот факт, что главный протестующий начал голодовку 10 дней назад, но не выглядел таким уставшим. Обеспокоенный тем, что он «делает что-то не так», Махани однажды ночью заснул и был потрясен тем, что произошло дальше.

    «Я проснулся на шестой день полным сил», — сказал Махани.

    Подобно гибридному автомобилю, переключающемуся с газа на электроэнергию, тело Махани начало сжигать запасы жира вместо глюкозы. В некоторых случаях это переключение может сопровождаться прекращением голодных болей, а также внезапным чувством благополучия и даже эйфорией, говорят исследователи.

    Ученые предполагают, что это поднятие духа является эволюционной реакцией. Столкнувшись с перспективой голодной смерти, древнему человеку нужен был гормональный пинок под зад, чтобы поставить еду на стол.

    «Если тебе нужно найти еду, ты не можешь корчиться от голода и барахтаться в своем несчастье», — сказал Аповян. «Вы должны выйти туда и быть творческим».

    Но по мере того, как его забастовка продолжалась, Махани начал чувствовать сонливость, мышечную боль и головокружение и терял вес со скоростью один фунт в день. Он стал казаться изможденным, а его дыхание стало затрудненным. «Если бы мне пришлось подниматься по лестнице, мне нужно было бы остановиться посередине, чтобы сделать перерыв», — сказал он.

    По словам ученых, одновременно с разрушением организма в химическом составе мозга голодающих происходят дополнительные изменения.Ряд исследований свидетельствует о том, что длительное голодание вызывает повышенную раздражительность, злость, агрессивность и импульсивное поведение.

    Каменщик Томас Махани строит гранитную стену в Мичигане. В прошлом году Махани постился 17 дней, чтобы привлечь внимание к проблеме самоубийств в армии США. (Монте Морин / Лос-Анджелес Таймс)

    Даниэль Фесслер, антрополог-эволюционист из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, предполагает, что эти изменения являются адаптивным механизмом, вызванным снижением уровня нейротрансмиттера серотонина.Это падение, которое, по-видимому, сопровождает экстремальную потерю массы тела у людей и других млекопитающих, могло способствовать повышению агрессивности и рискованного поведения наших предков, чтобы они могли превзойти других в борьбе за пищу.

    Фесслер указывает на основополагающее исследование голода, которое было проведено в конце Второй мировой войны. Эксперимент Университета Миннесоты был призван помочь правительству отреагировать на массовый голод в Европе после войны, и в нем участвовали три дюжины добровольцев, отказавшихся от военной службы по соображениям совести.

    В течение шести месяцев молодые люди потребляли всего 1500 калорий в день и потеряли 25% своего веса.

    «Изменения были поразительными, — сказал Фесслер. «Это пацифисты, которые не хотели идти на войну, и у них начинаются жестокие фантазии, они наносят себе повреждения. Одному парню после неоднократных неудачных попыток наконец удается отрубить себе пару пальцев».

    Махани сказал, что он не был склонен набрасываться на людей во время голодовки, говоря: «Я слишком устал, чтобы злиться.»

    Махани сказал, что его первый опыт ограниченного приема пищи произошел в Военной академии США в Вест-Пойнте, штат Нью-Йорк. Как кадет, который часто конфликтовал со старшеклассниками, в результате его часто лишали обеда. По мере того, как список его недостатков рос, Махани сказал, что ушел из академии после третьего курса, стал рядовым первого класса 101-й воздушно-десантной дивизии и был отправлен во Вьетнам.

    «Я всегда спрашивал себя, откуда берется этот гнев?» — сказала подруга Лорелей Хайнмиллер.«Чем больше я узнавал о его прошлом, тем больше я понимал».

    Во время своей первой голодовки Махани и его товарищ по протесту получили аудиенцию у советника президента Никсона по национальной безопасности Генри Киссинджера. Во втором случае, в 2009 году, Махани прекратил свой протест, когда правительственные чиновники разрешили ему участвовать в обсуждениях военной программы стоп-лосса, которая не позволяла военнослужащим покидать армию после истечения срока их контрактов. Махани и другие назвали эту практику «черным ходом».»

    Продолжительные голодовки — свидетельство способности организма приспосабливаться к голоду и дефициту — условиям, которые нашим древним предкам приходилось терпеть с смертельной регулярностью.

    В прошлом году Махани постился 17 дней, чтобы привлечь внимание к проблеме самоубийств в вооруженных силах США и призвать правительство сделать больше для борьбы с посттравматическим стрессовым расстройством.

    К этому времени парк напротив Белого дома сильно изменился. «Там был настоящий маргинальный элемент, с которым, честно говоря, я не хотел связываться», — сказал Махани.Демонстрация закончилась, когда президент подписал указ о психическом здоровье военнослужащих и ветеранов. (Махани продолжает отстаивать эту проблему в качестве президента организации «Честь для всех».)

    На вопрос, есть ли у него длительные физические проблемы из-за его серийных голодовок, Махани пожал плечами. «Я не знаю — вы мне скажите», — сказал он.

    Судя по всему, периодическое голодание мало повлияло на производительность Махани. Несколько последних дней он провел, перевозя пару тонн гранитного камня из Адирондака в Нью-Йорке в дом клиента в фешенебельном пригороде Детройта; организация августовского благотворительного турнира по гольфу для Honor for All; и разговаривая с репортером, когда он распиливал, резал и цементировал камни в невысокую садовую ограду.

    В какой-то момент Махани воспользовался моментом, чтобы оценить стену, которую нужно было закончить до того, как клиент устроит выпускной вечер на следующей неделе. Другой подрядчик, работавший на объекте, подошел и попытался завязать разговор.

    «Ого, мальчик. Я чувствую себя немного одурманенным», сказал подрядчик Махани. — Я сегодня не обедал.

    «О, да?» — с ухмылкой сказал Махани. — Вы объявили голодовку?

    Голодовка палестинского заключенного ведет к соглашению об освобождении

    БЕЕР ЯАКОВ, Израиль — В пятиместном отделении интенсивной терапии больницы в центре Израиля аппараты ИВЛ пищали и гудели.Но вокруг кровати Хишама Абу Хаваша царила тихая тишина, а монитор показателей жизнедеятельности над ним молчал.

    Он отказался от любого медицинского вмешательства, включая аппараты, которые могут следить за его ухудшающимся здоровьем, а также отказался от пищи, внутривенных жидкостей или пищевых добавок.

    40-летний г-н Абу Хаваш, 141-й день голодовки, стал последним палестинским заключенным, принявшим решительные меры в знак протеста против его бессрочного задержания израильскими военными властями без предъявления обвинения или суда. Эта практика называется административным задержанием.

    Во вторник вечером его акция протеста закончилась глотками из чашки чая после того, как израильские и палестинские официальные лица договорились освободить его в следующем месяце. После нескольких дней протестов с призывами к его освобождению и растущих в Израиле опасений массовых беспорядков, если он умрет в заключении, правительство капитулировало.

    Согласно договору, г-н Абу Хаваш останется в больнице до 26 февраля и начнет получать медицинскую помощь. Палестинская администрация согласилась «гарантировать, что он не вернется к терроризму.

    По правилам административного задержания г-н Абу Хаваш никогда не обвинялся в терроризме, тем более не был осужден. Его адвокаты настаивают на его невиновности.

    Строитель на Западном берегу и отец пятерых детей, г-н Абу Хаваш к тому времени, когда закончилась голодовка, стал изможденным и слабым.

    Он то терял сознание, то его семья, адвокаты и группы медицинской помощи предупреждали, что его смерть неизбежна. Каждые несколько часов его жена, 31-летняя Аиша Хирбат, будила его, чтобы попытаться дать ему несколько глотков воды.Иногда он не мог глотать, и вода капала из его открытого рта.

    С 1967 года Израиль прибегал к административным задержаниям для заключения тысяч палестинцев с оккупированных территорий, задерживая их в соответствии с военными законами на бессрочные сроки на основании секретных доказательств. В отсутствие обвинений и возможности защититься от них адвокаты могут только ходатайствовать перед судом об освобождении своих клиентов.

    Голодовка — не редкость, хотя забастовка г-на Абу Хаваша была одной из самых продолжительных за последние годы.

    Израиль не публикует регулярно официальные данные, но, по оценкам группы по защите прав заключенных Addameer, в настоящее время в административном задержании находятся 500 палестинцев, в том числе четверо несовершеннолетних.

    Официальные лица Израиля не ответили на вопросы о применении административного задержания, но ранее заявляли, что оно используется как превентивный инструмент для спасения жизней, а не как карательная мера за уже совершенные действия. Они говорят, что разведка держится в секрете, чтобы защитить источники.

    Израиль не одинок в своей практике. Авторитарные страны, такие как Египет и Китай, регулярно используют его, как и Палестинская автономия на Западном берегу.

    По словам представителя министерства обороны, знакомого с делом г-на Абу Хаваша, его обвинили в том, что он был боевиком на Западном берегу палестинской исламской группировки «Исламский джихад», базирующейся в Газе.

    Служба внутренней безопасности Израиля, ШАБАК, заявила, что он был причастен к планам нападения на израильских гражданских лиц и солдат, сказал чиновник.Чиновник не представил никаких доказательств в поддержку обвинения и не сказал, были ли совершены какие-либо нападения.

    Палестинский исламский джихад считается террористической организацией во многих странах, включая Израиль и Соединенные Штаты, и осуществил многочисленные нападения со смертельным исходом на израильское гражданское население.

    Семья и адвокаты г-на Хаваша отрицали, что он был членом группы, и призвали военный суд представить доказательства, подтверждающие обвинения против него.

    «Конечно, они не предоставили нам никаких доказательств в подтверждение своих утверждений, потому что это все секретно», — сказал один из его адвокатов Ахмед Сафия.

    Международное гуманитарное право разрешает оккупационным державам использовать административное задержание в качестве временной меры, когда задержанный представляет явную и серьезную угрозу для общества, по словам Омара Шакира, директора Хьюман Райтс Вотч по Израилю и Палестине. Но он говорит, что использование Израилем этой практики выходит за рамки принятой правовой основы.

    «Слишком широкое использование Израилем этого, 54 года оккупации, заключение под стражу сотен людей с секретными уликами явно выходит за рамки того, что разрешает международное право», — сказал он. «Это издевательство над элементарной надлежащей правовой процедурой».

    Международные призывы к Израилю прекратить эту практику. Майкл Линк, эксперт ООН по правам человека, наблюдающий за оккупированными территориями, назвал это «анафемой в любом демократическом обществе, которое следует верховенству закона».

    Когда он начал голодовку, Mr.По словам его семьи, Абу Хаваш весил около 175 фунтов. В течение нескольких месяцев он потреблял только воду и по 3 грамма соли и сахара в день, но прекратил прием сахара и соли около шести недель назад, рассказала его жена г-жа Хирбат.

    Теперь он весит менее 85 фунтов. Его ребра и тазовые кости торчат из впалого живота.

    Г-н Абу Хаваш из города Дура, недалеко от Хеврона, за последние два десятилетия провел за решеткой более семи лет, причем более половины из них без предъявления обвинений, по данным группы по защите прав заключенных «Клуб палестинских заключенных».

    После своего первого ареста в 2004 году он провел три года в тюрьме после того, как признал себя виновным по обвинениям, включая попытку умышленного причинения смерти, торговлю военной техникой и помощь беглецам, сообщая о передвижениях израильских военных, по данным израильских военных.

    В тюрьме он делил крыло с членами Исламского джихада, сказал его брат Имад Абу Хаваш. По словам его брата, г-н Абу Хаваш подружился с ними, но не присоединился к группе.

    После освобождения, по словам израильского чиновника, он «продолжал серьезную террористическую деятельность» и в 2008 году снова был задержан примерно на девять месяцев.

    Во время задержания он попросил г-жу Хирбат, соседку Дура, выйти за него замуж.

    «Он боялся, что я выйду замуж за кого-то другого и что он упустит свой шанс», — сказала она в воскресенье в отделении интенсивной терапии. Зал ожидания медицинского центра Шамир в Беэр-Яакове, недалеко от Тель-Авива. «Я даже не думал дважды об этом. Я сказал да.»

    Они поженились вскоре после его освобождения.

    Г-жа Хирбат сказала, что ей мало что известно о его предыдущем участии в палестинских группах сопротивления, но после того, как они поженились, он сосредоточился на многочасовой работе на стройке, чтобы содержать свою растущую семью.

    В 2012 году его снова поместили под административный арест, на этот раз на 26 месяцев. Израильский чиновник заявил, что он «участвовал в создании и укреплении террористической инфраструктуры» и «способствовал закупке оружия».

    Он был снова арестован в октябре 2020 года, поскольку «был причастен к серьезной террористической деятельности, ставящей под угрозу безопасность региона и общественную безопасность», — сказал израильский чиновник.

    Когда он начал свою голодовку 17 августа прошлого года, мисс.Хирбат сказал, что она пыталась убедить его не делать этого.

    «Он отказался, — сказала она, пояснив, — если я этого не сделаю, я не выйду еще два-три года». был его 6-летний сын Иззедин, страдающий атрофией почек. По словам брата г-на Абу Хаваша, до заключения в тюрьму он много работал, чтобы оплачивать операции своего сына.

    Иззедин перенес две операции в израильской больнице с тех пор, как его отец объявил голодовку.Третья операция отложена, так как его отец цепляется за жизнь.

    Поскольку его состояние ухудшилось, его дело стало поводом для сплочения палестинцев, недовольных израильской оккупацией.

    На акции протеста в Газе в понедельник вечером Халед аль-Батш, высокопоставленный лидер «Исламского джихада», заявил, что в случае смерти г-на Абу Хаваша его группа будет считать это убийством Израиля и примет ответные меры.

    Израильские официальные лица были обеспокоены тем, что его смерть может спровоцировать гражданские беспорядки.

    Если г.Абу Хаваш умер в заключении, сказала Аида Тума-Слиман, член парламента Палестины от партии Хадаш, «они знают, что Западный берег воспламенится и будет давление со стороны международного сообщества».

    Содержание под стражей г-на Абу Хаваша было приостановлено 26 декабря военным судом, который постановил, что из-за слабого здоровья он больше не представляет опасности для государства, по данным тюремной службы Израиля. Той же ночью его перевели из тюремного лазарета в гражданскую больницу.

    Но он все еще не был свободен и не выпускался из больницы. Его семье также не разрешили перевести его в палестинскую больницу на Западном берегу, как они заявили, что хотели это сделать.

    У его комнаты стоит охранник.

    Г-жа Хирбат находится в больнице уже больше недели, спит рядом с кроватью мужа. Когда ее иногда выводят из палаты, пока персонал больницы лечит других пациентов в критическом состоянии, она надевает пушистые синие тапочки и нервно ждет снаружи.

    Она сказала, что ее муж поклялся продолжать голодовку до тех пор, пока не освободится, и неоднократно предупреждал свою семью, чтобы они не позволяли врачам кормить его внутривенно, независимо от его состояния.

    «Хишам будет продолжать, будь то мученичество или победа», — сказала г-жа Хирбат. «Даже если это будет мученическая смерть, это будет победа, потому что он не капитулировал перед ними».

    Раджа Абдулрахим сообщил из Беэр-Яакова, Израиль, и Ронен Бергман из Тель-Авива. Майра Новек предоставила репортажи из Иерусалима, а Ияд Абухвейла из Газы.

    «Несколько смертей от голода — это ничто»: голодание в ирландских тюрьмах, 1917–1923 гг. — история принудительного кормления

    Каково это — объявить голодовку? Что на самом деле происходит, физически и эмоционально, с голодающими заключенными? А как врачи взаимодействуют с голодающими, когда их не пускают на принудительное кормление? Во многих отношениях проблемы, возникающие из-за того, что заключенным разрешено голодать, аналогичны проблемам, возникающим в дебатах об эвтаназии. Они сосредоточены на том, должны ли врачи воздерживаться от лечения, чтобы позволить пациенту умереть, если это требуется, действие, которое обычно считается этически более предпочтительным, чем активное убийство пациента. 1 В таких обстоятельствах врачи, как правило, ценят принцип автономии пациента, но рассматривают свои варианты в свете этических и юридических соображений. 2 Однако голодовка представляет несколько иную проблему. Участники голодовки обычно не хотят умирать, хотя и готовы на это в случае крайней необходимости. Кроме того, в отличие от пациентов, подвергшихся эвтаназии, их намерение умереть обычно проистекает из политических целей, а не из какого-либо желания избежать боли или страданий посредством смерти.Смерть никоим образом не приносит пользы участнику голодовки, хотя она, безусловно, может помочь его или ее более широкому политическому делу. Еще больше усложняет ситуацию то, что тюремные врачи обычно имеют дело с пациентами в расцвете сил, которые были бы совершенно здоровы, если бы просто возобновили прием пищи. В отличие от эвтаназии участники голодовки причиняют боль и страдания своему здоровому телу и отказываются от медицинского вмешательства; они манипулируют собственными телами и повреждают их в более широких политических целях.

    На примере Ирландии революционного периода в этой главе исследуется опыт голодания заключенных.Используя автобиографические свидетельства, он воссоздает исторический опыт голодовки, чтобы осветить физические и эмоциональные последствия голодовки, способы преодоления, разработанные заключенными, и структуру тюремных медицинских встреч. Относительно мало известно о том, что происходит с человеческим телом без еды. Было бы несколько неэтично морить голодом здорового человека в исследовательских целях. Кроме того, политизированные участники голодовки редко, если вообще когда-либо, желают, чтобы за ними следили в экспериментальных целях. 3 Существующие научные работы о том, что происходит с голодающим человеческим телом, имеют тенденцию быть высокотехнологичными; он не может передать человеческие страдания, связанные со зрелищем голодания. Тем не менее именно эти физические и душевные страдания привлекают внимание сочувствующей публики. Голодовка — это очень личное действие, в котором задействовано тело, находящееся в бедственном положении. Тем не менее, страдающее тело также обладает огромным риторическим потенциалом. Телесная боль может быть испытана наедине за закрытыми стенами тюрьмы, но она распространяется и на общественную сферу, которая разделяет определенные рассуждения о вежливости, сострадании и необходимости избегать бессмысленных смертей. 4

    В период с 1917 по 1923 год впервые были разрешены групповые голодовки, иногда приводившие к смерти. После 1917 года ирландские тюремные врачи больше не могли цепляться за свой аргумент о том, что они обязаны насильственно кормить постящихся заключенных. Процедура стала слишком ассоциироваться с насилием, пытками и жестокостью. Но, возможно, многие врачи искренне считали принудительное кормление меньшим злом, чем наблюдать, как пациенты навлекают на себя медленную мучительную смерть.Вынужденная боль от желудочного зонда, безусловно, противоречила медицинским этическим нормам того времени. Но позволить заключенным умереть без вмешательства было столь же проблематично в социокультурном контексте, который высоко ценил неприкосновенность жизни. Сегодня врачи в большинстве стран обязаны держать дистанцию ​​с голодающими — наблюдать, но не останавливать их постепенное обезображивание и ухудшение состояния. Они не могут помешать медленному спуску к смерти, поскольку личная автономия участников голодовки теперь уважается.Столкнувшись с объявившим голодовку, врачам рекомендуется установить доверительные отношения, выяснить, будет ли протест коротким или до смерти, и определить, разрешит ли заключенный медицинские осмотры, взвешивание, ежедневные посещения и госпитализацию. 5 Врачи также следят за тем, чтобы участники голодовки понимали вероятные последствия отказа от еды. Поскольку психическое ухудшение (сопровождающееся потерей дееспособности) происходит на более поздних стадиях голодовки, врачам рекомендуется получить предварительное распоряжение в виде завещания о жизни, которое будет направлять их в соответствии с пожеланиями пациента, если голодание перейдет в стадию комы. 6 Принудительное кормление допустимо только в том случае, если объявивший голодовку кажется неспособным сформировать рациональное суждение (хотя американские суды регулярно не поддерживают право разумного заключенного на голодную смерть).

    Чтобы пролить свет на эти вопросы, в этой главе рассматривается переход от политики принудительного кормления в Ирландии после смерти Томаса Эша в 1917 году. (в первую очередь Теренса МакСвини) за счет многочисленных несмертельных протестов. 7 Однако между 1917 и 1923 годами в Ирландии прошли тысячи голодовок. Уильям Мерфи представил более широкое повествование, в котором подробно описаны многие из этих протестов. 8 Но более глубокий анализ отношений между врачом и пациентом и разлагающегося органа голодовки мог бы дать представление о более широком вопросе о том, как врачи и пациенты в зонах конфликта взаимодействуют и справляются с физическим и психическим напряжением голодовки. В отличие от насильственного кормления, самоголодание — это то, что делается с собственным телом; в нем мало заявлений о необоснованном нападении и физическом насилии.В конце 1910-х это радикально изменило отношения между врачом и пациентом. Фактически, напряженность между ирландскими врачами и участниками голодовки значительно снизилась. Многие врачи испытывали сострадание и сочувствие к своим постящимся пациентам. В свете этого заключенные стали по-разному переживать голодовки. Они чувствовали боль, дискомфорт и галлюцинации, когда голод брал свое естественное течение. Некоторые заключенные впали в стадию комы, когда их тела закончили истощать естественные запасы жира. Несмотря на травму, участники голодовки получали больше положительных эмоций от общения со своими врачами, чем в случае, когда правительство поддерживало принудительное кормление.Как только начали уважать личную автономию пациента, произошло нечто, близкое к нормальному медицинскому общению. Тем не менее степень телесных повреждений, нанесенных во время голодовки, может помочь объяснить, почему некоторые врачи могут считать насильственное кормление этически более предпочтительным, чем позволять заключенным уморить себя голодом до смерти.

    Изменение отношений

    С 1917 года вокруг голодающих заключенных завязались новые отношения. Тюремные врачи превратились в беспомощных наблюдателей за смертью; заключенные, превратившиеся из жертв пыток в политических мучеников; голодовка превратилась из последнего средства, казалось бы, иррационального в форму духовной жертвы.Смерть Томаса дала понять даже сторонникам «искусственного вскармливания», что процедура потенциально опасна, опасна для жизни и несовместима со стандартной терапевтической помощью. Хотя правительство никогда официально не признавало, что насильственное кормление может быть небезопасным, даже несмотря на известный случай со смертельным исходом в тюрьмах, его энтузиазм по поводу применения желудочного зонда в Ирландии быстро угас. Там насильственное кормление теперь вызывало большие споры.

    Смерть Томаса произошла в период напряженности в англо-ирландских отношениях, вызванной скандальной казнью лидеров Пасхального восстания 1916 года, задержками в осуществлении самоуправления (отложенного на неопределенный срок до окончания Первой мировой войны), антагонизмом по отношению к планам навязать призыв на военную службу в Ирландии и острые дебаты по поводу идеи раздела Ирландии, чтобы успокоить ольстерских юнионистов на севере страны, которые остались верными британскому государству. 9 Этот бурный фон привел к тому, что то, что могло быть изолированным инцидентом в тюрьме, превратилось в национальный скандал. Республиканцы восприняли смерть Эша как символ британской жестокости. В неспокойные годы, последовавшие за Первой мировой войной, ирландские заключенные с поразительным рвением объявили голодовку. С 1918 г. усилилась политическая и социальная напряженность между Англией и Ирландией. На всеобщих выборах того же года республиканская политическая партия Шинн Фейн получила 73 места в Ирландии из 105, хотя юнионисты сохранили большинство в северной провинции Ольстер.Члены Шинн Фейн отказались занять свои места в Палате общин и пообещали создать автономный ирландский парламент. Правительство Первого Дайла (юридически непризнанное британским правительством) впервые собралось в январе 1919 года в особняке в Дублине и объявило, что Англия и Ирландия находятся в состоянии войны. 10 Затем последовала Война за независимость Ирландии, период национального насилия, когда ИРА, армия самопровозглашенной Ирландской Республики, вела затяжную партизанскую войну против британского правительства и его войск в Ирландии. 11 Автономное Ирландское Свободное государство было создано в 1922 году, хотя между двумя противоборствующими республиканскими группами возник конфликт из-за оспариваемых условий англо-ирландского договора, по которому шесть графств на севере Ирландии остались в составе Великобритании. Споры по этому поводу привели к Гражданской войне в Ирландии (1922–1923 гг.), Ожесточенному конфликту между сторонниками и противниками Договора фракциями республиканского движения. 12

    Масштабы голодовки во время этих конфликтов оказали огромное давление на ирландскую тюремную службу.Майкл Биггс подсчитал, что между 1916 и 1923 годами заключенные и интернированные устроили около 10 000 голодовок. Подавляющее большинство добилось уступок. Многие были освобождены. Это серьезно подорвало политику тюремного заключения и интернирования и деморализовало полицию и вооруженные силы, которые задавались вопросом, почему они удосужились арестовать республиканцев только для того, чтобы увидеть, как их преждевременно освобождают во время голодовки. 13 Количество республиканских заключенных, желающих объявить голодовку Массовая нанесла психологический урон медицинскому персоналу тюрьмы.В 1916 году врач в лагере для интернированных Фронгоч, Мерионетшир, Уэльс, бросился в каменоломню, как сообщается, из-за психологического стресса, связанного с работой с 200 голодающими ирландскими заключенными. 14 В Палате общин политик-националист Лоуренс Джиннелл намекнул министру внутренних дел, что этот врач покончил жизнь самоубийством после того, как его заставили совершить «жестокий акт», молчаливое упоминание о насильственном кормлении. 15 Во время Войны за независимость голодовки были частью более широкой республиканской стратегии по подрыву британской административной системы (что также нашло отражение в преследовании офицеров Королевской полиции Ирландии).Как утверждал республиканский представитель по связям с общественностью Фрэнк Галлахер, «разрушив тюремную систему, мы становимся свободными продолжать разгром их Империи в Ирландии… голод в несколько дней в качестве платы за такой удар — ничто… даже несколько смертей от голода — это ничто». ничего». Во время последующей Гражданской войны республиканцы, выступавшие против Договора, объявили голодовку в знак протеста против массового заключения заключенных, которые чувствовали себя преданными созданием независимого государства без шести северных округов. 17 В октябре 1923 г. (через пять месяцев после официального окончания конфликта) около 7800 республиканцев, выступавших против Договора, объявили массовую голодовку. 18

    В этот период интенсивных социально-политических потрясений стало очевидно, что политика, позволяющая голодать, таит в себе ряд этических проблем. Голодные заключенные страдали целым рядом физических, психологических и эмоциональных состояний, но в основном отказывались от терапевтической помощи.Как тюремные врачи превратились из исполнителей насильственного кормления в помощников по уходу за голодающими? Еще в 1912 году Джордж Бернард Шоу осознал опасность голодной смерти заключенных. В письме, опубликованном в Irish Times , Шоу отметил, что «пока правительство обеспечивает заключенного достаточным количеством еды, я не понимаю, как его можно считать ответственным за смерть заключенного». Тем не менее Шоу полностью осознавал эмоциональную сложность голодовки и степень общественного недовольства, которое может возникнуть в случае смерти в тюрьме, даже если персонал предоставил еду.Правительство по-прежнему может быть привлечено к ответственности, если будет замечено, что оно создало или поддержало условия, поощряющие протесты в тюрьмах, или упорно не уступало разумным требованиям. Шоу проницательно добавил, что если «суфражисткам в Маунтджое будет позволено покончить с собой, горе, которое вызовет такое событие, вопреки всей логике, будет вызвано правительством, а не жертвами. И в этом последняя слабость позиции правительства». 19 Для Шоу эмоциональные последствия смерти заключенного от голода всегда перевешивают логический, но менее страстный аргумент, что смерть была чем-то, что навлек на себя голодающий.Шоу также упомянул о проблеме досрочного освобождения заключенных, совершивших тяжкие преступления (в данном случае за поджоги). Как он заметил, «освобождать действительно опасного преступника после двухнедельного промывания желудка было бы нелепо». 20 Неотъемлемая дилемма для правительства заключалась в том, что уступки (например, досрочное освобождение) или смерть в тюрьме были негативными последствиями. Более того, правительство также опасалось, что если оно уступит голодающим, то голодать будут и другие политизированные заключенные, а также осужденные. 21 Но смерть в тюрьме только укрепит общественное мнение о жертвенной (а не самоубийственной) голодовке, укрепив общественную поддержку заключенных и их более широкой цели. 22

    Как же тогда изменилась политика? К 1917 году насильственное кормление в Ирландии было широко признано опасным, как для мужчин, так и для женщин. Тот факт, что коренастое, сильное мужское тело поддалось воздействию процедуры, усилило доводы против насильственного кормления.Ирландские газеты подчеркивали силу и грубую мужественность Томаса Эша, чтобы продемонстрировать антипатию к процедуре. King’s Co. Independent сообщил о его смерти под заголовком «он был великолепного телосложения», добавив, что «о нем обычно говорили как о человеке, который сможет продержаться дольше всех и вынести трудности и их пагубные последствия». 23 Желудочная трубка больше не была просто оружием, используемым против физически и эмоционально слабых женщин-заключенных.Теперь его изображали как мощное оружие, способное поработить и даже убить мускулистых ирландских заключенных.

    Тем временем в Маунтджое тюремный персонал должен был решить, что делать с теми заключенными, которые все еще объявили голодовку в напряженные дни, последовавшие за смертью Эша. В конце сентября в тюрьме собрался совет, чтобы найти решение. Он пришел к выводу, что «искусственное вскармливание» мало что сделало для поддержания здоровья заключенных. Соответственно, Совет рекомендовал условно-досрочное освобождение тридцати девяти заключенных, включая Остина Стэка. 24 В ноябре Дублинский замок проинструктировал начальников ирландских тюрем, что заключенных следует подвергать насильственному кормлению только по специальному приказу, и следует рекомендовать временное освобождение в соответствии с Законом о кошках и мышах, если физический коллапс кажется неизбежным. Еще один меморандум, разосланный ирландским тюрьмам в ноябре от заместителя министра по делам Ирландии Уильяма Бирна, указывал, что «любой заключенный, состояние которого, по мнению медицинского работника, требует этого, должен быть немедленно освобожден, не дожидаясь дальнейших распоряжений». 25

    Принудительное кормление никоим образом не исключалось. Тем не менее, в Ирландии волна решительно повернулась против этой процедуры. Врачи, применявшие насильственное кормление, оказались под сильным общественным порицанием. В январе 1918 года медицинский персонал Маунтджоя насильно кормил заключенных Шинн Фейн, Джеймса Роша и Эдварда Хорана, что вызвало протесты графа Планкетта и члена парламента Ирландии (и будущего президента Ирландии) Шона Т. О’Келли. 26 Они кормили Эдварда в течение девяти дней и Джеймса в течение десяти, прежде чем рекомендовать временное освобождение. 27 Даудалл, О’Кэрролл и Кук отказались продолжать «искусственное питание» до тех пор, пока комиссия или комитет, представленный экспертным медицинским заключением, не подтвердит такое решение. 28 Учитывая рвение Даудалла по кормлению политизированных заключенных, это было неожиданно. Предположительно, он мало беспокоился о благополучии Джеймса и Эдварда. Однако он не хотел, чтобы его снова втягивали в юридический сценарий, когда его могли бы заставить взять на себя ответственность за смерть или ранение.Даудалл теперь кормил заключенных перед лицом высокой общественной чувствительности. После освобождения восемнадцатилетний Эдвард пожаловался журналисту Irish Independent , что во время кормления его рвало кровью. 29 Даудалл написал в частном порядке в Главное управление тюрем, заявив, что он перестал есть, заметив эту кровь, и что жалобы Роше на жвачку были вызваны им самим. 30 Тем не менее, вид крови, казалось, окончательно побудил Даудалла раз и навсегда отложить желудочный зонд.

    Во время Войны за независимость время от времени применялось насильственное кормление, но сильное общественное мнение в конце концов отпугнуло тюремных врачей. Когда в феврале 1919 года врачи в Лимерикской тюрьме насильно кормили нескольких заключенных, общественное негодование усилилось. 31 Два месяца спустя Попечительский совет Лимерика отказался назначить доктора Макграта медицинским работником диспансера из-за его участия в этих кормлениях, хотя Макграт временно занимал этот пост в течение последних трех лет. 32 В 1920 году неожиданное вывоз трех заключенных из тюрьмы Корк вызвало волнение, когда журналист сообщил, что мужчины, близкие к смерти и харкающие кровью, были доставлены в военный госпиталь Корка для принудительного кормления. . Он прокомментировал:

    Недостаточно, чтобы эти храбрые люди умерли, как умер Томас Эш, защищая принцип. Их смерть должна быть мучительной, а их тела и души истязаемы утонченной жестокостью насильственного кормления.Таковы методы, к которым пришлось прибегнуть британскому правительству в его жестокой попытке уничтожить душу и дух нации. 33

    Один заключенный, Морис Кроу, позже рассказал, что ему действительно сообщили, что его нужно кормить. Однако негативное освещение в СМИ, похоже, обескуражило тюремных врачей. В качестве альтернативного решения заключенных перевезли в тюрьму Пембрук в Англии, где их снова попытались накормить. 34

    Британское правительство так и не признало, что больше не подвергало ирландских заключенных насильственному кормлению.Высокопоставленные политики тщательно уклонялись от вопросов, поднятых в Палате общин о том, кормят ли политизированных заключенных. 35 Отказ от риторики «искусственного вскармливания» потребовал бы отказа от десятилетних официальных заявлений о безопасности этой практики и признания некоторой степени ответственности за смерть Эша. Кажется вероятным, что правительство также не хотело полностью избавляться от мощного оружия в своей артиллерии в то время, когда восстание в ирландских тюрьмах усиливалось.Тем не менее, и Дублинский замок, и британское правительство сохраняли осторожность в отношении насильственного кормления заключенных-республиканцев в Ирландии, опасаясь, что это окажется слишком спорным с политической точки зрения. Более того, большое количество заключенных, объявивших голодовку во время Войны за независимость, сделало этот вариант менее осуществимым. Чтобы прокормить такое большое количество заключенных, потребовались бы значительные медицинские учреждения, персонал и ресурсы. 36 Даже если бы они были доступны, принудительное кормление занимало сомнительное место в сознании ирландцев.Это вызвало негодование у общественности, поскольку желудочная трубка теперь использовалась как смертоносное оружие в продолжающейся англо-ирландской борьбе.

    Этот сценарий подготовил почву для новых форм управления голодовкой и формирования новых отношений между врачами и заключенными. Если к 1917 году насильственное кормление было широко признано неэтичным, казалось, что у Министерства внутренних дел и тюремных властей оставалось только два варианта, как и предсказывал Шоу: рекомендовать досрочное освобождение или позволить голодной смерти идти своим чередом.В феврале 1918 года официальные лица Маунтджоя начали сообщать участникам голодовки, что их не накормят и не отпустят. 37 В следующем месяце Джон Ирвин предупредил заключенных, что правительство намерено прекратить разрешать освобождение в соответствии с Законом о кошках и мышах. 38 Это изменение политики вызвало немедленную тревогу среди тюремного медицинского персонала. Многие до сих пор считали, что смерть может наступить в считанные дни голодовки. В 1912 году Главное управление тюрем пригласило дублинского врача Джозефа О’Кэрролла в Маунтджой, чтобы высказать свое экспертное мнение о том, как долго Мэри Ли и Глэдис Эванс могут оставаться в живых без еды.Ли и Эванс объявили голодовку всего два дня. О’Кэрролл заметил, что заключенные уже казались слабыми и холодными, отметив запах ацетона в их дыхании, характерный для случаев голодания. Он пришел к выводу, что Мэри и Глэдис уже физически страдали от голода и что недоедание прочно утвердилось. Если их протесты продолжатся, предупредил О’Кэрролл, хрупкие тела заключенных быстро разложатся по мере того, как будут израсходованы их резервные запасы расходуемых тканей. О’Кэрролл зловеще предсказал, что «для их жизни опасно позволять голоду продолжаться дальше». 39 Очевидно, тюремный медицинский персонал разделял глубоко укоренившийся страх перед скоротечной смертью людей во время голодовки суфражисток. О’Кэрролл твердо верил, что заключенные могут голодать всего два-три дня. В 1910-х годах это убеждение подкрепляло — и действительно оправдывало — политику насильственного кормления и обоснованные решения прибегнуть к желудочному зонду на ранней стадии голодовки.

    Отсутствие политики принудительного кормления изменило функции тюремных врачей, которые больше не обвинялись в пытках, а вместо этого были вынуждены взять на себя непростую паллиативную роль в случаях серьезного ухудшения здоровья заключенных.Ослабило ли это каким-либо образом давление, которое оказывалось на некоторых тюремных медицинских работников с 1909 года? Первоначально некоторые врачи продолжали вмешиваться. Когда в 1918 году офицер ИРА (Типперэри) Имон О’Дуайер объявил голодовку в тюрьме Корк, его посетил пожилой врач по имени доктор О’Флаэрти. Позже Эймон рассказывал:

    Он заставил меня перевернуться лицом вниз, и у меня сложилось впечатление, что он делает что-то, чего ему не следует делать в виде насильственного кормления, не так, как это делалось в Маунтджое, а насильственное кормление другого рода.Я сказал: «Что ты пытаешься сделать?» и он сказал: «Я даю тебе кое-что, чтобы поддержать твою силу». «Ну, Боже мой, — сказал я, — если ты продолжишь, ты можешь одолеть меня, но я скажу тебе это, когда бы я ни вышел, или я как-нибудь сообщу об этом, я тебя убью». У меня сложилось впечатление, что он насильно кормит меня через задний проход. Он отказался и сказал: «Я всего лишь пытался спасти вашу жизнь».

    Из этого рассказа неясно, был ли О’Флаэрти уговорен старшим тюремным персоналом попытаться тайно ректально покормить, или же врач действовал по собственной инициативе, чтобы сохранить жизнь Эймона.Тем не менее, О’Флаэрти представил свои действия как акт доброты и сочувствия. Как продолжил Эймон:

    Большинство из этих врачей тогда считали недельную голодовку опасной. Со временем они узнали, что месячная голодовка не представляет опасности для очень многих мужчин. Он сказал, что сожалеет. Я сказал: «Все в порядке, пока ты этого не делаешь». Он сказал: «Для меня горе, что ты здесь, и если ты умрешь на моих руках, что я буду делать? Вы предлагаете мне освободить вас и потерять работу? «Я не предлагал вам делать ничего подобного, — сказал я, — и я не просил вас освобождать меня.Не делайте ничего, что может навредить вам, доктор О’Флаэрти. Не пытайся насильно кормить, но в то же время я позволю голоду убить меня, прежде чем сдаюсь». 40

    Рассказ Эймона предполагает, что он установил относительно сострадательные отношения со своим врачом после того, как от политики принудительного кормления отказались. О’Флаэрти, похоже, испытывал противоречивые чувства по отношению к заключенному, который, как он считал, умирал, от искренней жалости до страха быть уволенным со своего поста.О’Дуайер, похоже, в равной степени сочувствовал своему тюремному врачу, возможно, осознавая ненадежное положение медицинского персонала учреждений как невольных посредников между правительством, тюремными властями и заключенными-республиканцами. Эймон позаботился в своем отчете отметить озабоченность О’Флаэрти сохранением его жизни, несмотря на то, что он решительно возражал против попытки ректального кормления. Кажется, О’Флаэрти считал, что кормление предпочтительнее смерти.

    Примечательно, что тюремные врачи все еще беспокоились о возможных юридических последствиях смерти в тюрьме.В феврале 1918 года Главное управление тюрем предположило, что срочно необходим закон для защиты медицинского персонала от возможных обвинений в непредумышленном убийстве. 41 Многие врачи неоднозначно относились к самоконтролю голодания. Фрэнк Галлахер вспоминал, что на двенадцатый день голодовки в тюрьме Маунтджой его лечащий врач, казалось, боялся смерти больше, чем сами заключенные. «Он перестал улыбаться, доктор, — заявил Франк, — чего ему бояться? Люди не боятся — разве что немного ночью, когда ум не умолкает, но даже у Христа был этот физический страх». 42 Медицинский персонал, работающий в больницах, расположенных рядом с тюрьмами, также был обеспокоен своим правовым положением. В том же месяце врач больницы округа Лимерик Дж. Ф. Девейн позвонил в Главное управление тюрем, чтобы обсудить голодовку, находящуюся под его опекой. Девейн объявил, что не возьмет на себя ответственность, если заключенный умрет. 43 Очевидно, новая политика управления голодовкой вызвала беспокойство у медицинского персонала. Те, кто ранее подвергался насильственному кормлению, имели возможность прибегнуть к медицинской помощи, а также к судебному прецеденту Leigh v Gladstone .Тем не менее, ожидать, что он будет наблюдать за смертью, было неизведанной этической и правовой территорией. Только в 1920 году правительство разъяснило позицию тюремных врачей, официально указав, что гражданская или уголовная ответственность за смерть не ложится на сотрудника, руководившего объявившим голодовку. 44 Но существовали и другие угрозы. Тюремный персонал поддерживал непростые отношения с ИРА, которая регулярно рассылала угрозы смертью тюрьмам, где проходила голодовка.Одно сообщение, отправленное начальнику тюрьмы Корк в 1920 году, гласило: «Если кому-то из этих людей будет позволено умереть, солдаты Ирландской республиканской армии в этой стране немедленно примут самые решительные меры, чтобы отомстить за убийства». 45

    По многим причинам некоторые тюремные врачи в Ирландии отказались участвовать в управлении голодовкой с энтузиазмом, которого требовало Главное управление тюрем, поскольку они либо сочувствовали заключенным, либо не желали ввязываться в остроту конфликта .Когда Главное управление тюрем потребовало, чтобы доктор Флинн, медицинский работник тюрьмы Корк, написал отдельное медицинское заключение для каждого заключенного, Флинн категорически отказался, если ему не заплатят гинею за каждого участника голодовки, добавив, что «они могут выгнать меня, если захотят». . Флинн настаивал на том, что голодовка была моральной причиной, требующей ежедневных посещений священника, а не медицинской проблемой. 46 Ранее Флинн отказался от принудительного кормления. 47 Точно так же в июне 1920 года Флинн ясно дал понять в телефонном сообщении Главному управлению тюрем, что он больше не будет брать на себя ответственность за одного больного участника голодовки, находящегося под его опекой, и рекомендовал его немедленно перевести в местную больницу. 48 Флинн регулярно поддерживал досрочное освобождение заключенных, утверждая, что они страдают от таких заболеваний, как порок сердца или дегенерация миокарда. Его рвение в диагностике сердечных заболеваний вскоре привлекло внимание членов Совета, которые начали отвергать его рекомендации. 49

    В то время как насильно вскармливаемые суфражистки и республиканцы, такие как Томас Эш, эмоционально представлялись бессильными, уязвимыми жертвами правительства, намеревающегося причинить физический вред с помощью медицинских технологий, кажется очевидным, что голодающие участники голодовки обладали больший контроль над своими действиями.У них было больше автономии, чем у принудительно вскармливаемых заключенных, особенно если они обладали самообладанием и решимостью, необходимыми для воздержания от еды на неопределенный срок по важной моральной причине: обеспечению независимости Ирландии. Переход к разрешению голодания позволил участникам голодовки активно участвовать в судьбе своего учреждения и использовать контроль над своей средой так, как это было недоступно пассивным, но агрессивно ослабленным жертвам принудительного кормления. Им было предоставлено разрешение подорвать обычную дисциплинарную работу современной тюрьмы, вернув телесную автономию.Последовали разноплановые столкновения между медицинским персоналом и участниками голодовки. Большинству врачей было неловко наблюдать за голоданием. Хотя некоторые, несомненно, опасались негативной огласки или судебного преследования, другие сочувствовали участникам голодовки (возможно, независимо от того, согласны ли они с их более широкой целью). Взаимодействие между врачом и пациентом теперь носило заметно более сострадательный характер.

    Испытывая голод

    Что значит голодать? Как голодание воспринимается физически и эмоционально? И воспринимают ли врачи удручающее зрелище самоголодания как менее проблематичное, чем принудительное кормление? Заключенные-республиканцы оставили огромное количество автобиографических материалов, которые дают представление о глубоко личных аспектах их голодовки.Они отличаются от таких источников, как пропаганда суфражисток, поскольку в основном они были написаны, записаны и опубликованы спустя много времени после революционного периода. В отличие от рассказов суфражисток о насильственном кормлении, написанных во время их избирательной кампании, большая часть автобиографической республиканской литературы не предназначалась для стимулирования немедленных изменений в государственной политике или привлечения общественной поддержки насущного политического дела. Она была написана через некоторое время. Свидетельства от первого лица об опыте заключенных содержатся в источниках, включая показания свидетелей устной истории Бюро военной истории, собранные ирландским государством в период с 1947 по 1957 год, и в опубликованных отчетах, таких как « дней страха » Фрэнка Галлахера (1928). 50 Физическое, психологическое и эмоциональное напряжение, вызванное воздержанием от пищи, занимает видное место в их отчетах, указывая на то, что голодовка занимала центральное место в общей памяти о Войне за независимость и Гражданской войне, а также на то, как республиканцы впоследствии сформулировали их исторический опыт.

    Производство этих источников неизбежно включало определенную степень ретроспективного самоформирования, которое отражало тенденцию в независимой Ирландии помнить тех, кто участвовал в событиях, приведших к независимости, как героических и победоносных.В то время как некоторые авторы открыто признавали, что рассматривали возможность прекращения голодовки, подавляющее большинство подчеркивало свою решимость и решимость продолжать голодовку, которая иногда длилась неделями. Как утверждает Аланна Томкинс, процесс самопрезентации, исторически воплощенный в производстве автобиографий, может влиять на включение и упущение событий. Более того, во многих автобиографических текстах или интервью широко используются устоявшиеся мотивы или повествования. 51 Конечно, такие источники, как свидетельские показания Бюро военной истории, как правило, не содержат подробностей о заключенных, которые отказались участвовать в групповых голодовках или сдались через несколько дней. 52 Источники устной истории также заведомо проблематичны из-за таких проблем, как память, предвзятость и беспристрастность. Вдобавок Галлахер был мастером республиканской пропаганды, а это означало, что его описание своего тюремного опыта было построено на впечатлении, которое он стремился создать своей стойкостью в деле независимой Ирландии. 53 С республиканской точки зрения тюрьма была не местом личной реабилитации, а пространством, в котором существовала несправедливость (часто интернирование), точка зрения, которая гарантирует, что повествования о голодовке, записанные в этом формате, изображают телесную борьбу и, во многих случаях победа над множеством институциональных и государственных сил.

    Тихим вечером в Маунтджой в 1919 году сотрудники тюрьмы услышали неожиданный шум. При осмотре они столкнулись с группой заключенных-республиканцев, которые подожгли свои кровати, разбили окна и разрушили камеры. Был послан четкий сигнал: голодовка началась. Тюремные надзиратели усмирили бунтующих заключенных с помощью пожарных шлангов. 54 Заключенные часто объявляли голодовку демонстративным поведением. В 1920 году пятьдесят заключенных объявили о своем намерении объявить голодовку в Вормвуд-Скрабс, одновременно сломав двери своих камер, инициировав битву воли между персоналом и заключенными. 55 Тюремные надзиратели клали в камеры заключенных копченую рыбу на пару, надеясь соблазнить их поесть. Окна были разбиты, а еда выброшена на улицу. Затем к заключенным пришел сотрудник министерства внутренних дел, пообещав уступки, если акция протеста будет отменена. Заключенные отказывались вставать со своих кроватей, чтобы слушать его. 56 Через пять дней после протеста надзиратели начали снабжать всех заключенных более качественной едой. 57 Участники голодовки не сдвинулись с места.Допустили голодание.

    В то время врачи очень мало знали о физических и эмоциональных процессах голодания. Они учились постепенно, наблюдая изо дня в день. Научные исследования человеческого голода находились в зачаточном состоянии. Американский физиолог Фрэнсис Гано Бенедикт опубликовал в 1915 году важное исследование, основанное на его наблюдениях за человеком, который согласился не есть в течение тридцати одного дня. 58 Однако маловероятно, что английские и ирландские тюремные врачи были знакомы с этим исследованием.Физиологию обычно рассматривали как несколько абстрактную дисциплину с относительно небольшой клинической ценностью. 59 Во многих отношениях тела заключенных по мере разложения порождали знания. Лечащие врачи научились распознавать характерные симптомы, такие как снижение частоты сердечных сокращений и физическое истощение, даже если точная природа физиологических процессов голодания оставалась неясной. 60 Они видели, как тела участников голодовки быстро разлагались в течение первой недели голодания, вызывая страх неминуемой смерти.Действительно, скорость этого первоначального снижения ранее побуждала тюремных врачей к принудительному кормлению. Тела участников голодовки быстро истощали жировые запасы, содержащиеся в жировой ткани. Как только они истощились, их тела приступили к работе, потребляя запасы гликогена, вторичного хранилища энергии, расположенного в печени и мышцах. На этом этапе был произведен аммиак, создающий характерный запах, который заметил Джозеф О’Кэрролл, когда он посетил суфражисток, заключенных в тюрьму в Маунтджой в 1912 году. Однако этот аммиак затем выводился из организма с кетокислотами, чтобы уменьшить потерю натрия и снизить скорость потери веса.Физический распад начал замедляться. Врачи также наблюдали другие физические симптомы на этой ранней стадии, включая потерю массы сердца и развитие брадикардии, пульса в покое менее шестидесяти ударов в минуту. 61 Именно этот медленный пульс побудил врачей принудительно объявить всего несколько дней голодовки и обратить пристальное внимание на частоту сердечных сокращений заключенных, включая Констанс Литтон (но в меньшей степени Томаса Эша). 62

    В течение первой недели голодовки заключенные испытывали различные физические и эмоциональные ощущения.Депутат Шинн Фейн Констанс Маркевич в частном порядке написала: «Я занималась всего три дня, была вполне счастлива и совсем не страдала. Я спал большую часть времени, и мне снились прекрасные сны, и время пролетело быстро». 63 Многие заключенные на удивление не испытывали тяги к еде. Фрэнк Галлахер записал в своем дневнике:

    [Я] заметил во вчерашних газетах, что какой-то французский журналист говорил о наших «муках голода». Никто никогда не поверит, что их нет. Есть отвращение к смерти, дикая жажда жизни, но нет физической потребности в еде.Это прекратилось на второй день. О вкусах и запахах приятно думать, но они ничего не значат. Если бы разум постился так же спокойно, как и тело, все это казалось бы шуткой, в нем было бы так мало страдания. Если бы наши друзья снаружи поверили этому. Но это правда, и они никогда не будут. 64

    Другие, похоже, справились хуже. Член ИРА (Южный дивизион) Шон Мойлан рассказал:

    День за днем ​​мой разум был занят составлением меню.Сложные и часто несочетаемые сочетания пищи — мясо, фрукты, овощи — проносились по конвейеру воображения перед моими глазами, оставляя жажду, охватившую меня, с каждым днем ​​все более настойчивой. Однако этот восхитительный сон о еде ни разу не ослабил моей решимости продолжать забастовку. Дух восторжествовал над материей… отсюда ясно, что прежде чем человек сможет жить духовно, он должен иметь физическое существо; Мерой духовного развития человека является степень его контроля над потребностями тела. 65

    Несмотря на то, что Фрэнк и Шон вспоминали противоположные переживания тяги к еде, они обратили внимание на гордость, которую они испытывали, победив физический голод с помощью силы воли и умственной решимости. Шон, в частности, представил свою борьбу с голодом как духовный подвиг, продемонстрировав чувство, которое испытывают многие заключенные республиканцы в том, что голодовка служит духовной цели.

    Чувство голода было не единственной проблемой. Тюремные обеды играли центральную роль в монотонном ощущении времени и рутины, которые структурировали тюремный опыт. 66 Питание служит важным дисциплинарным целям в тюрьмах. Скучная трапеза и подача некачественной еды могут стать частью карательного пейзажа тюрьмы, являясь мощным напоминанием о свободах, которые заключенные оставляют после себя, решив совершить преступление. 67 Тем не менее, отказываясь от еды, участники голодовки серьезно нарушали свой распорядок дня. После семи дней голодовки Фрэнк Галлахер вспоминал:

    Сегодня у меня болит голова.Эти первые дни голодовки — жестокие дни. Но тяжелее всего терпеть то, что нет часов приема пищи. Тюремная жизнь зависит от трехразового питания. Утро, и человек бодр и бодр, потому что в жестяной банке у двери каша. На дворе полдень, и разум овладевает спокойной прилежностью, потому что содержимое этой жестяной банки — суп и картошка. Сонный вечер, и начинаешь зевать, потому что суп и картошка уступили место какао и черствому хлебу, и теперь нет разделения дня, нет ни начала, ни конца.Голова болит, тело влажное и слабое. Даже сон ушел. 68

    Отсутствие институциональной рутины без еды, кажется, глубоко повлияло на Галлахера, который сталкивался с монотонностью и скукой, не отвлекаясь на время еды, чтобы разбавить скуку институциональной жизни. После одиннадцати дней голодовки Галлахер начал бредить часами, что, возможно, является еще одним свидетельством того, что восприятие времени занимает центральное место в его опыте. 69

    До 1920 года тюремные врачи были крайне обеспокоены перспективой смерти на этом начальном этапе голодания.По сообщениям, сочувствующие врачи в тюрьме Лимерика, как правило, отпускали участников голодовки после семи дней без еды. 70 Заключенные также играли на страхах, которые разделяли их врачи. Роберт Бреннан был заключен в тюрьму Корк в 1917 году. Позже он вспоминал, что заключенные намеренно заставляли медперсонал нервничать, постоянно притворяясь больными. Однажды, вспоминал Роберт, «когда забастовке было всего пять или шесть дней, мы устроили так, что один из наших товарищей упал в обморок и был доставлен в больницу, но прежде чем он успел это сделать, другой действительно потерял сознание.Врач в панике рекомендовал немедленное освобождение». 71 Точно так же Теренс МакСвини однажды весело поставил босые ноги на трубы с холодной горячей водой во время голодовки перед визитом тюремного врача. Холодные ноги были признаны симптомом болезни сердца. 72 Шон Мойлан пошел еще дальше. Он решил изобразить безумие. Во время осмотра тюремным врачом Мойлан отказывался делать что-либо, кроме рычания при прикосновении. Получив еду, Шон в бешенстве выпрыгнул из постели, схватил поднос и швырнул его в окно, неоднократно выкрикивая «яд».По тюрьме ходили слухи, что голодающий сошел с ума. Заключенные вышибали двери и разбивали окна. Позже Шон вспоминал, что «несчастный начальник тюрьмы и врач были гораздо ближе к психическому расстройству, чем я когда-либо притворялся». 73

    Условия для участников голодовки в английских тюрьмах, как правило, были хуже. Сообщения о голодовке в Англии, как правило, гораздо менее радостны. В 1920 году комендант ИРА (Керри) Томас Трейси был отправлен на корабле из тюрьмы Белфаста в Вормвуд-Скрабс в течение первой недели голодовки.Он вспоминал это путешествие как травмирующее. Закованные попарно в наручники заключенные страдали от сильной морской болезни и пустой рвоты. 74 Когда Денис Морган представил свои показания Американской комиссии по условиям в Ирландии в 1921 году, он рассказал, что он и его сокамерники выломали двери своих камер в Вормвуд-Скрабс в знак протеста против того, что двери камер запирались на ночь. Это позволило бы более здоровым участникам голодовки посещать более слабых. Морган рассказывал так:

    Нас вывели из камер, где мы находились, и бросили в так называемые карцеры.В это время мы голодали три дня и сильно ослабели. Эти карцеры находятся в подвале, внизу. Думаю, их не открывали лет двадцать. Они были очень маленькими и тесными, и пыль в них была густой.

    Денис добавил, что размер камер был всего двенадцать на восемь футов и что заключенные оставались там в заключении в течение четырех дней, не предлагая воды для мытья. 75 Точно так же член ИРА (Бригады Дерри) Патрик Рэнкин рассказал, что заключенных Уормвуд-Скрабс заставляли делить одиночные камеры с пятью другими заключенными.Рэнкин рассказал, что «наше здоровье не могло улучшиться в таких условиях… в наших камерах на первом этаже мы были набиты как скот — нет места, плохая вентиляция, теснота». 76

    Только после примерно семи дней голодовки физическое и психическое состояние заключенных значительно ухудшилось. Во время Гражданской войны заключенные лагеря Горманстон, графство Мит, организовали собственную медицинскую службу во время массовой голодовки. Заключенные были разделены на участников голодовки и тех, кто будет обеспечивать уход, уход за больными, заправку кроватей и уборку.Одной из ключевых обязанностей квазимедицинского персонала было обеспечение доступности питьевой воды. Они снабжали участников голодовки кипятком, смешанным с солью и перцем (заключенные прозвали его «супом»), смесью, которая, как считалось, сводила к минимуму вредные последствия голодания. 77 На седьмой день этой акции протеста капитан ИРА (Дублин) Шон Прендергаст вспоминал, что несколько мужчин легли спать измученными и слабыми. Он вспоминал свой опыт оказания помощи следующим образом:

    Ночное дежурство было худшим из наших испытаний.Было жутко, странно и особенно неприятно сидеть у огня… там слушать стоны и стоны одних мужчин и видеть, как другие ворочаются, ворочаются и двигаются в своих кроватях в тревожном, неудовлетворительном сне или в другое время внезапно призвали обратить внимание на одного или нескольких мужчин или просили выпить воды … некоторые видели сны, открыто и вслух, большая часть из них и действительно большая часть их разговоров во сне и бессвязных снов касалась еды, прекрасной вкусной и аппетитной еды они иногда думали, что имели или хотели бы иметь… как такие разговоры, должно быть, раздражали их нервы и усугубляли их другое несчастье, когда они не могли заснуть. 78

    На этой стадии продолжительное воздержание от пищи привело к резкому ограничению калорий, что привело к мании величия и бреду преследования, слуховым галлюцинациям, соматизации, диссоциации и спутанности сознания. 79 Как предположил Шон, именно на этом этапе у многих заключенных ухудшилось эмоциональное состояние. В первые дни своего протеста участники голодовки гордились своей способностью использовать разум, а не материю.Через семь дней у них вскоре развились галлюцинаторные тенденции, усугубляемые неспособностью спать.

    Фрэнк Галлахер вспомнил яркие галлюцинации в сочетании с бессонницей на одиннадцатую ночь. Он записал в своем дневнике:

    Должно быть, бредил всю ночь. Думал, что я сильнее этого. Но эта бессонница невыносима. Но даже безудержное воображение, мечущееся среди темных мыслей, роющееся в каморках ума, разрывающее самые половицы души, не могло найти мысли о компромиссе — это дает мне великую силу.Слабость у меня физическая, только нервная. 80

    Отчет Франка предполагает, что психологические изменения, произошедшие во время голодания, никоим образом не ухудшили его дееспособность и не вызвали серьезного умственного ухудшения. Произошедшие изменения, как правило, были эмоциональными (например, усиление гнева или беспокойства). Но он по-прежнему был в состоянии дать компетентную оценку своему положению. 81 Галлахер также отметил, что его опыт был обычным среди его товарищей по голодовке.В свою тринадцатую ночь он записал:

    Люди почти сошли с ума. Я знаю некоторых других мужчин, но я не сумасшедший. Они пытаются вывести меня из себя. Они посылают людей наблюдать за мной, опасаясь, что я засну. Приказываю часовым кричать, когда мне кажется, что я сплю. Я вспотел. Любопытное заблуждение это было. Это сделало меня слабым.

    Очевидно, у Фрэнка началась паранойя по поводу тюремного персонала. Тем не менее, его отчеты предполагают, что он оставался относительно ясным, погружаясь в иллюзии и выходя из них, но в основном осознавая, что его паранойя ненастоящая.Галлахер описал не постепенное скатывание к психическому заболеванию, а постоянные смены эмоциональных состояний. Как он также писал: «Я должен бороться со всеми этими безумными мыслями, когда они приходят, в тот момент, когда они приходят. В противном случае они, в конце концов, соберутся, останутся дома и… Тьфу! Лучше об этом не думать. Оно придет, если нам еще долго здесь лежать без сна, но оно еще не пришло».Запасы гликогена были истощены, и последовала потеря мышечной массы, особенно вокруг сердца. После потери 18 % массы тела возникли серьезные физические проблемы. Основными инвалидизирующими симптомами были слабость и головокружение. 83 Во время войны за независимость большинство тюремных врачей рекомендовали выписку через десять дней, а не через пятнадцать. После освобождения участников голодовки, как правило, госпитализировали. Во время его второй голодовки в марте 1920 года медицинский персонал Маунтджоя выписал Мориса Кроу в больницу Матер в Дублине после десяти дней без еды.Морис хранил свою медицинскую карту по крайней мере до 1950-х годов, в которой были такие записи, как «температура 103. Состояние: очень слабое». Две недели он оставался в больнице. 84 В следующем месяце Посещающая комиссия в Маунтджой сообщила, что двадцать два заключенных потеряли сознание за одну ночь после десятидневного голодания. Комитет рекомендовал досрочное освобождение. 85 В 1923 году, после десятого дня голодовки, врач из Маунтджоя сообщил, что Мэри МакСвини (сестра Теренса) опасно ослабла.Казалось, ей нужна еда, стимуляторы и особый уход, если она хочет остаться в живых. 86 По мере того, как физическое состояние заключенных постепенно ухудшалось, а тюремные врачи стали опасаться смерти, участников голодовки в Англии также доставляли на машинах скорой помощи в близлежащие гражданские больницы. Эдмонд МакГрат был переведен в больницу Сент-Джеймс, Хайгейт-Хилл, Лондон, после голодания в течение девятнадцати дней. После нескольких дней выздоровления лондонское отделение Ирландской лиги самоопределения оплатило его дорогу домой.Эдвард вернулся в Ирландию на лодке, все еще чувствуя себя слабым и больным. 87

    Большинству заключенных, голодавших более двух недель, требовался тщательный период восстановления. Тем не менее, быстрое повторное питание может быть потенциально опасным, поскольку прием углеводов после голодания быстро обращает вспять многие физиологические процессы голодания, вызывая измеримое увеличение веса и потенциально острый отек (чрезмерное накопление жидкости в организме). Еще одной потенциальной опасностью были проблемы с сердцем.Внезапное увеличение объема жидкости может спровоцировать сердечную недостаточность. 88 Качество послеоперационного лечения, доступного для выздоравливающих заключенных, различалось, как и соблюдение пациентами режима лечения. Многие заключенные создали свои собственные сети по уходу как в тюрьме, так и за ее пределами. По голодовке они пришли к пониманию того, что происходит с человеческим организмом без еды. Например, они постепенно осознали, что после голодовки необходимо медленно возобновлять прием пищи. Когда официальные лица Маунтджоя освободили остальных заключенных, объявивших голодовку после смерти Томаса Эша в 1917 году, группа выздоравливала в отеле Махони в Дублине, где офицер ИРА (Уэксфорд) Пэдди Бреннан проинструктировал их не употреблять твердую пищу до тех пор, пока это не будет рекомендовано властями. врач вызвал для оказания помощи.Тем не менее, Уильям Макнамара и Джек Мэдиган выскользнули в ту ночь и выпили множество бутылок стаута. Вернувшись в отель рано утром, они обнаружили, что многие из освобожденных заключенных тайно ели бутерброды с ветчиной, несмотря на то, что им давали противоположный совет, и теперь казались близкими к смерти. 89

    Попав в больницу, заключенные обнаружили, что врачи обладают разным уровнем знаний о том, как восстановить силы участников голодовки.Когда офицера ИРА (Типперэри) Шона О’Кэрролла отправили из Вормвуд-Скрабс в больницу Хайгейт-Хилл, его врач не имел представления о последствиях голодовки, хотя многие заключенные понимали основные принципы. Шон прекрасно знал, что ему нельзя есть твердую пищу по крайней мере неделю. Другие заключенные чувствовали себя хуже. Накормленные хлебом с маслом во время госпитализации пятьдесят выздоравливающих пациентов начали страдать от сильной изжоги и парализующих болей в желудке. 90 Очевидно, что неформальные сети телесных знаний, полученные заключенными, не обязательно разделялись лечащими их врачами.Однако важно отметить, что у некоторых заключенных был более благоприятный опыт. На двадцатый день голодовки Джеймс Рэнкин был выписан в лазарет Сент-Джеймс и передан под опеку двух медсестер, нескольких санитаров-мирян и врача. Позже он вспомнил, что ему оказывали гораздо лучшую медицинскую помощь, чем в тюрьме и даже дома в Ирландии. Его врач провел небольшую операцию, которая, по мнению Джеймса, спасла ему жизнь. Его местный врач в Ирландии был относительно равнодушен к мучительным желудочным болям Джеймса.Врач в больнице Сент-Джеймс также, похоже, лучше своего коллеги в Хайгейт-Хилл понимал, что участники голодовки должны возобновить прием пищи в умеренном темпе. Рэнкин вспоминал, что персонал больницы был добрым и заботливым и разрешал посетителям приносить еду. «Доктор встревожился, — вспоминал Рэнкин, — что мы будем переедать при нашем хрупком состоянии здоровья, но он был напрасно встревожен, так как не знал возможностей желудка ирландца». После нескольких недель в больнице Рэнкин сбежал, получив дневной пропуск от шотландского врача. 91

    Следует отметить, что во время и после Гражданской войны участникам голодовки предоставлялись более низкие уровни медицинской помощи, что побуждало заключенных лагеря Горманстон постоять за себя. Шон Прендергаст ярко запомнил пятнадцатый день массовой голодовки:

    Критический момент в отношении забастовки и воздействия [sic] на общее благополучие вовлеченных мужчин. Это было напряженное и тревожное время для нас, заботившихся о нуждах столь многих немощных мужчин.Некоторые из них едва цеплялись за жизнь на тонких нитях, в то время как даже сильные и крепкие демонстрировали признаки физической слабости под напряжением и тяготами этого долгого голодания. В нашей избе, как и в других избах, было зафиксировано необыкновенное количество лежачих больных. Некоторые из наиболее стойких держались больше благодаря силе воли и сильному руководящему духу, чем какой-либо другой известной или неизвестной причине. 92

    Лидеры отменили голодовку в Горманстоне на шестнадцатый день.Шон принял участие в медленном процессе, помогая участникам голодовки восстановить свое здоровье. Сразу после окончания забастовки заключенным давали горячее молоко и советовали не употреблять грубую пищу. Предложили легкие блюда. 93 Очевидно, что к Гражданской войне участники голодовки были осведомлены об обстоятельствах телесного разложения, возникающего в результате длительного голодания, и о терапевтических стратегиях, необходимых для успешного выздоровления. Во всяком случае, существование квазимедицинской службы в Горманстоне демонстрирует степень неофициального понимания республиканцами физических, психологических и эмоциональных последствий голодовки, даже если многие врачи оставались менее знакомыми с физиологическими последствиями голодания.

    Примечательно, что общее понимание пятнадцати дней как вероятного опасного момента способствовало нежеланию некоторых заключенных объявлять голодовку. Член ИРА (Дублин) Стивен Киз неохотно объявил забастовку в лагере Карра во время гражданской войны. Киз был полон решимости не воздерживаться от еды дольше пятнадцати дней, так как по лагерю распространился слух, что «после пятнадцати дней голодовки вы живете на мозге своих костей и что вы, вероятно, станете калекой для всю оставшуюся жизнь».Киз рассказал, что на пятнадцатый день голодовку прервали до 600 человек. Хотя первоначально Киз был снабжен небольшими каплями боврила, Киз стал свидетелем того, как один заключенный съел большое количество еды из ведра с помоями после того, как забастовка была отменена. Заключенный потерял сознание, и его унесли на носилках. «Двое или трое мужчин умерли от одного и того же, — вспоминал Киз, — слишком много ели и не смогли добраться до больницы достаточно быстро». 94

    Очевидно, автобиографические свидетельства показывают, что физические и эмоциональные травмы были заметными в пейзаже тюрьмы революционного периода.Большинство заключенных-республиканцев, объявивших голодовку, были освобождены примерно через десять-пятнадцать дней, когда поднялась тревога по поводу их разлагающихся тел. Первоначально тюремные врачи полагали, что быстрый физический и психологический упадок, проявляющийся в первые несколько недель голодовки, свидетельствует о неминуемой смерти. В то время как врачи относились к своим пациентам с разной степенью сострадания, они глубоко опасались скандальной смерти в тюрьме. Примечательно, что участники голодовки хорошо знали, что происходит с их телом во время голодания.Они пришли к пониманию физических и эмоциональных последствий голодания, распознали точки потенциальной опасности и накопили знания о восстановлении сил. Неформальные сети телесных знаний были сформированы во время голодовок этого периода, которые были равны, если не лучше, тем, которыми обладали врачи. Кажется очевидным, что отказ от политики принудительного кормления привел к целому ряду телесных и эмоциональных обстоятельств. Тела разлагались, у заключенных были галлюцинации, а некоторые изо всех сил пытались выздороветь. Это была ситуация, которой очень хотели избежать многие врачи, поддерживающие насильственное кормление.Автономия пациента считалась важной, однако врачи изо всех сил пытались сопоставить необходимость предоставления автономии с физическими последствиями наблюдения за голоданием.

    Наблюдая за смертью

    Республиканские голодовки редко длились дольше пятнадцати дней. Вместо того, чтобы позволить голоданию идти своим чередом, тюремные врачи выступали за досрочное освобождение. Политики нуждались в поддержке британской общественности для своей кампании в Ирландии, которой могла помешать неблагоприятная смерть в тюрьме. Более того, правительство продолжало верить, что умеренных ирландских националистов можно склонить на сторону британцев до 1920 года.Майкл Биггс предполагает, что заключенный, умирая, сигнализировал бы о своей глубокой убежденности в справедливости своего дела, создавая убедительное впечатление, что институциональные обстоятельства, вызвавшие голодовку, были действительно невыносимы. 95 Однако в 1920 году правительство разрешило некоторым заключенным умереть от голода. Весной Майкла Дарвена перевели в больницу Маунтджоя после двадцатидневной голодовки. Ежедневно его посещали три врача, чтобы заверить, что надежды на его жизнь нет.По мере того как его состояние ухудшалось, врачи и священники ежечасно посещали Майкла, полагая, что он был в нескольких часах от смерти. Весь май тысячи местных жителей дежурили у ворот тюрьмы. Несмотря на его плачевное состояние, министерство внутренних дел направило Майклу прокламацию, в которой говорилось, что освобождение невозможно. Позже Майкл вспоминал, что «трое врачей были в слезах, и было совершенно ясно, что они сочувствуют нам, как врачам». В конце концов, правительство уступило.Тюремные врачи освободили Майкла в соответствии с Законом о кошках и мышах и доставили его сквозь плотную толпу за пределами тюрьмы в больницу Матер. 96

    Тем не менее, правительство твердо решило не продолжать голодовку. В августе в Корке началась массовая голодовка с участием шестидесяти членов ИРА, большинство из которых содержались под стражей без предъявления обвинений и суда. Британцы освободили или перевели большинство заключенных, пока не осталось только одиннадцать. Один заключенный, Теренс МакСвини, был переведен в Брикстонскую тюрьму в Лондоне, где продолжал голодовку.Теренса арестовали в Корке за хранение подстрекательских документов и шифровального ключа. Он умер во время голодовки, а двое заключенных, Майкл Фицджеральд и Джозеф Мерфи, умерли в Корке. Этим заключенным было разрешено голодать, поскольку правительство опасалось мятежа среди недовольных военных и полиции в Корке. Групповая голодовка в Корке прекратилась в ноябре по требованию исполняющего обязанности президента Ирландской Республики Артура Гриффита. 97 Хотя автобиографических материалов, подробно описывающих опыт республиканской голодовки после двадцати дней, не существует (поскольку участники голодовки были освобождены или были слишком слабы, чтобы говорить и писать), понимание их физического, психологического и эмоционального опыта может помочь. можно почерпнуть из источников, включая медицинские отчеты Теренса МакСвини, ежедневно сопоставляемые Министерством внутренних дел, и журнал Cork Examiner , в котором регулярно печатались интервью с навещающими членами семьи и друзьями.

    Продолжительные голодовки 1920 года впервые показали, что люди могут голодать гораздо дольше, чем две недели. Действительно, эти протесты продолжались более шестидесяти дней. Серьезность физического и психического ослабления, о которой сообщалось во всем мире в графических подробностях, позволила распространить изображения ужасающего воздействия голодовки на человеческое тело, которые по своему ужасу и интенсивности соперничали с более ранними изображениями насильственного кормления. Последовавшее за этим публичное зрелище вызвало международное осуждение британской политики и вызвало глубокую озабоченность по поводу благополучия ирландских заключенных. 98 Спустя двадцать дней голодовки Cork Examiner зловеще объявил, что «кульминация голодовки в Cork Gaol уже близка и, вероятно, будет достигнута в ближайшие двадцать четыре часа». 99 Однако участники голодовки не умерли так быстро, как ожидалось. Когда сестра Майкла О’Рейли навестила его на двадцать первый день, она сообщила: «Мой брат очень слаб. Его губы холодные. Его руки влажные, а пульс бьется очень медленно.Сегодня ему намного хуже. Когда он посмотрел на меня слезящимися глазами, я был поражен его сморщенным и изможденным видом». Мать Шона Хеннесси сообщила, что он страдает от заражения крови в сильно распухшей ноге и потерял способность говорить. 100 Двое заключенных потеряли сознание на двадцать третий день, что вызывает опасения, что их здоровье никогда не восстановится, даже если они будут освобождены. Шон Хеннесси изо всех сил пытался сосредоточиться, когда отец читал ему выдержки из газеты, а Бурк жаловался на сильные боли в голове и желудке. 101 На двадцать шестой день Томас Донован потерял сознание, начав страдать от абсцесса во рту, что вызвало опасения развития септического отравления. 102 В этот момент заключенные начали возражать против визитов их врачей, утверждая, что если позиция его правительства заключается в том, чтобы позволить им умереть, то медицинский персонал должен позволить им умереть спокойно. 103 Разделяя схожие опасения по поводу перспективы смерти, на двадцать шестой день голодовки Теренса МакСвини министерство внутренних дел запросило ежедневные отчеты о его здоровье.Лечащий тюремный врач посещал Теренса каждые два часа в рабочее время для составления его бюллетеней. К этому моменту Теренс был в слабом состоянии, но все еще в сознании. У него кружилась голова, он был слабым и был склонен к внезапным изменениям своего состояния. Он начал страдать от сильных болей в спине и конечностях, а также от постоянных головокружений. 104

    Но даже спустя двадцать шесть дней заключенные остались живы. Через тридцать три дня у заключенных в Корке уже не было сил говорить.Они почти не спали по ночам и не узнавали своих посетителей. Бывший старший шериф округа Филип Гарольд Бэрри попытался вмешаться, отправив телеграмму главнокомандующему генералу Невиллу Макриди, в которой он заявил, что «очень трудно понять, как заключенные вообще живы». особенно с учетом того, что они отказались от медицинской помощи. Примечательно, что Макриди заметил, что тюремные врачи выражали глубокое сочувствие мужчинам, за которыми теперь ухаживали монахини-добровольцы. 105 Полностью осознавая, что заключенные и родственники могут рассматривать их как агентов британской администрации, медицинский персонал дал понять общественности, что они готовы отойти в сторону и позволить нейтральным врачам посещать пациентов, если их семьи того пожелают. 106 В то время как значительная часть медиков ранее считала насильственное кормление неэтичным, похоже, что тюремные врачи, работающие в тюрьме Корк, испытывали такое же беспокойство из-за необходимости наблюдать за голоданием.

    Примерно через тридцать пять дней региональная пресса перестала говорить о смерти как о неизбежной. Вместо этого они стали комментировать чудесное долголетие узников. «В истории участников голодовки, — сообщает Cork Examiner , — это, по-видимому, рекорд». 107 С этого момента журналисты начали ценить настойчивость участников голодовки в борьбе как с британским правительством, так и с человеческой природой за моральное дело обеспечения независимости Ирландии.Как утверждает Мерфи, пресса рассказывала истории об их смерти таким образом, чтобы утешать и восхищаться, а не осуждать. 108 Cork Examiner написал:

    Участники голодовки в Корке и Брикстоне все еще продолжают бороться со смертью, и их чудесная стойкость растет, и они не создают прецедентов. Поддерживаемые непоколебимой верой в справедливость своего дела, эти измученные юноши и мужчины продолжают протестовать, даже если они убеждены, что это влечет за собой высшую жертву. 109

    После тридцати семи дней голодовки министерство внутренних дел увеличило количество ежедневных отчетов о состоянии здоровья Теренса МакСвини до шести. Их содержание мало отличалось до пятидесятого дня поста Теренция. Каждый день лечащий врач неоднократно сообщал, что бывший лорд-мэр оставался в сознании, и его состояние мало изменилось с момента выпуска предыдущего бюллетеня. 110 Журналистская риторика, лишенная ужасающих подробностей физического разложения, превратила голодовку в нечто чудесное, психологическую победу выносливости и духовную победу разума над материей.

    В октябре 1920 года появилось несколько слухов (или, как описывает их Джеймс Вернон, тщательно откалиброванных утечек) о том, что Теренса МакСвини тайно снабжали едой, — заявление, призванное демистифицировать длительное голодание участника голодовки. 111 Медики быстро опровергли это предположение. В октябре Медицинская пресса и Циркуляр отвергли предположения о том, что люди, которые воздерживались от еды более месяца, тайно употребляли пищу, изучив медицинскую литературу, чтобы изучить карьеры профессиональных голодающих, которые выжили без еды до пятидесяти дней.«Энергичная и целеустремленная воля, — объяснялось в Medical Press and Circular , — будь то в здравом уме или безумии, — это сильнейшее оружие, которое человек может противопоставить истощению». 112 Подобные подозрения в отношении тюремной деятельности возникли и в Ирландии. На сорок восьмой день голодовки в тюрьме Корк два врача (доктор Лирсон и Бэттискомб) согласились дать интервью коркскому ревизору и выразили свое удивление тем, что одиннадцать участников голодовки в тюрьме Корк остались живы и полубессознательны.Врачи постарались высмеять слухи о том, что монахини, ухаживающие за заключенными, были переодетыми правительственными медсестрами. 113

    На пятидесятый день голодовки физическое состояние Теренса МакСвини резко ухудшилось, он впал в состояние полного истощения. Шесть дней спустя, как писал его врач, «ему очень больно говорить даже одно слово». Он пытается что-то прошептать, задыхается, сильно выматывается и не может продолжать». сок лайма и апельсина.Тюремный врач также сообщил, что психическое состояние Теренса ухудшилось, отметив, что он страдал от сильного бреда, вызванного тем, что сотрудники тюрьмы налили ему в рот мясного сока. «Меня обманули, а я этого не знал, — воскликнул он, — уберите! Унеси это!» Теренс МакСвини умер 25 октября 1920 года после семидесятичетырехдневной голодовки. 115 Обращение с ним в Англии сильно отличалось от обращения с другими заключенными в Корке, где тюремные врачи проявляли большее уважение к желаниям заключенных и их семей.Майкл Фицджеральд умер в тюрьме Корк 17 октября 1920 года после шестидесятидневной голодовки. 116 25 октября еще один подследственный заключенный, Джеймс Мерфи, умер после голодания в течение семидесяти шести дней, в тот же день, что и Теренс МакСвини. 117

    К некоторому удивлению, продолжительность этих голодовок убедительно продемонстрировала, что люди потенциально могут выжить без еды более двух месяцев, даже в неблагоприятных условиях тюрьмы.Это откровение добавило важные новые контуры к продолжающимся дебатам о регулировании голодовки. Тем не менее, в глазах общественности разрешение заключенным медленно голодать в течение длительных периодов времени было крайне нежелательным. Самоголодание широко понималось лишь как квазисамоубийство, как необходимый протест, призванный, в данном случае, придать вес легитимности республиканского дела. Это все еще могло быть истолковано как форма насилия, используемая правительством, у которого были альтернативные варианты, такие как рекомендация досрочного освобождения, предоставление уступок или привлечение интернированных к суду.В своем стремлении избежать дальнейших скандальных смертей, связанных с насильственным кормлением, британское правительство помогло создать новый, возможно, более опасный тип ирландского мученика, который мог быть истолкован как жертва британской политики телесных репрессий. что Томас Эш был оценен как человек со здравой моральной целью, страдающий от добровольного искупления ради более широкой духовной и политической цели: независимости Ирландии.

    Заключение

    Между 1917 и 1923 годами политика управления голодовками в Ирландии быстро менялась.Хотя министерство внутренних дел отказалось официально признать принудительное кормление потенциально опасным для жизни, даже несмотря на неопровержимые доказательства смерти Томаса Эша, оно постепенно отказалось от этой практики. Война за независимость и Гражданская война оказали новое давление на медицинский персонал тюрем, поскольку заключенные-республиканцы были мобилизованы для проведения серии (часто успешных) голодовок в рамках их попытки разрушить ключевые учреждения британской администрации. Хотя министерство внутренних дел официально заявило, что больше не будет досрочно освобождать заключенных в соответствии с Законом о кошках и мышах, на практике подавляющее большинство участников голодовки были освобождены между десятью и пятнадцатью днями голодания.На протяжении большей части периода конфликта тюремные врачи считали, что заключенные не смогут больше терпеть голодание. Участники голодовки демонстрировали целый ряд физических, эмоциональных и психологических состояний, что вызывало серьезную тревогу у тюремного медицинского персонала, который, как правило, рекомендовал досрочное освобождение. Голодовки 1920 года убедительно продемонстрировали, что люди действительно иногда могут оставаться в живых без еды в течение более двух месяцев. Тем не менее, вместо того, чтобы ослабить давление на тюремных чиновников, требующих либо насильственного кормления, либо поддержки досрочного освобождения, наглядные и широко разрекламированные подробности длительного голодания помогли делу мятежных заключенных, вызвав широкое сочувствие даже среди тех, кто естественным образом не был связан с тюремщиками. боевое дело.

    Кажется очевидным, что политика, разрешающая голодание, оказывает давление на тюремный медицинский персонал, хотя и не таким образом, как насильственное кормление. Самоголодание нарушает нормальную работу тюрем, оставляя медицинский персонал без своих обычных технологий дисциплины и наказания и предоставляя заключенным телесную автономию в системе, преднамеренно урезанной для ограничения личной независимости. Хотя насильственное кормление всегда ассоциировалось с жестокостью и пытками, оно соответствует идее о том, что врачи обязаны сохранять здоровье и спасать жизни.В отсутствие политики насильственного кормления врачи вынуждены стоять в стороне и наблюдать, как группы заключенных калечат и повреждают собственные тела, иногда непоправимо. Они оказываются в ситуации, когда здоровые молодые политзаключенные наносят себе вред и отказываются от медицинского вмешательства. Сегодня это обычная практика, когда участников голодовки предоставляют самим себе (за исключением Гуантанамо). Тем не менее, это физически и эмоционально травмирует как заключенных, так и врачей, и эта проблема отчасти объясняет, почему многие тюремные врачи, столкнувшись с участниками голодовки, могут испытывать потребность в пище, даже если для этого приходится прибегать к болезненным действиям. , унижающая достоинство процедура.

    1

    Для обсуждения см. Рейчел Джеймс. Активная и пассивная эвтаназия. В: Джекер Нэнси С., Йонсен Альберт Р., Перлман Роберт А., редакторы. Биоэтика: введение в историю, методы и практику. Лондон: Джонс и Бартлетт; 1997. С. 77–82..

    2

    Фрид Терри Р., Стейн Майкл Д., О’Салливан Патриция С., Брок Дэн В., Новак Деннис Х. Пределы автономии пациента: отношение и практика врачей в отношении поддерживающих жизнь методов лечения и эвтаназии.Архив внутренней медицины. 1993 г., 6 марта; 153: 722–728. [PubMed: 8447710].

    3

    Исключения см. Ключи Ансель. Биология человеческого голодания. Миннеаполис: Университет Миннесоты Press; 1950 г.; Йетамалар Башоглу Й., Гюргор Н., Бююкчаталбаш С., Курт Т., Сечил Й., Ениочак А. Европейский журнал неврологии. Том. 13. 10 октября 2006 г. Неврологические осложнения продолжительной голодовки; стр. 1089–1097. [PubMed: 16987161].

    4

    Хаузер Джерард А.Риторика тела: противоречивые сообщения о телах, испытывающих боль. В: Чемберс Симоне, Костейн Энн, редакторы. Обсуждение, демократия и СМИ. Лэнхэм: издательство Rowman and Littlefield Publishers; 2000. С. 135–155..

    5

    Помощь в голодовке. .

    6

    Фесслер Даниэль МТ. Последствия физиологических изменений, вызванных голоданием, для этического обращения с участниками голодовки. Журнал медицинской этики. 2003; 29: 243–247. на стр. 244.[Бесплатная статья PMC: PMC1733754] [PubMed: 12

    3].

    7

    Костелло Фрэнсис Дж. Выдерживая больше всего: жизнь и смерть Теренса МакСвини. Керри: Издательство Brandon Book Publishers; 1995 г.; Ханниган Дэйв. Теренс МакСвини: Голодовка, потрясшая империю. Дублин: О’Брайен Пресс; 2010. .

    8

    Мерфи. Политическая тюрьма и ирландцы. .

    9

    Литература об этом периоде обширна. Подробное обсуждение британской политики и ухудшения англо-ирландских отношений см. Фаннинг Ронан.Британское правительство и ирландская революция 1910—1922 гг. Лондон: Фабер и Фабер; 2013. .

    10

    Лаффан Майкл. Воскрешение Ирландии: партия Шинн Фейн, 1916–1923 гг. Кембридж: Издательство Кембриджского университета; 1999. стр. 266–303 ..

    11

    О войне за независимость Ирландии см., среди прочего, Хопкинсон Майкл. Ирландская война за независимость. Дублин: Гилл и Макмиллан; 2002. . Обсуждение деятельности ИРА в этот период см. Харт Питер.ИРА и ее враги: насилие и сообщество в Корке, 1916–1923 гг. Оксфорд: Кларендон Пресс; 1998 г. и Харт Питер. ИРА на войне, 1916–1923 гг. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета; 2003. .

    12

    Хопкинсон Майкл. Зеленый против зеленого: история гражданской войны в Ирландии. Дублин: Гилл и Макмиллан; 1988. .

    13

    Биггс. Рациональность самопричиненных страданий. :3..

    14

    BMH Свидетельские показания 355, Ферлонг Джозеф.:12..

    15

    Лагерь Фронгоч. Дебаты в Палате общин. 1916 г., 31 декабря; 88 столбцов 1604–1605 гг.

    16

    Галлахер Франк. Дни страха: дневник участника голодовки 1920-х годов. Дублин: Мерсье Пресс; 2008 [1967] с. 55..

    17

    См., например, обсуждение в Заключенные на голодовке. Дайл Эйрианн Дебаты. 1923 г., 17 апреля; 3, нет. 3, столбцы 190–6.

    18

    Хили Джеймс.Голодовка гражданской войны: октябрь 1923 г. Исследования: ирландский ежеквартальный обзор. 1982; 71: 213–226. на стр. 214..

    19

    Дублинские заключенные-суфражистки: письмо мистера Бернарда Шоу. Ирландские времена. 1912, 17 сентября;:7..

    20
    21

    Государственный архив Северной Ирландии (далее PRONI), CAB/8G/26 Повестка дня заседания кабинета министров: доклад майора Лонга, начальника тюрьмы Белфаста. 1923 г. 31 октября;

    22

    Биггс.Рациональность самопричиненных страданий. :5..

    23

    Узники Шинн Фейн. Кингс Ко Индепендент. 1917 29 сентября;:5..

    24

    НАИ, ГПБ/1917/Папка 2 Заседания совета, собравшегося в тюрьме Маунтджой 29 сентября 1917 г. по приказу Г.О.К. главнокомандующего вооруженными силами в Ирландии с целью проверки и составления отчетов о состоянии здоровья некоторых заключенных, которые в течение нескольких дней объявили голодовку. 1917 г. 29 сентября;

    25

    НАИ, ГПБ/1918/Папка 2 Меморандум в отношении практики отказа от насильственного кормления заключенных в Ирландии. 1918 9 ноября;

    26

    Тюрьма Маунтджой (принудительное кормление). Дебаты в Палате общин. 1918 г., 23 января; 101 колонка 1008–109.

    27

    НАИ, ГПБ/1918/Папка 2 Ежедневные отчеты о заключенных, объявивших голодовку: Эдвард Хорган. 1918 январь;; НАИ ГПБ/1918/Папка 2 Ежедневные отчеты о заключенных, объявивших голодовку: Джеймс Рош.1918 Январь;.

    28

    НАИ, ГПБ 1918/Папка 2 Письмо Джозефа О’Кэрролла в Дублинский замок. 1918 г. 23 января;

    29

    Участники голодовки бесплатно: последствия принудительного кормления. Ирландский независимый. 1918 25 января;:2..

    30

    НАИ, ГПБ 1918/Папка 2 Письмо доктора Доудалла в Главное управление тюрем. 1918 г. 28 января;

    31

    BMH Свидетельские показания 1415, Хартни Майкл.:6..

    32

    Доктор Лимерик и принудительное кормление: назначение опекунов и диспансера. Ирландские времена. 1919 2 апреля;:6..

    33

    Умирающие участники голодовки: их насильно кормят? Корк Экзаменатор. 19:20 19 августа;:3..

    34

    BMH Свидетельские показания 517, Кроу Морис. :8..

    35

    См., например, обсуждение принудительного кормления в Смерть Томаса Эша. Дебаты в Палате общин.1917 г., 15 ноября; 99 столбцов 561–2561.

    36

    НАИ, ГПБ/1919/7248 Письмо CA Monro в Главное управление тюрем. 1919 14 октября;

    37

    НАИ, ГПБ/1918/Папка 2 Меморандум в отношении практики отказа от насильственного кормления заключенных в Ирландии. 1918 9 ноября;

    38

    НАИ, S14059 Письмо Джона Ирвина мистеру Дьюку. 1918 7 марта;

    39

    НАИ, ГПБ/СФРГ/1/33 Письмо Джозефа О’Кэрролла Эдгару Флинну.1912 17 августа;

    40

    BMH Свидетельские показания 1474, О’Дуайер Эймон. :26–27..

    41

    NAI Меморандум в отношении практики отказа от насильственного кормления заключенных в Ирландии. .

    42

    Галлахер. Дни страха. :59..

    43

    НАИ, ГПБ/1918/Папка 2 Телефонное сообщение: Дж. Ф. Девейн в Главное управление тюрем. 1918 7 февраля;

    44

    НАИ, ГПБ/1920/144 Правительственный протокол с копией заключения генерального прокурора об обязанностях тюремных чиновников по отношению к заключенным, которые добровольно воздерживаются от еды.1920 9 января;

    45

    НАИ/ГПБ/1920 Письмо компетентных военных властей начальнику мужской тюрьмы Корк. 1920 9 января;

    46

    НАИ, ГПБ/1920/144 Письмо Дж. Идинга в Главное управление тюрем. 1920 6 января;

    47

    НАИ, ГПБ/1920/144 Телеграмма начальника тюрьмы Корка в Главное управление тюрем. 1920 10 января;

    48

    НАИ, ГПБ/1920/5175 Меморандум из тюрьмы Корк в Главное управление тюрем.1920 14 июня;

    49

    НАИ, ГПБ/1920/5175 Памятка: Главное управление тюрем Ирландии. 1920 14 июня;

    50

    Галлахер. Дни страха. .

    51

    Томкинс Аланна. Медицинское обслуживание в работных домах из автобиографий рабочего класса, 1750–1834 гг . В: Рейнарц Джонатан, Шварц Леонард, редакторы. Медицина и работный дом. Рочестер, штат Нью-Йорк: Университет Рочестера Press; 2013. С. 86–102. на стр. 88..

    52

    Биггс.Рациональность самопричиненных страданий. :11..

    53

    См. Уокер Грэм. «Ирландский доктор Геббельс»: Фрэнк Галлахер и ирландская республиканская пропаганда. Журнал современной истории. 1992 1 января; 27:149–165..

    54

    Показания свидетеля BMH 517, Кроу Морис. :1..

    55

    BMH Свидетельские показания 671, Ранкин Патрик. :16..

    56

    BMH Свидетельские показания 1702, О’Кэрролл Шон.:15–16..

    57

    BMH Свидетельские показания 671, Ранкин Патрик. :15..

    58

    Бенедикт Фрэнсис Гано. Исследование длительного голодания. Вашингтон, округ Колумбия: Вашингтонский институт Карнеги; 1915. .

    59

    См. Миллер. Современная история желудка. :57–80..

    60

    Обзор истории научных исследований голодания в этот период см. Грант Кевин.Опасаясь опасной точки: изучение и лечение человеческого голода в Соединенном Королевстве и Индии, 1880–1974 гг. В: МакКью Маршалл Д., редактор. Сравнительная физиология голодания, голодания и ограничения в еде. Берлин и Нью-Йорк: Springer; 2012. С. 365–378..

    61

    Керндт Питер Р., Нотон Джеймс Л., Дрисколл Чарльз Э., Локстеркамп Дэвид А. Голодание: история, патофизиология и осложнения. Западный медицинский журнал. 1982 г., 5 ноября; 137: 379–399. на стр.396. [Бесплатная статья PMC: PMC1274154] [PubMed: 6758355].

    62

    Керндт, Нотон, Дрисколл, Локстеркамп Пост. :383..

    63

    PRONI, D4131/K/79 Письмо Констанс Маркевич из лагеря для интернированных в Северном Дублине неизвестному получателю. 1923.

    64

    Галлахер. Дни страха. :75..

    65

    BMH Свидетельские показания 836, Мойлан Шон. :68–69..

    66

    Подробное обсуждение срока и тюремного заключения см. Браун Элисон.Английское общество и тюрьма: время, культура и политика в развитии современной тюрьмы. Вудбридж: Бойделл; 2003. .

    67

    Миллер. Реформирование продуктов питания в постголодной Ирландии. : 74–78 .; Миллер. Еда, медицина и институциональная жизнь. .

    68

    Галлахер. Дни страха. :21..

    69
    70

    Свидетельские показания BMH 1135, Макнамара Уильям. :16..

    71

    BMH Свидетельские показания 779, Бреннан Роберт.:421..

    72

    BMH Свидетельские показания 779, Бреннан Роберт. :416..

    73

    BMH Свидетельские показания 836, Мойлан Шон. :70..

    74

    BMH Свидетельские показания 1093, Трейси Томас. :61..

    75

    Койл Альберт. Доказательства условий в Ирландии, включающие полные свидетельские показания, показания под присягой и вещественные доказательства, представленные Американской комиссии по условиям в Ирландии. Вашингтон, округ Колумбия: Bliss Building; 1921.стр. 24–25..

    76

    Свидетельские показания BMH 671, Ранкин Патрик. :15–16..

    77

    BMH Свидетельские показания 802, Прендергаст Шон. : 132–136. [PubMed: 2155560].

    78
    79
    80

    Галлахер. Дни страха. :39..

    81
    82

    Галлахер. Дни страха. :69–70..

    83

    Голодовки: понимание лежащей в их основе физиологии поможет врачам дать правильный совет.Британский медицинский журнал. 1997 г., 4 октября; Кроу Морис. :7..

    85

    НАИ, ГПБ/1920/2169 Выписка из Книги протоколов выездной комиссии. 1920 15 апреля;

    86

    НАИ, S11369/9 Письмо МХО’Коннора военному губернатору. 1922 13 ноября;

    87

    BMH Свидетельские показания 1393, МакГрат Эдмонд. :10–11..

    88

    Голодовки: понимание лежащей в основе физиологии.:830..

    89

    BMH Свидетельские показания 1135, Макнамара Уильям. :7..

    90

    BMH Свидетельские показания 1702, О’Кэрролл Шон. :16..

    91

    BMH Свидетельские показания 671, Ранкин Патрик. :18–20..

    92

    BMH Свидетельские показания 802, Прендергаст Шон. :147..

    93
    94

    Свидетельские показания BMH 1209, Ключи Стивен. :40..

    95

    Биггс. Рациональность самопричиненных страданий. :8..

    96

    BMH Свидетельские показания 1348, Дарвен Майкл. :34–35..

    97

    Более подробный анализ см. Мерфи. Политическая тюрьма и ирландцы. :174–192..

    98

    См. Ханниган. Теренс МакСвини. .

    99

    Двадцатый день голодовки. Корк Экзаменатор. 1920 29 августа;: 8..

    100

    Заключенные Корка: все в тяжелом состоянии. Корк Экзаменатор. 1920 1 сентября;:5..

    101

    Узники Корка: Два краха. Корк Экзаменатор. 1920 3 сентября;:4..

    102

    Узники Корка: Двадцать седьмой день без еды. Корк Экзаменатор. 1920 6 сентября;:5..

    103

    Узники Корка: Двадцать седьмой день без еды. Корк Экзаменатор. 1920 6 сентября;: 5..

    104

    Университетский колледж Дублина (далее UCD), архивы, MS 8446/1 Ежедневные отчеты о здоровье Теренса МакСвини. 1920.

    105

    Заключенные Корка: посетил епископ Корка. Корк Экзаменатор. 1920 13 сентября;:5..

    106

    Заключенные Корка: все еще живы и полны решимости. Корк Экзаменатор. 1920 15 сентября;:5..

    107

    Пленники Корка: военное расследование окончено. Корк Экзаменатор.1920 16 сентября;:5..

    108

    Мерфи Уильям. Умирание, смерть и голодовка: Корк и Брикстон, 1920. В: Келли Джеймс, Лайонс Мэри Энн, редакторы. Смерть и умирание в Ирландии, Великобритании и Европе: исторические перспективы. Дублин: Ирландская академическая пресса; 2013. С. 297–316. на стр. 297..

    109

    Участники голодовки. Корк Экзаменатор. 1920 24 сентября;:4..

    110

    Архив UCD, MS 8446/1 Ежедневные отчеты о здоровье Теренса МакСвини..

    111
    112

    Котируется в Воздержание от пищи: причины выносливости. Корк Экзаменатор. 1920 7 октября;:6..

    113

    Узники Корка: сорок восемь дней голодания: интервью с врачами. Корк Экзаменатор. 1920 27 сентября;:6..

    114

    UCD, MS 8446/1, Ежедневные отчеты о здоровье Теренса МакСвини. .

    115

    UCD, MS 8446/1, Ежедневные отчеты о здоровье Теренса МакСвини..

    116

    Первая смерть. Корк Экзаменатор. 1920 12 октября;:5..

    117

    Еще одна смерть в Коркской тюрьме. Корк Экзаменатор. 1920 26 октября;:4..

    «Я бы продолжил голодовку, но насильственное кормление я не мог принять»: принуждение к голодовке осужденных, 1913–1972 гг. — История принудительного кормления

    Применяют ли тюремные врачи принудительное кормление для спасения жизней или для наказания? Ответ на это не ясен.В действительности представляется вероятным, что врачи придерживаются разных взглядов на этику насильственного кормления. Их мнение также может зависеть от конкретного контекста, в котором они осуществляют насильственное кормление. В этой главе утверждается, что, независимо от намерения, насильственное кормление в прошлом зарекомендовало себя как чрезвычайно эффективное средство для пресечения голодовок. В декабре 2005 года в Гуантанамо были доставлены мобильные удерживающие кресла, аналогичные тем, которые используются в тюрьмах строгого режима для агрессивных психически больных.Раньше узников Гуантанамо кормили через нос. Однако этот новый метод кормления заключался в том, что заключенных привязывали ремнями к стулу и дважды в день вставляли в тело сорокатрехдюймовую трубку. Это было несравненно более неудобно, чем кормление через нос. Число голодающих быстро сократилось с двадцати четырех до шести. 1 Даже если тюремные врачи искренне считают спасение жизней своим этическим долгом, кормление через желудочный зонд явно служит цели подавления тюремных протестов, укрепляя чувство физической и психической дисциплины заключенных.

    Изучение опыта насильственно вскармливаемых заключенных двадцатого века может пролить свет на этот вопрос. В 1913 году тюремные комиссары Англии и Уэльса начали вести реестр голодовок в английских тюрьмах. Комиссары тщательно фиксировали мотивы голодовки заключенных, методы, используемые тюремными врачами для борьбы с отказом от еды, и тюрьмы, в которых проходили акции протеста. Первоначально реестр комиссаров задумывался как перечень неполитических голодовок.Соответственно, они воздерживались от регистрации голодовок суфражисток, хотя ирландские республиканцы, заключенные в тюрьму в Англии, иногда просачивались в реестр. Этот императив регистрировать только неполитические протесты, по-видимому, проистекает из беспокойства по поводу перспективы осужденных заключенных, пытающихся использовать Закон о кошках и мышах, введенный в том же году, что и регистрация, чтобы добиться досрочного освобождения после того, как стали свидетелями эффективности воинствующих суфражисток в обретение временной свободы путем отказа от пищи. 2 В 1913 году один каторжник, Альберт Дэвис, умер в тюрьме Бедфорд во время голодовки, вдохновленной суфражистками. Вскоре после этого тюремные комиссары внесли поправки в свои правила сообщения о случаях отказа от еды. 3

    В 1940 году начальники тюрем прекратили запись записей, так как на страницах их реестра закончилось место. Однако в период с 1913 по 1940 год они отметили 834 заключенных, объявивших голодовку. В совокупности эти заключенные устроили 1188 голодовок.Только сорок были членами ИРА, а остальные 794 осужденных не имели явной политической принадлежности. В Англии двадцатого века голодовки сохраняли заметное присутствие как выражение протеста, которое нарушало нормальную дисциплинарную работу пенитенциарных учреждений и бросало вызов установившимся властным отношениям между персоналом и заключенными. Пик голодовки пришелся на период с 1918 по 1921 год, а затем снова с 1939 по 1940 год из-за присутствия заключенных ирландских республиканцев в английских тюрьмах.Тем не менее, в промежуточный период уполномоченные регистрировали в среднем 27,7 тюремных голодовок в год. 4 Между 1940 и серединой 1970-х годов газеты продолжали сообщать о голодовках в тюрьмах, указывая на то, что заключенные продолжали отказываться от еды на протяжении большей части столетия. Это указывает на важное наследие, оставленное суфражистками и ирландскими республиканцами: их демонстрация способности отказа от еды восстать против тюремной жизни.

    Джеймс Вернон подчеркивал мощную роль голодовки в противостоянии государству и формулировании политической критики. 5 Тем не менее, заключенные также отказывались от еды из-за ужасных условий содержания и лишения прав. Размывание личных прав, характерное для быстрого подъема дисциплинарных тюрем в девятнадцатом столетии, резко характеризующееся тишиной, одиночеством и дисциплиной, создало среду, в которой тюремный персонал имел тенденцию игнорировать жалобы заключенных и лишать заключенных возможности протестовать против аспекты их заключения. Как показано в этой главе, голодовки заключенных часто основывались на восстановлении личных прав в институциональной среде, которая зависела от конформизма, реформ и строгого контроля за поведением.Многие заключенные, которые воздерживались от еды, делали это из-за таких проблем, как плохое питание или жестокое карательное обращение. Они чувствовали врожденное неравенство и стремились устранить этот дисбаланс, просто отказываясь от еды. Тем не менее современная тюрьма по самой своей природе не одобряла и стремилась подавить представление о том, что заключенные могут вносить свой вклад в условия своего заключения или выступать против них. 6 Отказ от еды угрожал институциональному порядку, предоставляя заключенным автономию диктовать, как они взаимодействуют с тюремной средой.

    Медицинский персонал предпочитал принудительное кормление, а не решение проблем заключенных. В общественном сознании принудительное кормление чаще всего ассоциируется с суфражистками, а в Ирландии — с Томасом Эшем. Однако в Англии эта практика оставалась в силе как принудительный дисциплинарный метод на протяжении большей части двадцатого века. Во всяком случае, массовые голодовки, организованные в 1910-х годах, продемонстрировали принудительное значение желудочных и носовых трубок для усмирения непокорных заключенных. В своем реестре комиссары тщательно отмечали, подвергались ли участники голодовки насильственному кормлению; если да, то сколько раз; и инструмент, который использовался для кормления.В период с 1913 по 1940 год комиссары зафиксировали в общей сложности 7734 случая насильственного кормления. 7 В послевоенный период газеты все чаще публиковали отчеты о голодовках и принудительном кормлении. Смерть Томаса Эша в тюрьме в 1917 году после фатального приступа принудительного кормления не следует понимать как спорный водораздел, который привел к прекращению практики тюремного кормления, как это часто предполагается. 8 Наоборот, как показано в этой главе, история принудительного кормления может быть пересмотрена, чтобы объяснить постоянное использование технологий кормления осужденных заключенных.

    В свою очередь, это поднимает важные вопросы о функции тюремной медицины двадцатого века в регулировании поведения личности, поддержании порядка в тюрьме и наложении дисциплины на тело. Английские тюрьмы двадцатого века по-прежнему основывались на викторианских принципах сдерживания и изменения характера. 9 В прошлом столетии реформаторы кардинально перестроили тюрьму, заменив несколько хаотичную общенациональную пенитенциарную систему рационализированной единообразной тюремной сетью.Хотя реформированная тюрьма была построена по гуманитарным соображениям, она была известна строгим введением дисциплинарных режимов, включая строгие диетические ограничения, восемнадцатимесячные периоды одиночного заключения и принудительное молчание. 10 Мишель Фуко утверждал, что современный период стал свидетелем перехода от наказания тела (порками и цепями) к регулированию разума (с помощью психологических механизмов, таких как система молчания). 11 Преступное тело, когда-то подвергавшееся повешению и расчленению, стало подвергаться менее откровенным физическим методам наказания. 12 Когда тюремные чиновники решили прикоснуться к телу, они должны были дотронуться до чего-то внутри — возможно, «души», как утверждал Фуко, — но уж точно разума. 13 Действительно, продолжающееся применение физических наказаний, таких как насильственное кормление, подтверждает более тонкое предположение о том, что в современной тюрьме сосуществовали физические и психологические наказания. 14 Судя по всему, к насильственному кормлению прибегали с основной целью «исправления» поведения бунтующих заключенных.

    Тюремные голодовки и принудительное кормление, c.1913–1940

    [Голодовки] преступники очень редко проводят в знак протеста против физических страданий, вызванных тюремными условиями или тюремной дисциплиной; ибо, как бы ни были велики тяготы их участи, они только усугубляются муками голода и перспективой медленной смерти. Голодовку могут проводить только мужчины и женщины железной воли и выдержки, которые чувствуют себя укрепленными силой внутреннего убеждения и побуждаются к применению этого оружия (острие которого направлено в их собственное сердце) чувством что для других, как и для себя, они должны протестовать против невыносимой несправедливости и против моральной и духовной, а также физической жестокости. 15

    В 1929 году казначей WSPU Эммелин Петик-Лоуренс опубликовала это заявление в The Guardian , размышляя о кампании голодовки суфражисток. Эммелин проницательно осознала, что голодовки наиболее эффективны, когда их проводит организованная, поддерживающая друг друга группа заключенных, разделяющих общие моральные принципы. Она также указала на предполагаемое чувство несправедливости, усиленное восприятием институциональной жестокости, которое, по ее мнению, лежало в основе большинства решений воздерживаться от еды.Подтверждается ли утверждение Петик-Лоуренс свидетельствами более позднего двадцатого века? Почему каторжники ХХ века голодали? Что их мотивировало? И насколько успешными были их протесты?

    В период с 1913 по 1940 год тюремные медицинские работники ответили на 571 (52,5 %) голодовку насильственным кормлением. Можно обоснованно предположить, что медперсонал угрожал значительному числу других участников голодовки технологиями кормления, успешно подрывая их протесты. Кажется вероятным, что больше заключенных накормили бы, если бы тюремные врачи сочли, что их здоровье достаточно, чтобы выдержать процедуру.подробно описывает количество насильственных кормлений, проведенных в тюрьмах в этот период, и неопровержимо опровергает предположение о том, что тюремный персонал прекратил насильственное кормление в 1917 году.

    Рис. 6.1

    насильственное кормление в английских тюрьмах, 1913–40 гг. продолжали использоваться в английских тюрьмах, несмотря на понимание того, что эта процедура может убить.Когда Уильям Эдвард Бернс умер в Халле в 1918 году после того, как его накормили против его воли, министерство внутренних дел опасалось, что общественное мнение воспламенится и будет привлечено к делу отказа от военной службы по убеждениям во многом так же, как смерть Эша позволила ирландским республиканцам заручиться поддержкой национальная независимость. В сообщении частного министерства внутренних дел говорится, что:

    У этого конкретного заключенного было подтверждено хорошее общее состояние здоровья, поэтому предположительно операция по искусственному вскармливанию не причиняла бы физического вреда или опасности, но случай показал, что даже в случае здоровых субъектов существует потенциальная опасность для жизни. , хотя мы не можем говорить с уверенностью по этому поводу до коронерского дознания.Если, таким образом, существует непредвиденная опасность для жизни даже в случае лиц, признанных физически пригодными для операции, то следует, что весь вопрос о насильственном кормлении в тюрьмах должен быть поднят и решен в свете этого случая, если только освобождение из тюрьмы должна быть регулярная последовательность отказов от еды. 16

    Сразу же после смерти Бернса уполномоченные разослали всем тюрьмам циркуляр, в котором рекомендовалось больше не применять «искусственное кормление» к лицам, отказывающимся от военной службы по соображениям совести, которых вместо этого следует временно освободить в соответствии с Законом о кошках и мышах. 17

    Несмотря на получившие широкую огласку смерти Томаса Эша и Уильяма Эдварда Бернса, принудительное кормление оставалось практически нетронутым в качестве стандартного компонента арсенала тюремного врача для дисциплинирования заключенных. Осужденные почти всегда инициировали голодовку в одиночку. В отличие от мобилизованных групп суфражисток и ирландских заключенных-республиканцев, которые целенаправленно объявили голодовку в массовом порядке , осужденные, как правило, не вдохновляли других заключенных на сочувственную голодовку.Как отмечает Уильям Мерфи в отношении Ирландии, участники голодовки без твердой причины или поддержки своих товарищей по заключению редко поддерживали свои протесты. 18 Утверждение Мерфи подтверждается английскими тюрьмами двадцатого века.

    Чтобы оправдать продолжающееся использование принудительного кормления, члены Комиссии обычно ссылались на историческое дело Leigh v Gladstone 1909 года. Как обсуждалось в гл. 2, это установило юридический приоритет для сомнительного аргумента о том, что тюремные врачи должны были применять принудительное кормление в соответствии с их медицинским этическим долгом по сохранению здоровья и спасению жизней. 19 Эта медикализация голодовки — теперь оторванная от ее политического и институционального измерения — привела к тому, что отказ от еды продолжал считаться медицинской проблемой еще долгое время после того, как воинствующие суфражистки и ирландские республиканские кампании закончились. С 1913 г. медицинский персонал тюрем был обязан сообщать комиссарам о голодовках (которые, в свою очередь, делали отметку в своем журнале) и сообщать подробности насильственного кормления. Комиссары оставили вопрос о том, следует ли кормить участников голодовки, на усмотрение тюремного медицинского персонала. 20 Укрепляя ощущение того, что голодовка является проблемой, требующей терапевтического вмешательства (в отличие от действительной формы протеста), в январе 1918 г. уполномоченные распространили циркуляр, в котором четко излагалась их позиция в отношении желательности лечения участников голодовки. в качестве пациентов больницы, либо в тюремной больнице, либо в их тюремных камерах. 21

    В начале двадцатого века институциональная роль и влияние тюремного медицинского персонала значительно расширились, отчасти потому, что их опыт в области криминологии стал высоко цениться как внутри учреждения, так и за его пределами. 22 Хотя можно утверждать, что тюремные врачи чувствовали себя пойманными на двойной лояльности к своей профессии и своему рабочему месту в учреждении, Джо Сим утверждает, что многие из них охотно, если не с энтузиазмом, способствовали дисциплинарному духу тюрем, применяя режима и назначения наказания. Тюремные врачи разработали арсенал методов, предназначенных для работы с проблемными заключенными, и играли активную роль в поддержании порядка в учреждении. 23

    Во всяком случае, частое обращение английских тюремных врачей к насильственному кормлению кажется относительно ничем не примечательным, учитывая, что они регулярно прописывали большое количество психотропных препаратов, чтобы усмирить непослушных заключенных, удаляли части мозга своих заключенных при проведении хирургических лоботомий. и использовали электросудорожную терапию, чтобы изменить, казалось бы, разрушительные модели поведения. 24 Некоторые послевоенные врачи надеялись, что когда-нибудь будут разработаны все более изощренные формы телесного вмешательства для улучшения «лечения» преступлений в тюрьмах. Гормоны и фармацевтические вещества могут быть разработаны для сокращения числа сексуальных преступников; могут быть разработаны новые методы хирургии головного мозга для изменения антиобщественного поведения; и лекарства могут быть произведены для успокоения преступников с склонностью к насилию. 25 Другие предполагали, что тюрьмы могут быть преобразованы в терапевтические сообщества, концепция, заимствованная из послевоенной психиатрической мысли, которая подчеркивала ценность таких методов, как групповое консультирование. 26 Кажется очевидным, что тюремный медицинский персонал склонен рассматривать заключенных как консорциум лиц, отказывающихся приспособиться к социально приемлемому образу жизни. 27 Это создало атмосферу мысли, которая способствовала тому, чтобы преступность рассматривалась как личное расстройство, требующее исправления, а не как негативное влияние экологических или социальных проблем. Тюремные врачи видели свою роль в том, чтобы «лечить» морально-психологическую проблему преступности посредством процессов социализации и нормализации поведения.В этом контексте отказ от еды стал осуждаться как мощное проявление поведенческого расстройства, точка зрения, которая подрывала любое ощущение того, что жалобы заключенного могут в некоторых случаях быть обоснованными.

    В английской тюрьме двадцатого века границы между терапией и принуждением оставались удивительно подвижными, что укрепляло у заключенных чувство, что тюремная медицина играет центральную роль в дисциплинировании институционализированного тела. Оно служило не только благотворительным, оздоровительным целям.Действительно, тюремная медицинская служба, независимая от более широкой национальной системы здравоохранения, подвергалась все более пристальному вниманию именно из-за ее карательных тенденций на протяжении всего двадцатого века, о чем свидетельствует публикация в 1922 г. во главе со Стивеном Хобхаусом и А. Феннером Броквеем) и весьма критической Тюремной медицинской службы Роджера Пейджа в 1943 году. 28 период войны. 29 Несколько человек, осведомленных о продолжающемся использовании принудительного кормления, прокомментировали принудительные или неосторожные намерения тех, кто выполнял эту процедуру. В 1922 году Хобхаус и Броквей сообщили, что тюремный медицинский персонал «слишком легкомысленно» отнесся к вопросу о насильственном кормлении и настаивал на том, что процедура проводилась с недостаточной осторожностью и несмотря на более широкий консенсус среди врачей за пределами тюрьмы относительно ее потенциальной опасности. 30 В 1922 году Мэри Гордон опубликовала критический отчет о своем опыте работы в качестве первой леди-инспектора английских тюрем, которую она занимала с 1908 по 1921 год.В Уголовной дисциплине она утверждала, что:

    Правонарушитель отправляется в тюрьму судьей или магистратом, чтобы он мог подвергнуться уголовному наказанию, которое с лишением свободы является его наказанием. Оказавшись в тюрьме, если он попытается действовать по своей воле, нарушить предписанный порядок, ослушаться, оказать сопротивление или напасть на своих тюремщиков, он может быть снова наказан губернатором или судьями. Его можно принуждать или наказывать различными способами: лишением свободы, лишением привилегий, диетическими лишениями, раздельным или тесным заключением.Его тело могут днем ​​и ночью заковывать в кандалы или связать и выпороть. Его могут насильно кормить (лечение, называемое медицинским, но на самом деле дисциплинарное), чтобы помешать ему определить свое тюремное заключение. Короче говоря, мы не боимся причинить ему боль, ранить или заставить его пойти на риск, чтобы овладеть им. 31

    Гордон приравнял насильственное кормление к жестокости и определил эту процедуру как часть более широкой сети принуждения, которая в конечном итоге не смогла перевоспитать и исправить.Она пришла к выводу, что «во время моей службы я не нашла в тюремной системе ничего, что могло бы меня заинтересовать, кроме как гигантскую неуместность — социальное любопытство. Если система и оказала хорошее влияние на какого-либо заключенного, я не отметил этого. У меня нет ни тени сомнения в его деморализующей силе или в его жестокости. Мне кажется, он вообще не принадлежит этому времени или цивилизации». 32

    Заключенные, несомненно, изо всех сил пытались бросить вызов несбалансированным системам власти, которые структурировали тюрьму двадцатого века.Существует только один зарегистрированный случай, когда заключенный, подвергшийся насильственному кормлению, возбудил судебный иск против тюремного медицинского персонала. В марте 1944 года Фредерик Боуман привлек к ответственности докторов Грирсона и Сэвилла за то, что они применили насильственное кормление «как жестокую форму незаконного наказания», злонамеренно превысили свои этические обязанности и совершили профессиональный проступок, применив неотложную медицинскую процедуру для пыток и запугивания. Чтобы поддержать эти убедительные утверждения, Фредерик настаивал на том, что оба врача угрожали ему насилием во время кормления, что усиливало скрытое чувство мучения.Фредерик был задержан в соответствии с Положением 18B Законов о постановлении об обороне 1939 года. Это Положение предусматривало, что задержанные должны содержаться под стражей в целях лишения свободы, а не в карательных целях, и что их заключение не должно быть угнетающим. Несмотря на это, Грирсон насильно кормил Фредерика с пятого дня его голодовки, решение, которое он впоследствии обосновывал, прибегая к аргументу, что тюремные врачи несут этическое обязательство спасать жизни.

    Как и в случае Ли против Гладстона , Боуман против Грирсона объединились вокруг оспариваемого вопроса о том, было ли принудительное кормление лечебным или принудительным.Невозможно понять, действительно ли Фредерик верил в терапевтические преимущества принудительного кормления или же он решил реанимировать знакомый медицинский аргумент, чтобы скрыть свое враждебное поведение. Тем не менее приговор поддержал медицинскую точку зрения и даже сделал вывод о том, что врачи действовали по отношению к своему пациенту с большой добротой, а не с мстительностью. Грирсон настаивал на том, что «я не думал о наказании, пытках или запугивании». Я смотрел на это только с медицинской точки зрения». И Грирсон, и Сэвилл были оправданы по обвинению в нападении. 33 Этот результат, отражающий безуспешные попытки Мэри Ли привлечь к ответственности министра внутренних дел и ее тюремный медицинский персонал, многое говорит о силовых системах, существующих в английской пенитенциарной сети, которые работали против проблем пострадавших заключенных.

    Тем не менее, доказательства, собранные в реестре комиссара, подтверждают утверждение Боумена о том, что принудительное кормление использовалось главным образом для принуждения и запугивания. описывает количество насильственных кормлений (относительно индивидуальных голодовок), проведенных в английских тюрьмах в период с 1913 по 1940 год.Эта процедура явно привела к резкому прекращению подавляющего большинства голодовок. 44 % голодовок (отвеченных желудочным или назальным зондом) были прекращены после одного кормления. Только 28 % продержались дольше второго кормления. Как упоминалось во введении, когда Джудит Тодд, дочь бывшего премьер-министра Родезии Гарфилда Тодда, подверглась насильственному кормлению в 1972 году (что вызвало публичный скандал), она заявила: «Я не могу этого вынести. Я потерпел неудачу. Я бы продолжал голодовку, но насильственное кормление я не выдержал». 34 Заявление Тодда, возможно, иллюстрирует обычный опыт принудительного кормления заключенных. Исходя из предположения, что участников голодовки кормили 3 раза в день, 70 % голодающих, подвергшихся насильственному кормлению, отказались от протеста в течение дня. Только 30 % выдержали второй день. 21% выдержали более двух дней. Очевидно, принудительное кормление быстро гасило эпизоды отказа от пищи, быстро восстанавливало порядок в учреждении и восстанавливало нормальные отношения между персоналом и заключенными.Это говорит о том, что насильственное кормление имело дисциплинарное значение, и поддерживает заявления суфражисток и ирландских республиканцев о принудительном характере процедуры. Фуко утверждал, что суть пыток осталась в современной тюремной системе, и вполне возможно, что принудительное кормление было одной из технологий тела, используемых для ее осуществления. 35

    Рис. 6.2

    Число случаев принудительного кормления заключенных во время индивидуальных голодовок в английских тюрьмах, 1913–1940 гг. Забастовка (кроме суфражисток)», 1913–40).

    Более того, и это важно, бурные события ирландской войны за независимость показали, что заключенные могут воздерживаться от еды в течение примерно пятнадцати дней, не получая необратимого физического вреда. Однако тюремные врачи, как правило, применяли насильственное кормление на ранних стадиях голодовки под предлогом избегания надвигающейся смерти, несмотря на общее понимание того, что человеческий голод, как правило, не наступает так быстро. Ирландские республиканцы неопровержимо продемонстрировали, что смерть вряд ли наступит к началу тюремного голодания.Спорная смерть Теренса МакСвини в 1920 году подтвердила эту точку зрения. Учитывая высокий общественный резонанс этого случая со смертельным исходом в тюрьме, комиссары и тюремный персонал, по-видимому, знали, что в принудительном кормлении не было необходимости. Если смотреть с этой точки зрения, кажется правдоподобным, что тюремный медицинский персонал понимал, что жизни постящихся заключенных не угрожает непосредственная опасность, но признавал, что короткий период кормления — часто одно кормление — быстро прекращал большинство голодовок.

    Подспудное чувство принуждения усиливалось тем, что тюремный врач предпочитал использовать технологии навязчивого кормления.указывает на то, что предпочтительным инструментом для кормления был желудок или пищеводный зонд. Кормление с помощью назальных зондов, желудочных насосов и ложек происходило реже. Примечательно, что в 1963 году в Британском медицинском журнале было высказано предположение, что кормление через зонд на самом деле неблагоприятно воспринимается в больничной практике из-за отсутствия стандартизации и недостаточного внимания к таким вопросам, как потребление калорий. Журнал отметил, что врачи так редко использовали желудочные зонды в больничной практике, что субклиническая недостаточность питания была распространенной проблемой среди пациентов, проходящих длительное выздоровление. 36 Тем не менее, технологии кормления продолжали активно использоваться как в тюрьмах, так и в практике приютов. В межвоенный период чашки для кормления, иногда описываемые в пропаганде суфражисток, вышли из моды, отражая изменение технологических соображений в практике предоставления убежища. В своем учебнике «Психика и его расстройства », опубликованном в 1926 году, психиатр Уильям Генри Баттер Стоддарт утверждал, что чаша для кормления была «пагубной утварью и плодородным источником доступа к легким и гангрены». 37 Двумя годами ранее Роберт Генри Коул в своей статье «Психические заболевания » прокомментировал, что врачи приюта редко используют для кормления желудочные насосы, предпочитая пищевод из мягкой резины. Пищеводный зонд, как объяснил Коул, быстрее и проще в использовании, привлекая много времени и, возможно, нетерпеливых тюремных врачей. Коул также отметил, что медицинский персонал мог вводить в организм большие количества полутвердой пищи с помощью пищеводного и желудочного зонда, в отличие от более громоздкого назального зонда, который зависел от введения жидкости, раздражал слизистую оболочку носа пациента и был склонен к закупорке. . 38 Тем не менее, желудочные зонды были самым инвазивным из доступных технологических средств, и поэтому заключенные больше всего боялись их. Конечно, суфражистки и ирландская республиканская пропаганда уделяли больше внимания ужасам желудочного зонда, чем менее навязчивому, но трудоемкому носовому зонду. Физическая инвазивность технологий желудочного зонда, несомненно, усиливала чувство страха, которое испытывали голодающие заключенные.

    Рис. 6.3

    Инструменты, использовавшиеся для принудительного кормления в английских тюрьмах, 1913–1940 гг. ).

    Примечательно, что принудительное кормление было распространено географически равномерно. Между 1913 и 1940 годами (и, предположительно, позже) эта процедура использовалась почти повсеместно в английских тюрьмах. В своем реестре комиссары зафиксировали, что насильственное кормление применялось в 51 тюрьме. В 1913 году в Англии насчитывалась шестьдесят одна тюрьма; к 1940 году эта цифра сократилась до тридцати восьми. Почти повсеместное использование принудительного кормления предполагает, что среди тюремного медицинского персонала существовал консенсус относительно полезности кормления для сдерживания протеста.Подробно указано, сколько раз принудительное кормление применялось в девятнадцати тюрьмах с наибольшим количеством случаев. Это показывает, что голодовки с большей вероятностью происходили в тюрьмах с большим количеством коек, что, естественно, отражало большее количество заключенных, находящихся в этих учреждениях, которые потенциально могли воздерживаться от еды. В 1913 году тюрьма Паркхерст могла вместить до 818 заключенных, учреждение, где принудительное кормление проводилось 90 раз. Тюремные врачи провели 71 принудительное кормление в Манчестерской тюрьме, в которой в 1913 году могли разместиться 1203 заключенных.Точно так же в 1913 году в Ливерпуле, Вормвуд-Скрабс, Пентонвилле, Дартмуре и Вандсворте было более 1000 коек. За исключением Уондсворта, в каждом из этих учреждений более тридцати голодовок были подвергнуты принудительному кормлению. Это сопоставимо с более мелкими учреждениями, такими как бристольская тюрьма, в которой могли разместиться 303 заключенных и где было только 3 случая насильственного кормления. Точно так же тюрьма Эксетера могла вместить 185 заключенных, учреждение, где тюремные врачи провели 4 принудительных кормления. 39

    Рис. 6.4

    Английские тюрьмы, в которых имели место случаи насильственного кормления, 1913–1940 гг. )’, 1913-40).

    Количество насильственных кормлений, проведенных в отдельных тюрьмах, неизбежно зависело от количества находящихся там заключенных, решивших объявить голодовку. Тем не менее, небольшие тюрьмы, как правило, укомплектованы медицинскими работниками, работающими неполный рабочий день. 40 Это контрастирует с более крупными тюрьмами, такими как Wormwood Scrubs, в которых к 1940-м годам было специализированное хирургическое отделение, превосходное кадровое обеспечение и даже психиатрическое отделение. 41 Тюрьмы, которым посчастливилось иметь достаточное количество медицинских ресурсов и преданный своему делу штатный персонал, без сомнения, были в большей степени способны использовать имеющиеся ресурсы для участия в длительных периодах кормления, которые в крайних случаях включали три кормления в день в течение нескольких месяцы.Самые длительные периоды кормления обычно имели место в крупных учреждениях, таких как Вормвуд-Скрабс, где в период с 1914 по 1915 год заключенного по имени Хамфрис кормили 290 раз, что составляет примерно 96 дней. 42

    Общее впечатление, которое следует из реестра Комиссара, состоит в том, что насильственное кормление остается относительно распространенным явлением в английских тюрьмах, даже несмотря на яркие рассказы о жестокости, боли и психологических травмах, которые были доведены до сведения общественности воинствующими суфражистками. и рекомендации, сделанные против практики в Ирландии в ходе расследования, последовавшего за смертью Эша.Большая часть участников голодовки подверглась насильственному кормлению; процедура, которая привела к резкому прекращению их протестов, о чем свидетельствует подавляющее большинство голодовок, продолжавшихся не более дня кормления. Предпочтение использования интрузивных технологий усилило чувство навязанной дисциплины, которое испытывают протестующие заключенные, и, с точки зрения тюремного врача, усилило их сдерживающую ценность. Применение принудительного кормления было географически распространено, хотя чаще всего оно применялось в крупных тюрьмах, оснащенных обширным медицинским оборудованием.Судебные иски против тюремных врачей предпринимались редко и оказались безуспешными.

    Почему голодовка?

    Что побудило осужденных к голодовке? В своем реестре комиссары записали различные причины отказа от еды. Послевоенные журналистские репортажи проливают дополнительный свет на множество факторов, побуждавших к голодовке. сопоставляет мотивы, отмеченные комиссарами (в 339 случаях, или 29% всех голодовок, не было зафиксировано никаких причин). В 1920 году медицинский персонал ливерпульской тюрьмы насильно кормил Майкла Бреннана 138 раз.На протяжении сорока шести дней принудительного кормления Майкл не приводил никаких причин для отказа от еды. Случаи, подобные этому, представляют собой наиболее загадочные свидетельства голодовки, хотя одно правдоподобное объяснение состоит в том, что тюремный персонал пытался скрыть источники недовольства заключенных от комиссаров. 43

    Рис. 6.5

    Зарегистрированные мотивы голодовки в английских тюрьмах, 1913–1940 гг. , 1913–40).

    Более того, зафиксированные мотивы, несомненно, отражали отношение персонала учреждения к заключенным. В то время как некоторые причины (например, отказ от военной службы по соображениям совести) относительно легко расшифровать, более расплывчатые объяснения (такие как симуляция и суицидальные наклонности) следует интерпретировать с осторожностью как потенциальное выражение уничижительного отношения тюремного персонала к определенным заключенным, а не точное представление личных мотивов. . Частое приписывание психического заболевания в качестве причины для голодовки подтверждает эту точку зрения.Между 1913 и 1940 годами комиссары отметили семьдесят восемь голодовок, так или иначе связанных с психической нестабильностью. 44 Тем не менее, исторически определение психического расстройства основывалось на более широких социокультурных предположениях, сделанных врачами в отношении определенных типов характера или социальных групп. В 1910-х годах медицинские авторы снисходительно диагностировали воинствующих суфражисток как истеричных, чтобы объяснить их нехарактерные мужские склонности к насилию. 45 При ретроспективном рассмотрении эта классификация больше раскрывает гендерные представления врачей, которые начали писать, чем фактическое психологическое состояние суфражисток.

    Тюремные врачи ХХ века все больше занимались проблемами психического здоровья. В прошлом веке британское медицинское сообщество выражало растущую озабоченность по поводу понимания психологического склада преступников. Они часто изображали преступников отличными физически и психологически, отличающимися от морально здоровых людей своим физическим и психическим состоянием. 46 В этом контексте тюремный медицинский персонал оказался в состоянии наблюдать и сообщать о психологических аспектах преступления. 47 Тюремные врачи, как правило, не имеют психиатрического образования. Тем не менее, они регулярно занимаются диагностикой психического здоровья. 48 У них также была общая склонность к тому, чтобы называть деструктивных пациентов сумасшедшими, чтобы поддержать продолжающееся заключение или перевести надоедливых заключенных в приют. 49 Тем не менее, подчеркивая естественную психическую предрасположенность преступников до помещения в исправительные учреждения, медицинский персонал оказался менее внимательным к потенциальным психологическим и эмоциональным последствиям самой тюремной среды. 50

    В своем реестре Комиссары зафиксировали 63 голодовки, по-видимому, связанные с психическими расстройствами, от тяжелых (суицидальные) до легких (эксцентричность). 51 Многие из этих диагнозов были относительно расплывчатыми, в том числе «бредовые» или «слабоумные». 52 Тюремные врачи назвали суицидальный импульс причиной еще пятнадцати эпизодов отказа от еды и намекнули, что ряд других протестующих питали желание смерти. 53 Но были ли осужденные участники голодовки склонны к суициду? В 1918 году Ричард Пью объявил голодовку в Винчестерской тюрьме из-за «бесполезности вещей». Ричарда пять раз подвергали насильственному кормлению, прежде чем тюремные власти перевели его в тюрьму Пентонвилля. В Пентонвилле Ричард начал вторую голодовку, которая закончилась после трех кормлений. В 1929 году тюремные врачи истолковали голодовку Джеймса Генри Марша как выражение его желания умереть. Джеймс выдержал девять насильственных кормлений, прежде чем прекратил свой протест.Во время Первой мировой войны немецкого военнопленного Леопольда Виейру тридцать раз подвергали насильственному кормлению в тюрьме Панкхерст после того, как он объявил голодовку, которая, как сообщается, была связана с его психической депрессией. Еще один участник голодовки заявил, что он «устал сидеть в тюрьме год за годом и лучше бы ему умереть». 54

    В действительности маловероятно, чтобы заключенные выбрали голодание в качестве метода самоубийства. Заключенные-самоубийцы заканчивали свою жизнь гораздо более решительно.Привязывались к газовым скобам и душили себя 55 или вешались в камерах на ремнях. 56 Для заключенных, которые хотели покончить с собой, были более быстрые и эффективные варианты, чем медленный период добровольного голодания. 57 Кроме того, принудительное кормление было неадекватной реакцией на психическую депрессию. При ретроспективном рассмотрении эти замечания можно рассматривать как комментарии заключенных о психологически вредных последствиях тюремной жизни, которые тюремные врачи интерпретируют или представляют как выражение суицидальных намерений.Несомненно, тюремная жизнь оказывала изнашивающее воздействие на психическое здоровье. Суицид в тюрьме оставался актуальной проблемой на протяжении всего двадцатого века. Тем не менее, тюремные врачи и политики обычно прибегали к аргументу, что среди преступников существуют более высокие уровни психических заболеваний, тщательно обходя вопрос о том, способствует ли сама тюремная жизнь суицидальным тенденциям. 58 Напротив, критики, такие как Хобхаус и Броквей, настаивали на том, что экологические аспекты тюремной жизни играют не менее важную роль в поощрении самоубийств. 59 Тем не менее, заключенным было отказано в возможности отстаивать свое право на жизнь в гуманных условиях, не омрачающих их эмоциональное благополучие. Тех, кто отказывался от еды на этом основании, скорее насильно кормили, чем предлагали психиатрическую помощь.

    В одном случае приписывание суицидального намерения позволило тюремным врачам возложить вину за смерть, подозрительно связанную с принудительным кормлением, на объявившего голодовку заключенного. В 1912 году Стейни Моррисон попала в тюрьму Панкхерст.Стейни был признан виновным в убийстве и приговорен к смертной казни, хотя приговор был заменен пожизненным заключением. На протяжении почти десяти лет заключения он настаивал на своей невиновности. В 1921 году Стейни умерла в тюрьме Панкхерст. На последующем дознании тюремные врачи вспомнили, что Стейни отказался от еды сразу по прибытии в тюрьму, и его нужно было сдерживать из-за его склонности к насилию и постоянных угроз самоубийства. На дознании врачи предположили, что Стейни постепенно уменьшал потребление пищи с 1917 года с намерением медленно покончить с собой.Когда врачи пригрозили ему чашкой для кормления, Стейни дал понять, что собирается перерезать себе горло. В ответ тюремный медицинский персонал перевел Стейни в камеру с мягкой обивкой и регулярно подвергал его насильственному кормлению; действие, которому решительно сопротивлялся их пациент. В 1921 году Стейни неожиданно скончалась от сердечной недостаточности.

    Коронер, присутствовавший на следствии, не был убежден в том, что Стейни умерла в результате многолетнего постепенного сокращения питания, и отказался признать причиной смерти Стейни самоубийство из-за голодания.Присяжные вынесли вердикт о смерти от обморока и заболевания аорты, усугубленного воздержанием от пищи. 60 Судя по всему, присяжные отказались полностью принять во внимание инсинуации тюремного медицинского персонала о суицидальных намерениях Стейни. Тем не менее, расследование также примечательно отсутствием тщательного изучения применения принудительного кормления и его потенциальной роли в подрыве здоровья Стейни и ускорении сердечного приступа со смертельным исходом (связь, установленная воинствующими суфражистками и ирландскими республиканцами).Неясно, знали ли тюремные врачи, что их методы кормления ослабили сердце Стейни. Ясно то, что Стейни был особенно беспокойным и жестоким человеком, который был не в фаворе у тюремных врачей, которые, как он утверждал, регулярно давали ему слабительные, чтобы вывести из строя и наказать. 61 Учитывая, что принудительное кормление преследовало цели принуждения, вполне вероятно, что эта процедура регулярно применялась к нему и сыграла определенную роль в его смерти.Изображение Стейни как самоубийцы позволило медицинскому персоналу представить его смерть как неудачный результат его отказа от еды, а не их насильственных попыток накормить его. Бедственное положение Стейни привлекло сравнительно мало внимания общественности по сравнению со смертью Томаса Эша по политическим мотивам. Осужденный убийца вряд ли мог рассчитывать на общественное сочувствие. Фактически, в этот период относительное отсутствие общественного сочувствия к аполитичным участникам голодовки позволило использовать методы принуждения, по большей части, оставаться скрытыми от глаз общественности, по крайней мере, до послевоенного периода.Майкл Игнатьев предполагает, что было важно, чтобы назначение наказания сохраняло свою моральную легитимность в глазах общественности. 62 В данном случае тюремные врачи добились этого, изображая Моррисона склонным к суициду.

    Тюремные врачи не смогли убедительно объяснить все голодовки психическим заболеванием. Многие заключенные протестовали против физических последствий тюремной жизни, еще раз отстаивая свое право на здоровье. Например, многие восстали против доступного скудного питания, видя в этом угрозу своей физической неприкосновенности. 63 В период с 1913 по 1940 год девяносто девять заключенных отказались от еды в знак протеста против невкусной диеты в тюрьмах. Еще десять просто заявили, что не чувствуют голода. Журнал комиссара изобилует краткими заявлениями заключенных, которые объяснили причину голодовки: «Я не могу есть этот хлеб», «Я не могу его есть» и «Яд». 64 В 1921 году Джон Моран воздерживался от еды в Панкхерсте, так как не мог есть несъедобную тюремную пищу.Отказывая Джону в праве выражать недовольство качеством тюремной еды, тюремные врачи насильно кормили его девятнадцать раз, прежде чем он решил возобновить прием пищи. Четыре года спустя Томас Джеймсон воздерживался от еды по тем же причинам, и его двадцать шесть раз подвергали насильственному кормлению. 65

    Тюремные диеты были печально известны своей скудностью, они были разработаны в девятнадцатом веке для сдерживания преступной деятельности и укрепления духа принуждения в тюрьме. Многие официальные лица настаивали на том, что тюремные диеты должны носить карательный характер, и выступали за предоставление минимального количества пищи, необходимого человеческому организму, чтобы избежать смерти. 66 В 1921 году Эвелин Рагглс-Брайз, председатель тюремной комиссии, заявила, что диета в тюрьмах значительно улучшилась по сравнению с викторианским периодом, а это означает, что заключенные больше не теряли вес и не становились восприимчивыми к болезням. Принципа карательной диеты, настаивал он, больше не существует. 67 Хобхауз и Броквей, напротив, возразили, что заключенные постоянно голодны, а обслуживающий персонал готовил пищу из продуктов низкого качества.Они предположили, что заключенные были тревожно склонны к несварению желудка, диарее, кожной сыпи и постоянным запорам. 68 В 1944 году Медицинский исследовательский совет пришел к выводу, что в тюремном рационе не хватает витаминов А и С, и рекомендовал более полноценные продукты. 69 Три года спустя 105 заключенных тюрьмы Панкхерст устроили массовую акцию протеста, связанную с некачественной едой. 70 В 1959 году были сделаны некоторые улучшения.В 1972 году член парламента Северной Ирландии Бернадетт Девлин расспросила заместителя министра внутренних дел Марка Карлайла о сумме, которая тратится на питание в тюрьмах. Выяснилось, что на кормление заключенных в Лестерской тюрьме тратилось 1,20 фунта стерлингов в неделю, что не в лучшую сторону по сравнению с 2,50 фунта стерлингов в неделю, потраченными на покупку корма для тюремных собак. 72

    В этом контексте кажется неудивительным, что заключенные протестовали против скудного, часто невкусного питания, чувствуя подрыв своего права на питание и физическое здоровье.Однако небольшое количество голодовок возникло из-за недостаточной чувствительности тюремного персонала к определенным диетическим требованиям или предпочтениям. Когда отказник по соображениям совести Феннер Броквей был заключен в тюрьму в Вормвуд-Скрабс во время Первой мировой войны и потребовал вегетарианской диеты, доктор покачал головой. Изменение режима питания разрешалось только в том случае, если заключенный показывал сильную потерю веса. Возмущенный, Феннер подал прошение министру внутренних дел и начал частичную голодовку, воздерживаясь от употребления мясных блюд.Одобрение вегетарианской диеты было получено через три месяца. По словам Феннера, вегетарианский вариант оказался популярным среди заключенных, привыкших есть грубые мясные продукты. «Закоренелые преступники, — утверждал позже Феннер, — в том числе человек, который отсидел год за то, что ударил жену кочергой по голове, заверили губернатора, что их совесть больше не позволит им есть мясо». 73 Примечательно, что Феннер был противником угрозы покончить с собой на том основании, что он пацифист и не должен никого убивать, даже самого себя. 74

    Хотя большинство протестов заключенных, связанных с едой, оказались не заслуживающими освещения в печати, было одно исключение. В 1974 году газета Daily Mirror сообщила на своей первой полосе, что объявивший голодовку еврейский заключенный по имени Кит Бэйли подвергался принудительному кормлению в течение ошеломляющих 800 дней. Кит отбывал пятнадцатилетний срок за грабеж и хранение огнестрельного оружия. Сначала он отказался есть после того, как работники общественного питания случайно подали ему кошерный маргарин на шпателе, который также использовался для раздачи некошерного маргарина.Чиновники тюрьмы быстро исправили ситуацию с питанием. Тем не менее, Кит продолжал протестовать и издал приказ в Министерство внутренних дел с требованием, чтобы комиссары применяли свои собственные правила и предоставили ему право соблюдать свою религию. Медицинский персонал тюрьмы перевел Кита в психиатрическое отделение. Хотя Кит время от времени ел из чашки с ростком, более двух лет его кормили насильно. 75 Когда бедственное положение Кита начало привлекать внимание общественности, член парламента от лейбористской партии Джок Сталлард призвал к независимому расследованию вопроса об искусственном и принудительном кормлении с целью обсуждения альтернатив и «отмены этого варварского процесса». 76

    Затруднительное положение Кита указывает на присущую тюремному медицинскому персоналу нечувствительность к религиозным потребностям заключенных из числа этнических меньшинств, а также раскрывает сложные отношения власти, окружавшие тюремную еду. Это также указывает на то, что медицинский персонал продолжал определять протестующих заключенных как психически неуравновешенных, иррациональных и нуждающихся в терапевтическом вмешательстве. На самом деле, нередко заключенным, протестовавшим против тюремной еды, ставили психиатрический диагноз.В 1960 году ланкаширский стрелок Алан Робинсон объявил голодовку в казармах Веллингтона, Бери. Алан был выписан по медицинским показаниям и переведен в военный госпиталь Мостон-Холл, где его посетил психиатр и убедил поесть. Алан изначально протестовал против плохого качества армейской еды. 77 Питание в тюрьме составляло важную часть более широкой институциональной связи властных отношений, которая структурировала взаимодействие между заключенным и тюремным персоналом. 78 С точки зрения тюремных служащих введение ограниченных, часто скудных порций еды помогло исправить поведение, поощряя личную сдержанность и поощряя размышления о потере привилегий во внешнем мире. Тем не менее многие заключенные отказывались признать моральную приемлемость скудного институционального питания. На протяжении двадцатого века еда оставалась ключевым яблоком раздора и служила регулярной основой для протестов заключенных.

    Проблема физического благополучия проявляется в ряде других сценариев голодовки.Многие заключенные считали, что тюремные врачи уделяют недостаточно внимания их медицинским потребностям. Такие вопросы, как зубные протезы, могут оказаться особенно деликатными и побудить заключенных к инакомыслию. В 1913 году Джон Райли объявил голодовку в тюрьме Дорчестер в знак протеста против медлительности тюремных властей в предоставлении ему протеза. Несмотря на мучительную боль во рту, Джона подвергали насильственному кормлению двадцать один раз. 79 В начале двадцатого века заключенным приходилось платить за медицинские услуги, такие как зубные протезы.Если они не пользовались доверием, тюремный персонал обычно игнорировал их проблемы. 80 Проблемы с зубами на удивление часто появляются в тюремных автобиографиях двадцатого века. 81 В целом тюремные врачи обычно не верили в симптомы своих пациентов, полагая, что все заключенные изначально нечестны и склонны к симуляции. 82 Комиссары зафиксировали 29 случаев отказа от еды, которые тюремные врачи проигнорировали как попытку добиться госпитализации (и обеспечить себе более полноценное питание) путем симуляции болезни. 83 Неясно, страдали ли эти люди от искренних жалоб или они устраивали голодовки, чтобы предоставить моральное доказательство своей искренности.

    Кроме того, многие участники голодовки стремились оспорить чрезмерные уровни наказания, которые, по их мнению, применялись к их телу и разуму. В начале двадцатого века заключенных могли наказывать — часто за относительно незначительные проступки — строгими ограничениями в питании, отдельными периодами одиночного заключения, поркой, физическими ограничениями и сокращением посещений.Действительно, главной целью тюремной системы для осужденных было сдерживание путем бюрократического соблюдения правил и положений. 84 Сами сотрудники тюрьмы могут быть подвергнуты наказанию, если они не сообщат о нарушениях дисциплины, система, которая побуждает сотрудников поддерживать карательную обстановку. Тем не менее, многие заключенные считали, что строгую и сложную паутину тюремных правил, прикрепленных к стене их камер, невозможно соблюдать, и чувствовали, что в любой момент могут подвергнуться преследованию и наказанию. 85

    Уполномоченные отметили 194 заключенных, объявивших голодовку в знак протеста против чрезмерного наказания. В 1916 году Уильям Робертс, осужденный за кражу со взломом в Манчестерской тюрьме, подвергался принудительному кормлению пятьдесят пять раз после того, как объявил голодовку в знак протеста против наказания без уважительной причины. 86 Альфреда Трэгэма двадцать пять раз подвергали насильственному кормлению в Панкхерсте после того, как он протестовал против чрезмерного наказания. 87 В 1923 году Томас Кларк объявил голодовку в Бирмингеме по причине того, что «офицеры постоянно следят за ним.Он согласился возобновить прием пищи, увидев, что трубка готовится для его кормления. 88 В 1965 году Томас Уисби, один из Великих грабителей поездов, объявил голодовку в тюрьме Лидса, так как чувствовал, что подвергается жестокому обращению со стороны тюремного персонала, разгневанного недавним побегом из Уондсворта, совершённым Рональд Биггс. 89 В конце 1960-х Томас организовал несколько голодовок, но большинство из них отменил после телефонного разговора с женой. 90 Томас утверждал, что сотрудники тюрьмы помещали его в одиночную камеру на двадцать три часа в сутки, несмотря на то, что он не доставлял хлопот. Его брат публично заявил, что «единственный способ, которым он мог нанести ответный удар и привлечь внимание к происходящему, — это объявить голодовку». Его адвокат добавил, что Томас был образцовым заключенным. 91 Очевидно, голодовка была одним из способов, с помощью которого заключенные могли восстановить свою физическую неприкосновенность, бросив вызов строгим наказаниям, применяемым для поддержания дисциплины.Они осознали право жить в тюрьмах, не подвергаясь виктимизации. Тем не менее, на их протесты, как правило, отвечали дополнительным наказанием: насильственным кормлением.

    Помимо отстаивания своего права на здоровье и свободу от чрезмерного наказания, многие заключенные объявили голодовку, чтобы добиться определенных уступок. В период с 1913 по 1940 год комиссары отметили 134 голодовки среди заключенных, чьи просьбы были отклонены. Некоторые добивались перевода в альтернативную тюрьму.В 1926 году Джон Кенни Уильямс, заключенный в тюрьму за воровство, спровоцировал голодовку после того, как его ходатайство о переводе в тюрьму Кардиффа было отклонено. Его насильно кормили двенадцать раз. 92 В 1977 году заключенная певица и владелица публичного дома Джени Джонс объявила голодовку в знак протеста против планов перевести ее из Холлоуэя в тюрьму Стайал, полуоткрытое женское учреждение в Чешире. Джейни отказывалась от еды в течение двадцати семи дней, пока лорд Лонгфорд не согласился навестить ее. Ее протест был основан на том, что она не сможет заниматься своими делами в Чешире. 93 Другие протесты возникли по глубоко личным причинам, частью попытки выразить и сохранить индивидуальность в среде, основанной на конформизме и потере идентичности. Когда в 1933 году начальник тюрьмы убрал семейные фотографии из камеры мужчины в тюрьме Кардиффа, заключенный объявил голодовку в течение семнадцати дней и подал заявление в Министерство внутренних дел. 94 Вопросы семейной жизни и доступа к внешнему миру вызывали постоянные споры.В 1969 году шесть заключенных в тюрьме Лестера объявили голодовку в знак солидарности с четырьмя другими заключенными в тюрьме Дарем, которые протестовали против правил Министерства внутренних дел, требующих от посетителей, включая жен, предоставлять удостоверение личности с фотографией перед посещением заключенных категории А. 95

    Очевидно, голодовка представляла собой важный способ сопротивления жестким системам физического и психологического контроля, характерным для тюремной среды двадцатого века.Заключенные протестовали по множеству причин, в том числе из-за возражений против тюремного питания, отказа тюремных чиновников удовлетворить медицинские или личные требования и протестовать против суровых карательных режимов. Отказ от еды позволял заключенным отстаивать свою автономию. Тем не менее, большинство попыток заключенных отстаивать свои предполагаемые права путем воздержания от еды были резко остановлены принудительным кормлением; процедура, предназначенная (часто успешно) для восстановления тюремного режима, который требовал, чтобы пища потреблялась в строго установленное время приема пищи.Тюремные чиновники, как правило, рассматривали голодовку как поведенческую проблему, проблему, которую можно решить, применяя физическую силу. Хотя насильственное кормление имело тенденцию приводить поведение заключенных в соответствие с ожидаемыми тюремными нормами, эта процедура менее успешно решала проблемы, связанные с психическим здоровьем, диетическими проблемами и запугиванием в учреждении.

    Успешная голодовка

    На протяжении большей части столетия внимание общественности редко привлекалось к заботам о благополучии заключенных, за исключением получивших широкую огласку эпизодов тюремных беспорядков. 96 Тем не менее, небольшому количеству принудительно вскармливаемых заключенных удалось привлечь внимание политиков и журналистов. Опыт большинства осужденных, объявивших голодовку, подтверждает заявление Петик-Лоуренс о том, что голодающие нуждались в твердой решимости и убежденности в своем деле, чтобы их протесты увенчались успехом. Заключенным также требовалась физическая и психологическая решимость противостоять насильственному кормлению. Именно эти заключенные организовали самые успешные и заслуживающие внимания акции протеста. Большинство участников голодовки, столкнувшись с угрожающей перспективой желудка или носовой трубки, решили возобновить прием пищи.Тем не менее, некоторые заключенные подвергались длительным приступам насильственного кормления и, как правило, разделяли определенные мотивы, которые отличались от других участников голодовки. показывает, что 166 каторжников объявили голодовку в период с 1913 по 1940 год с целью добиться освобождения или смягчения приговора. Эта группа заключенных с большей вероятностью продолжала голодовку и добровольно подвергала свои тела насильственному кормлению. Семнадцать заключенных выдержали более ста дней насильственного кормления, поскольку они твердо верили в свои моральные принципы.Между 1913 и 1915 годами заключенный в Вормвуд-Скрабс по имени Хамфрис спровоцировал две голодовки. Хамфриса насильно кормили 138 раз (примерно 46 дней) и еще 290 раз (примерно 96 дней). Терпя насильственное кормление, Хамфрис стремился продемонстрировать свою невиновность. 97

    Самый продолжительный случай насильственного кормления, зарегистрированный комиссарами, произошел в 1935 году, когда Генри Гордон Эверетт, заключенный в тюрьму за попытку самоубийства, отказался от еды в знак протеста против продолжительности своего осуждения.В рамках своего морального крестового похода за освобождение Генри перенес 474 кормления через назальный зонд, и этот период длился примерно 15 месяцев. 98 Позднее Генри утверждал, что его поверенные побуждали его признать себя виновным вопреки его собственной склонности и здравому смыслу. В публичном заявлении, сделанном после освобождения, он утверждал, что:

    В результате несправедливости я объявил голодовку, продолжавшуюся до моего увольнения почти через шесть месяцев… Меня поддерживали в живых насильственным кормлением, и меня не освободили до последнего возможного дня моего заключения.Я больше не могу терпеть несправедливость и также считаю своим долгом заявить протест против и вопреки устаревшим и ошибочным законам о самоубийстве, которые лишают бедняка возможности умереть в стране мира и изобилия. 99

    Несколько десятилетий спустя Рональд Джон Баркер объявил особенно провокационную голодовку, чтобы привлечь внимание к своему незаконному заключению. В 1970 году Рональд был приговорен к четырем годам тюремного заключения по обвинению в краже восьмидесяти фунтов у двух пожилых женщин в Лауте, Линкольншир.Баркер объявил голодовку в тюрьме Армли в Лидсе в знак протеста против своей невиновности. В конце концов, он выдержал то, что журналисты назвали рекордной голодовкой продолжительностью 370 дней (хотя протест Генри Гордона Эверетта на самом деле длился дольше). Выйдя на свободу после успешного повторного судебного разбирательства, адвокат Рональда описал его как «очень усталого, очень счастливого человека, который должен снова столкнуться с проблемой нормального питания после того, как его кормили через зонд в течение 370 дней». 100

    Случаи Эверетта и Баркера, разделенные четырьмя десятилетиями, демонстрируют потенциальную полезность голодовки в трудных условиях заключения, но только в том случае, если можно вынести принудительное кормление.Генри, проглотивший 200 таблеток до своего ареста, опроверг полномочия государства диктовать ему, что он не имеет права решать, когда ему умереть. В этом смысле Генри твердо верил в свою невиновность. Точно так же Рональд твердо верил в свою невиновность, и это убеждение укрепило его решимость выдержать длительный период насильственного кормления. Оба человека в конечном итоге привлекли внимание общественности к своим конкретным случаям, оставаясь стойкими и сопротивляясь принудительным усилиям тюремного медицинского персонала, направленным на то, чтобы привести их поведение в соответствие.Они представили свою стойкость к боли как доказательство своей невиновности; как необходимый шаг, чтобы убедить общественность в своем праве на свободу.

    Примечательно, что на повторном рассмотрении дела Рональда Баркера судья МакКенна посоветовала присяжным:

    Обвиняемый сообщил вам в пятницу, что объявил голодовку. На вашем месте я был бы осторожен с заключением о невиновности обвиняемого, поскольку он объявил голодовку… многие из тех, кто был справедливо осужден, настаивали на том, что они невиновны, и вполне возможно, что такие люди должны попытаться убеждать других в своей искренности, отказываясь от еды. 101

    Это осторожное заявление отражало мнение судей о том, что продолжительная голодовка действительно может публично рассматриваться как знак того, что заключенный достаточно раскаялся или что он или она невиновны и должны быть освобождены. Тот факт, что заключенный продемонстрировал убежденность в стойкости протеста перед лицом принудительного кормления, может повлиять на вердикт суда или повторного судебного разбирательства. В 1957 году Альфреда Джорджа Хайндса насильно кормили в Пентонвилле. Депутаты подняли вопрос в Палате общин о том, почему Альфред, казалось, был так готов заморить себя голодом, а не признать справедливость вынесенного ему приговора.Может быть, он был невиновен? 102 После десятого дня принудительного кормления более тридцати депутатов согласились с тем, что специальный комитет должен расследовать вопрос о том, имела ли место судебная ошибка. 103 Альфред впоследствии получил известность и статус незначительной знаменитости после побега из ряда тюрем строгого режима в 1960-х годах.

    Чувство несправедливости, которое испытывали участники голодовки, зависело от восприятия заключенным относительной серьезности их правонарушения, которое в некоторых случаях противоречило общепринятым взглядам общества.В мае 1976 года Роберт Релф объявил голодовку в Стаффордской тюрьме. Роберту 51 год, он был бывшим коммандос и бывшим телохранителем известного неонациста Колина Джордона. Он провел 1960-е годы, будучи членом Британского национал-социалистического движения, нанося в Лимингтон-Спа послания расовой ненависти, в том числе «Интеграция означает монгрелизацию». Как ни странно, он также пытался создать британское отделение Ку-клукс-клана. 104 В 1976 году Роберт был приговорен к тюремному заключению за отказ убрать оскорбительную расистскую вывеску, рекламирующую, что его дом продается «только английской семье».Вывеска осталась в его окне, выходящем на сад, покрытый британскими флагами. Роберт был привлечен к ответственности и заключен в тюрьму в соответствии с Законом о расовых отношениях. После сорока пяти дней отказа от еды протест Роберта стал широко освещаться по всей стране, после чего судья санкционировал его освобождение. Сторонники Роберта приветствовали его, когда он покинул корт, напевая «Правь, Британия!». 105 Во время голодовки жена Роберта, Сэди, регулярно навещала голодающего мужа и позже рассказывала друзьям, что его трясет и он сильно похудел. 106 Вера Роберта в свои расистские взгляды оставалась непоколебимой, даже несмотря на то, что она противоречила духу все более мультикультурного общества.

    Многие другие заключенные устроили акции протеста, которые привлекли внимание общественности и не считали свое преступление неправильным. Некоторые заключенные представили более сильные моральные доводы, чем другие. На протяжении 1960-х годов Розали Джейсон начала десятилетнюю кампанию преследования, направленную на управляющего ее банком Бернарда Хьюетта, после того, как два ее чека были обесчещены.Описанная Daily Express как «неразрешимая проблема», Розали постоянно арестовывали и повторно заключали в тюрьму за совершение таких действий, как разбитие 125 оконных стекол в доме Джейсона. Попав в тюрьму в 1969 году, она отказалась от еды в знак протеста против несправедливости. 107 В 1962 году родившаяся в России знаменитая энтузиастка здоровья Барбара Мур постилась в знак протеста против тюремного заключения за неуважение к суду. Ее врач-консультант Майкл Эшби подтвердил прессе, что тюремные врачи не собирались кормить Барбару из-за ее слабого здоровья (а не из-за ее статуса знаменитости).Министерство внутренних дел настаивало на том, чтобы вопрос о принудительном кормлении решался администрацией тюрьмы. Барбара слыла бретарианкой (человеком, который верит, что люди могут существовать без еды и поддерживаться исключительно за счет праны — жизненной силы в индуизме). Она угрожала покончить с собой, задержав дыхание, если тюремные врачи попытаются ее накормить. 108 Врач Барбары, Майкл Эшби из лондонской больницы Уиттингтон, публично заявил, что ей должно быть позволено выполнить свою угрозу поститься до смерти.В Daily Mirror Эшби предположил, что «если она умрет, я не буду винить себя». Спасение жизни может быть обязанностью врача, но также его обязанностью является не нападать на пациента. Насильственное кормление этого пациента было бы равносильно нападению». Однако Эшби считал, что насильственное кормление не будет противоречить его медицинским этическим наклонностям, если Мур потеряет сознание или станет слишком слабым, чтобы протестовать. «В таких обстоятельствах, — предположил он, — пациент не будет протестовать».Подтвердив этот момент, в начале века инспектор Джон Сайм вызвал значительное количество публичных дебатов и бумажной работы для Министерства внутренних дел. 110 В 1909 году два полицейских констебля были наказаны за аресты и задержания ряда лиц в полицейском участке Джеральд-Роуд в Лондоне без достаточных улик. Сайм, который был дежурным во время инцидента, поддержал двух констеблей, к неудовольствию своих старших коллег. Последовало дисциплинарное слушание, и Сайм был наказан переводом в полицейский участок Фулхэма. 111 Возмущенный обращением с ним, Сайм обвинил главного инспектора Джеральд-Роуд в тирании, представил неподчиненные отчеты и выразил намерение передать свои жалобы в парламент. В этот момент Сайм был уволен из полиции. В ответ он сформировал Национальный союз полицейских и тюремных служащих. В рамках своего крестового похода за справедливость Сайм также учредил издание, которое его бывшие коллеги назвали «журналом с сомнительной репутацией», в котором высказывались несогласия с комиссарами полиции и офицерами, не согласными с целями его профсоюза. 112

    В течение следующего десятилетия Сайм много раз попадал в тюрьму за акты гражданского неповиновения. Его бедственное положение привлекло значительное внимание общественности. В июне 1919 года в ходе более широкой дискуссии о том, действительно ли Сайм, объявивший голодовку и освобожденный, вернется в тюрьму в соответствии с положениями Закона о кошках и мышах, сэр Джон Роулендсон в частном порядке написал, что «дело Джона Сайма было большой рак в корне нынешних полицейских проблем. 113 В апреле 1920 года Сайм разбил веер, висевший возле резиденции премьер-министра. Он был быстро арестован и на неделю заключен под стражу в Брикстонской тюрьме, а затем освобожден после шести дней голодовки. Вместо того, чтобы явиться в полицейский суд, Сайм повторно совершил преступление, а также пригрозил напасть на короля или королеву в подходящий момент, его намерением было устроить публичный скандал, чтобы привлечь внимание к своим недовольствам. 114 По словам полицейского, который столкнулся с Саймом, слоняющимся возле Палаты общин, бывший инспектор объявил, что объявит голодовку после своего следующего ареста, «несмотря на то, что его нельзя кормить насильно». из-за необычного строения его тела и из-за того, что теперь он полностью готов принять альтернативу смерти». 115

    В конфиденциальном отчете, написанном в связи с апелляцией, поданной Саймом в мае 1920 года, начальники полиции Х. Морган и Дж. Биллингс описали бывшего инспектора как «человека угрюмого и упрямого характера, самоуверенного самоуверенных и крайних взглядов. Он всегда был противником дисциплины и возмущался ее применением к себе или другим. Его отношение было отношением человека, который верил, что вся ткань империи пропитана несправедливостью, которую нужно исправить.Старшие констебли добавили, что Сайм был «заблуждающимся, самообманчивым человеком, который, возможно, сознательно полагал, что у него есть искреннее недовольство, которое нужно проветрить и исправить». 116 Тем не менее, независимо от того, были ли взгляды Сайма крайними или просто представляли угрозу сложившейся структуре полицейской службы, нет никаких сомнений в том, что он обладал непоколебимой убежденностью. Это побудило его спровоцировать ряд голодовок во время его неоднократных заключений.

    Несмотря на то, что насильственное кормление остается относительно распространенным явлением в английских тюрьмах, потребовалось громкое дело, такое как дело Сайма, чтобы разжечь политическую и общественную дискуссию. В 1922 году в Палате общин прошли жаркие дебаты по этому поводу между депутатом от лейбористской партии Чарльзом Аммоном и министром внутренних дел Эдвардом Шортом. Аммон настаивал на том, что Сайма пытали, постоянно выпуская и снова заключая в тюрьму в соответствии с Законом о кошках и мышах, аргумент, который перекликается с заявлениями суфражисток, сделанными несколькими годами ранее.Возвращаясь к событиям предыдущего десятилетия, Аммон утверждал, что «с течением времени доказано, что суфражистки, в конце концов, являются вполне респектабельными членами общества», добавляя, что пытки, которые Закон изначально был направлен против воинствующих женщин-заключенных теперь было направлено к таким людям, как Сайм, который, как предположил Аммон, был респектабельным человеком, с которым несправедливо обошлись. В своем кратком ответе Шорт заявил:

    Врачи говорят, что вы не можете эффективно насильно кормить его.Я протестую против предположения, что мы пытаем человека, который умышленно продолжает морить себя голодом. Мы обеспечиваем его, когда он находится в тюрьме, хорошей, полезной, вкусной едой. Он не тронет его. Это не наша вина. Я протестую против предположения, что мы несем ответственность за все его страдания. Он несет полную ответственность сам. Мне сказали, что сейчас он объявляет голодовку на свободе. Нас это не беспокоит. Если он не ест из тюрьмы, он должен сам нести последствия. 117

    В августе 1923 года Сайм заболел в Пентонвилле во время голодовки и жажды.Хотя он был временно освобожден в соответствии с Законом о кошках и мышах, он сообщил своему медицинскому работнику, что намерен вернуться в Министерство внутренних дел, чтобы разбить еще одно оконное стекло и «сделать свою работу начисто». Однако Сайм был слишком слаб, чтобы покинуть свой дом. Находясь под пристальным наблюдением полиции, Сайм был повторно арестован через шестнадцать дней, после чего немедленно объявил новую голодовку и забастовку от жажды, которая длилась восемь дней. Всего Сайм инициировал двадцать семь голодовок и голодовок. 118 В конце концов, в 1925 году его как нищего сумасшедшего перевели в Лондонскую окружную психиатрическую больницу. 119 Бедственное положение Сайма является еще одним примером потенциальной силы отказа от еды в привлечении общественного и политического сочувствия к предполагаемым случаям несправедливости. В конечном итоге желание Сайма восстановиться в полиции не увенчалось успехом. Тем не менее, в последующие десятилетия Сайм был неофициально признан жертвой издевательств и домогательств и получал полицейскую пенсию. 120

    Заключенные также могли быть воспламенены непоколебимой убежденностью в моральном, а не в личном деле.Эти случаи также привлекли внимание общественности. В 1969 году пятеро заключенных родителей, в том числе Дж. П. и советник Бетт Белл, объявили голодовку в Винчестере и Холлоуэе после того, как попали в тюрьму за протест против повышения платы за вход в общественный парк. Их протест побудил канцлера казначейства Джеймса Каллагана приказать полиции составить отчет о заключенных, акт, поддержанный лорд-мэром Портсмута и Национальным советом гражданских свобод. Одна заключенная, Сильвия Хамфрис, публично заявила, что ее тюремный врач угрожал ей принудительным кормлением, если она продолжит отказываться от еды, хотя представитель Министерства внутренних дел это отрицал. 121 Консорциум других заключенных объявил голодовку в рамках своих более широких взглядов на преобладающую социально-экономическую систему в западном обществе. Среди них были активисты по защите прав животных (которые также отказались носить тюремную одежду, сделанную из продуктов животного происхождения) 122 и протестующие за языковые права, которые требовали права выступать в суде на валлийском языке. 123

    Как и ожидалось, тюремный медицинский персонал был склонен диагностировать заключенных, идеология которых не соответствовала идеологии, обычно разделяемой основной частью общества, как психически неуравновешенных.Хотя насильственное кормление мало что изменило в корректировке политической идеологии и социальных взглядов этого типа заключенных, оно помогло временно смягчить институциональные разрушения, которые они были склонны вызывать. Во время Первой мировой войны Дж. Сидни Овербери, которого тюремный врач назвал «эксцентричным», сорок три раза подвергали насильственному кормлению в тюрьме Уормвуд-Скрабс. У Овербери не могло быть диагностировано психическое заболевание, достаточно серьезное для предоставления убежища. Тем не менее определение тюремным врачом эксцентричности предполагает, что он воспринял или решил представить решение своего пациента отказаться от еды как продукт психологической нестабильности, проблемы, требующей исправления с помощью принудительного кормления, чтобы привести поведение заключенного в норму. 124

    Овербери был заключен в тюрьму вместе с Томом Феррисом. Оба были членами небольшой группы семей, которые жили вместе в Бистоне, Йоркшир, и существовали за счет прибыли от вязальной промышленности. 125 Братство Бистонов было основано на толстовских христианских анархистских принципах, отвергавших принцип государственной власти. Соответственно, когда Овербери и Феррис были первоначально заключены в тюрьму в 1915 году за распространение листовок в нарушение Правила 27, они оба отказались есть тюремную еду на том основании, что она была куплена на институциональные и, соответственно, государственные средства.И Овербери, и Феррис отвергли принцип налогообложения и рассматривали тюремную еду как собственность, украденную из финансовых ресурсов населения. После нескольких дней переписки между уполномоченными и тюремными властями Феррис согласился есть пищу, но только в том случае, если она была приготовлена ​​его женой и если ему было дано разрешение продолжать писать свою книгу о религиозных принципах в тюрьме. Заместитель госсекретаря в министерстве внутренних дел Эдвард Троуп дал разрешение по медицинским (психиатрическим) показаниям. 126 Начальник тюрьмы считал Ферриса склонным к суициду — как «религиозного маньяка» — и в частном порядке обсуждал возможность его сертификации с сотрудниками министерства внутренних дел. 127 Лорд Леонард Кортни вступил в дебаты, добавив: «Вытащите их из больницы как можно скорее в надежде, что эпизод может умереть естественной смертью». 128

    Полиция повторно арестовала Овербери в следующем году за неподчинение приказам.После отказа от еды его насильно кормили. Медицинский работник охарактеризовал Овербери как сумасшедшего, но сомневался в возможности освидетельствовать его во время такого короткого срока заключения. В письме, написанном бригадному генералу Чайлдсу, он заявил, что «этот человек, несомненно, является религиозным чудаком или маньяком, и я должен сказать, что из него невозможно сделать солдата». Я предлагаю подумать, не будет ли разумнее оставить его в покое, когда его выпустят, и не упорствовать с ним. 129 В июне 1925 года Феррис снова появился в тюрьме Лидса после того, как его признали виновным в нападении на полицейского на публичном собрании. Он явно страдал болезнью почек, проблемами с сердцем и отечными лодыжками, на которых появлялись ямки от давления. Несмотря на свое недомогание, Феррис объявил голодовку, добавив, что на этот раз «будет либо освобождение, либо смерть». По этому поводу Феррис настаивал на том, что не будет есть пищу, полученную откуда угодно, даже от жены. Он был быстро освобожден в соответствии с Законом о кошках и мышах, и не было предпринято никаких попыток повторно арестовать его и привести приговор в исполнение. 130

    В 1929 году и Овербери, и Феррис снова были отправлены в тюрьму после судебного преследования за строительство дома для себя без разрешения на строительство (которое оба человека не признали). Феррис, описанный в медицинском заключении как «старый для своего возраста, несколько беззубый и звуки жара немного нечистые», отказывался от еды на том основании, что он не будет подчиняться установленным человеком законам, требующим подчинения государству. Начальник тюрьмы Хью Эмерсон счел Ферриса непригодным для насильственного кормления. 131 Тем не менее, Овербери неоднократно подвергали насильственному кормлению, несмотря на постоянную рвоту. Однажды тюремный врач поймал Овербери, засунув пальцы ему в горло. Более пристальное наблюдение подтвердило, что рвота Овербери была в основном естественной, а не вызванной им самим. Медицинский работник отказался от дальнейшего кормления, поскольку постоянное выполнение этой процедуры утомляло стареющего Овербери, делая упражнения бесполезными. 132

    Принудительное кормление имело большое дисциплинарное значение.Хотя некоторые врачи, несомненно, считали, что это помогает спасать жизни, вполне вероятно, что они также признавали ценность технологий кормления для восстановления порядка в тюрьмах и дисциплины заключенных. Если голодовку рассматривали как поведенческую проблему, то принудительное кормление, по-видимому, давало решение. Тем не менее, тюремные врачи столкнулись со значительным числом людей, которые были полны решимости противостоять насильственному кормлению из-за твердой убежденности в своих убеждениях, включая личную невиновность, анархизм, бретарианство и правый расизм.Хотя эти заключенные были немногочисленны, они были особенно разрушительными и часто привлекали внимание средств массовой информации.

    Заключение

    Кажется очевидным, что насильственное кормление не исчезло из тюремной медицинской практики после окончания суфражистских и ирландских республиканских кампаний. Напротив, несмотря на скандальную смерть Томаса Эша в 1917 году, тюремные врачи продолжали бороться с отказом от еды с помощью желудочного и носового зонда на протяжении большей части столетия. Относительно широко распространенное применение насильственного кормления оставалось в основном незамеченным за пределами тюремных стен.Проводя голодовки в одиночку, большинство осужденных-заключенных не могли заручиться поддержкой своих товарищей по заключению или широкой общественности. У суфражисток и ирландских республиканцев были эффективные пропагандистские механизмы, которые быстро доносили новости о насильственном кормлении до заинтересованной общественности. Не имея поддерживающей сети и относительно изолированные от внешнего мира, осужденные, как правило, проводили безрезультатные голодовки, если не обладали достаточной решимостью, чтобы противостоять насильственному кормлению. Соответственно, насильственное кормление оставалось в основном скрытым от глаз; дисциплинарное деяние, совершенное в частном мире тюрьмы, считалось настолько нормальным в суровой карательной среде, что почти не обсуждалось.Примечательно, что их вмешательство быстро искоренило большинство голодовок заключенных, что свидетельствует о карательном характере принудительного кормления и самой тюремной медицины. Судебные записи осужденных убедительно свидетельствуют о том, что насильственное кормление использовалось не только для спасения жизней и сохранения здоровья. Хотя эта процедура вполне могла принести некоторую пользу для здоровья, она, несомненно, имела принудительное и карательное значение.

    1

    Смит Стаффорд. Плохие люди. :214..

    2

    См. обсуждение в Kew, PCOM7/355, Письмо о смерти Уильяма Эдварда Бернса.1918 15 марта;

    3

    Фатальная голодовка: смерть в тюрьме человека, подражавшего суфражисткам в Холлоуэе. Daily Mirror. 1913 8 октября;:4..

    4

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    5

    Вернон. Голод. :60–80..

    6

    Недавнее обсуждение прав заключенных и ослабление власти персонала см. Хепберн Джон Р. Эрозия власти и предполагаемая легитимность социального протеста заключенных: исследование тюремных надзирателей.Журнал уголовного правосудия. 1984;12(6):579–590..

    7

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    8

    Флинн. Пешки в игре. :37..

    9

    МакКонвилл Шон. Викторианская тюрьма: Англия, 1865–1965 гг. В: Моррис Норвал, Ротман Дэвид Дж, редакторы. Оксфордская история тюрьмы: практика наказания в западном обществе. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета; 1995. С. 117–150..

    10

    О возникновении тюрьмы в девятнадцатом веке см. Игнатьев Михаил. Справедливая мера боли: тюрьма во время промышленной революции, 1750–1850 гг. Лондон: Макмиллан; 1978 г.; Пристли Филип. Жизнь в Викторианской тюрьме: биография английской тюрьмы, 1830–1914 гг . Лондон: Пимлико; 1999 [1985] .

    11

    Фуко Мишель. Дисциплина и наказание: рождение тюрьмы. Лондон: Пингвин; 1977 [1975] .

    12
    13
    14

    Сим.Медицинская сила в тюрьмах. :278..

    15

    Петик-Лоуренс Эммелин. Участники голодовки: испытание заключенных суфражисток. Манчестер Гардиан. 1929 8 ноября;:22..

    16

    Кью, PCOM7/355, Письмо о смерти Уильяма Эдварда Бернса. 1918 15 марта;

    17

    Кью, PCOM7/355, Циркуляр тюремной комиссии. , без даты.

    18

    Мерфи. Политическая тюрьма и ирландцы.:99..

    19
    20

    Кью, CO859/19/7, Кормление заключенных, объявивших голодовку. :1939–1940..

    21

    Кью, PCOM7/355, Насильственное кормление: методы, лечение в стационаре. . недатированный.

    22

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. : 63–64 ..

    23
    24

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. : 86–93 ..

    25

    Превер Ричард Р.Вклад тюремной медицины. В: Блом-Купер Луи, редактор. Ход пенитенциарной реформы. Оксфорд: Кларендон Пресс; 1974. С. 116–128., На стр. 127–8.

    26

    Спенсер Дж. Проблемы перехода: от тюрьмы к терапевтическому сообществу. В: Халмос Пол, редактор. Социологические исследования в британской пенитенциарной службе. Кил: Кильский университет; 1965. С. 13–30..

    27

    Бабингтон Энтони. Право молчать: история наказания в Великобритании.Лондон: Роберт Максвелл; 1968. с. 189..

    28

    Хобхаус, Броквей, английские тюрьмы сегодня. ; Совет по тюремной медицинской реформе, Тюремная медицинская служба: отчет о расследовании, проведенном Роджером Пейджем в медицинской службе тюрем Ее Величества. Лондон: Совет по тюремной медицинской реформе; 1943. .

    29

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. :74..

    30

    Хобхаус, Броквей, английские тюрьмы сегодня. : 267–268., и с.278.

    31

    Гордон Мэри. Уголовная дисциплина. Лондон: Рутледж и сыновья; 1922. С. x – xi..

    32

    Гордон. Уголовная дисциплина. :xi..

    33

    Кью, HO144/21930, Тюрьмы и заключенные: насильственное кормление заключенных, объявивших голодовку — голодовка Фредерика Боумена; Вопрос о принудительном кормлении. 1944 г. 24 марта;

    34

    Голодовка мисс Тодд закончилась. раз.1972 15 февраля;:1..

    35

    Фуко. Дисциплина и наказание. :16..

    36
    37

    Стоддарт Уильям Генри Баттер. Психика и ее расстройства: Учебник для студентов и практикующих врачей. Лондон: HK Lewis; 1926. с. 542..

    38

    Коул Роберт Генри. Психические заболевания: Учебник психиатрии для студентов-медиков и практикующих врачей. Лондон: Издательство Лондонского университета; 1924.стр. 311–312 ..

    39

    Номера коек заключенных взяты из Отчета комиссаров тюрем и директоров каторжных тюрем с приложениями за 1912–13 , Отчеты комиссаров, 1914 г., [Cd. 7092, 7093], xlv.i и Отчет комиссаров тюрем и директоров каторжных тюрем за 1939–41 годы , Отчеты комиссаров, 1945–1946, [Cmd. 6820], xiv.281.

    40

    Тюрьмы Его Величества (медицинские офицеры).Дебаты в Палате общин. 1921 г. 23 февраля; т. 138, кол. 983 Вт. Обсуждение использования принудительного кормления в тюрьмах с штатным медицинским персоналом см. Kew, PCOM7/355, Письмо заместителю госсекретаря. 1919 14 марта;

    41

    Отчет комиссаров тюрем и директоров каторжных тюрем за 1939–41 годы. : 61–62 .; Сим. Медицинская сила в тюрьмах. :75..

    42

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    43
    44
    45

    Шоу Ти Клэй.Психология воинствующей суфражистки. Ланцет. 1913 17 мая; 181:1415.. Шоуолтер Элейн. Женская болезнь: женщины, безумие и английская культура, 1830–1980 гг. Нью-Йорк: Пингвин; 1987 [1985], стр. 162–164 ..

    46

    Вайнер Мартин Дж. Здоровье заключенных и два лица бентамизма. В: Криз Ричард, Байнум Уильям Ф., Беарн Джо, редакторы. Здоровье заключенных: исторические очерки. Амстердам: Родопи; 1995. С. 44–58., На стр. 46. Миллер Ян. Строительство моральных больниц: здоровье детей в ирландских исправительных учреждениях и промышленных школах, c.1851–1890 гг. В: Леллан Энн Мак, редактор. Болезни роста: детские болезни в Ирландии, 1750–1950 гг. Дублин: Ирландская академическая пресса; 2013. С. 105–122..

    47

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. :60–62..

    48
    49
    50

    См., например, Рагглс-Бриз. Английская тюремная система. : 198–215 ..

    51

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    52
    53
    54
    55

    Самоубийство в тюрьме.Ирландские времена. 1907 2 января;:7..

    56

    Заключенные (самоубийцы). Дебаты в Палате общин. 1968 г., 19 декабря; 775 столбцов 443𠄓4.

    57

    Пристли Филип. Жизнь в Викторианской тюрьме: биография английской тюрьмы, 1830–1914 гг . Лондон: Пимлико; 1999 [1985], стр. 180–184..

    58

    Тюрьмы (самоубийство и безумие). Дебаты в Палате общин. 1922 г., 11 июля; 156 столбцов 1040–1; Вайнер. Реконструкция преступника.:353..

    59

    Хобхаус, Броквей, английские тюрьмы сегодня. :556.; Либлинг Элисон, Уорд Тони. Тюремные врачи и исследование самоубийств в тюрьмах. В: Creese, Bynum, Bearn, редакторы. Здоровье заключенных. стр. 118–133. [PubMed: 53] на стр. 120–1.

    60

    Стейни Моррисон умерла в тюрьме. Ирландские времена. 1921 26 января;:4..

    61

    Пристли. Викторианская тюрьма живет. :172..

    62

    Игнатьев.Справедливая мера боли. :72..

    63

    Пристли. Викторианская тюрьма живет. :158..

    64

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    65
    66

    Миллер. Реформирование продуктов питания в постголодной Ирландии. : 74–78. Миллер. Еда, медицина и институциональная жизнь. :207–215..

    67

    Рагглз-Бриз Эвелин. Английская тюремная система. Лондон: Макмиллан и Ко.; 1921. с. 189. Обсуждение увеличения и потери веса в тюрьмах см. Дыхание Сиара. Медицинские работники, тела, колебания пола и веса в ирландских тюрьмах для осужденных, 1877–1895 гг. История болезни. 2014 г., январь; 58 (1): 67–86. [Бесплатная статья PMC: PMC3866701] [PubMed: 24331215].

    68

    Хобхаус, Броквей, английские тюрьмы сегодня. :126–130..

    69

    Тюрьма (Диета). Дебаты в Палате общин. 1944 г., 5 апреля; 398 столбцов 2008–2009 гг .; Наша тюремная система.Ланцет. 1945 г., 4 августа; 246: 145–146 .; Тюрьмы HM в годы войны: отчет за 1942–1944 гг. Британский медицинский журнал. 1947 8 марта; i:304–305..

    70

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. :94..

    71

    Тюрьмы, борстали и центры содержания под стражей (изменение диеты). Дебаты в Палате общин. 1959 г., 7 мая; 605 кол. 68–9.

    72

    Лестерская тюрьма. Дебаты в Палате общин. 1972 г., 6 ноября; 845 кол. 67–8.

    73

    Броквей Феннер. Внутри левых: тридцать лет тюрьмы для прессы и парламента. Лондон: Аллен и Анвин; 1942. с. 91..

    74
    75

    Испытание голодовкой 819-го дня: депутаты рассказали об испытании в британской тюрьме. Daily Mirror. 1974 30 января;:1..

    76

    Заключенный (искусственное вскармливание). Дебаты в Палате общин. 1974 г., 30 января; 868 столбцов 441–5.

    77

    Участник голодовки покидает армию: Медицинская база.Хранитель. 1960 14 апреля;:24..

    78

    Ковени Джон. Еда, мораль и смысл: удовольствие и тревога от еды. 2-е изд. Лондон: Рутледж; 2006 [2000] стр. 65–75..

    79

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    80

    Сим. Медицинская сила в тюрьмах. :71..

    81

    Кэтчпул Кордер. Письма заключенного: ради совести. Лондон: Джордж Аллен и Анвин; 1941.п. 48.с. 56.с. 75.с. 77.с. 93..

    82

    Совет тюремной медицинской реформы. Медицинская служба тюрьмы. :3–4.; Пристли. Викторианская тюрьма живет. :177.; Вайнер. Реконструкция преступника. :126..

    83

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    84

    Радзинович Леон, Худ Роджер. История английского уголовного права и его администрирования с 1750 года . Лондон: Стивенс; 1986. С. 628–629..

    85

    Хобхаус, Броквей, английские тюрьмы сегодня.: 231–245 .; Пристли. Викторианская тюрьма живет. :197..

    86

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    87
    88
    89

    Те, кто не сбежал. Хранитель. 1965 19 июля;:8..

    90

    Уисби прекращает одиннадцатидневную голодовку. раз. 1965 26 июля;:6..

    91

    Разбойники поменялись местами. Ежедневный экспресс. 1965 г., 17 июля;: 1..

    92

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    93

    Джени Джонс в протесте против тюрьмы. Хранитель. 1977 16 марта;:5..

    94

    Голодовка в тюрьме Кардиффа: семейные фотографии. Манчестер Гардиан. 1933 23 сентября;:11..

    95

    Голодовка в тюрьме. раз. 1969 15 ноября;:2..

    96

    Браун Элисон. Межвоенная преступность и уголовная политика в Англии: бунт заключенных в Дартмурской тюрьме, 1932 год.Бейзингсток: Пэлгрейв Макмиллан; 2013. .

    97

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    98
    99

    Протест против законов о самоубийстве: письмо человека в полицию. Манчестер Гардиан. 1938 13 декабря;:16..

    100

    Голодовщик освобожден. Хранитель. 1971 3 февраля;:1..

    101
    102

    Альфред Джордж Хайндс (Принудительное кормление).Дебаты в Палате общин. 1957 г., 4 июля; 572 цв. 1291.

    103

    Дело Хиндса: вызов тридцати полицейских для расследования. Манчестер Гардиан. 1957 6 июля;:1..

    104

    Бремя черного человека. Daily Mirror. 1976 19 мая;:3..

    105

    Это уведомление остается в силе, говорит Freed Race Rebel. Ежедневный экспресс. 1976 22 июня;:2..

    106

    Переместить в случае гонки. Хранитель. 1976 г., 26 мая;: 1..

    107

    Это «Снова в тюрьму за разбившего окна». Ежедневный экспресс. 1969 12 ноября;:7..

    108

    Доктора Мура не будут кормить насильно: обещание консультанта. Хранитель. 1962 15 мая;:3..

    109

    Когда доктору Бэбсу дадут еду. Daily Mirror. 1962 15 мая;:2..

    110

    Кинг Джозеф Ф. Основы полицейского юнионизма в Соединенном Королевстве: дело инспектора Джона Сайма.Исполнительный форум правоохранительных органов. 2011 март;:173–187..

    111

    Аллен ВЛ. Национальный союз полицейских и тюремных служащих. Обзор экономической истории. 1958 г., август; 11(1):133–143..

    112

    Кью, MEPO3/838, Отчет о деле Джона Сайма. 1920 28 мая;

    113

    Кью, MEPO3.838, Письмо генералу сэру Невилу Макреди от сэра Джона Роулендсона. 1919 14 июня;

    114

    Кью, MEP3/838, Письмо Джона Сайма Джерналу Хорвуду, комиссару полиции.1920 26 апреля;

    115

    Кью, MEPO3/838, Письмо Джорджа Вуда. 1920 19 мая;

    116

    Отчет о деле Джона Сайма. .

    117

    Беспроводное вещание. Дебаты в Палате общин. 1922 г., 4 августа; 157 кол. 1951–75.

    118

    Кью, MEPO2/10202, «Голодные забастовки» Сайма; Освобождение из тюрьмы в соответствии с Законом о кошках и мышах: Закон о заключенных (временное освобождение по болезни) 1913 г.1923 август;.

    119

    Кью, MEPO3/1844, Джон Сайм: перевод в приют для душевнобольных и психиатрическую больницу Эпсома. 1925 25 мая;

    120

    Бывший инспектор Сайм (вдова). Дебаты в Палате общин. 11 марта 1948 г., т. 1, с. 448 столбцов 1552–156.

    121

    Голодовка в тюрьме. Хранитель. 1969 22 июля;:1..

    122

    Посещение бана на голодовке. Хранитель. 1975 29 марта;:5..

    123

    Времена. 1972 19 декабря;:2..

    124

    Реестр уголовных заключенных, объявивших голодовку. .

    125

    Алстон Шарлотта. Толстой и его ученики: история международного движения. Лондон и Нью-Йорк: IB Tauris; 2014. с. 224..

    126

    Кью, HO144/20983, Меморандум. 1915 18 декабря;

    127

    Кью, HO144/20983, Стенограмма телефонного разговора с начальником тюрьмы Лидса.1915 18 декабря;

    128

    Кью, HO144/20983, Меморандум лорда Кортни. 1915 г. 28 декабря;

    129

    Кью, HO 144/20983, Письмо бригадному генералу Чайлдсу. 1916 г. 30 октября;

    130

    Кью, HO 144/20983, Письмо из тюрьмы Лидса в министерство внутренних дел. 1925 г. 9 июня;

    131

    Кью, HO 144/20983, Письмо Хью Эмерсона в министерство внутренних дел. 1930 5 июля;

    132

    Кью, HO 144/20983, Письмо Хью Эмерсона в министерство внутренних дел.1930 14 июля;

    Голодовка в калифорнийских тюрьмах требует справедливости | Sadhbh Walshe

    Вскоре после того, как в 2011 году тюремную систему Калифорнии потрясли две голодовки по всему штату, я начал переписываться с несколькими мужчинами, участвовавшими в протестах. В основном это были предполагаемые члены тюремной банды, которые были приговорены к неопределенным срокам заключения в калифорнийских блоках безопасного жилья, известных как SHU. Они проводят 22,5 часа каждый день в камерах без окон размером 7 на 11 футов.Если им повезет, оставшиеся 1,5 часа они проведут в одиночестве на пустынном прогулочном дворе с 15-футовыми бетонными стенами и крытым потолком, из-за которого они не могут мельком увидеть небо.

    Им не разрешены телефонные звонки, встречи с близкими и их единственное физическое взаимодействие с другими людьми, когда на них надевают наручники или обыскивают охранники. Они говорят, что худшая часть этого невыносимого существования заключается в том, что из-за бандитской политики Калифорнийского департамента исправительных учреждений и реабилитации (CDCR) после того, как заключенный отправлен в SHU, для него почти невозможно снова выбраться.Один из моих корреспондентов, Патрик, так объяснил мотивы голодовки:

    Я в СХУ 14 лет, в коротком коридоре сижу здесь с момента открытия. Я подтвержден (как член банды) и имею неопределенный срок SHU. У меня есть пожизненное заключение. Если политика банды не изменится, я умру в этом подразделении. Мне 41 год.

    Обе первые две голодовки закончились примерно через три недели, когда CDCR согласился внести некоторые изменения в политику, которая десятилетиями удерживает таких мужчин, как Патрик, в SHU.Однако два года спустя кажется, что значимых реформ не произошло, и поэтому 8 июля почти 30 000 заключенных по всему штату начали третью голодовку, которая может оказаться самой крупной и продолжительной в истории Калифорнии.

    Несмотря на серьезность ситуации и явное отчаяние заключенных, CDCR пока не проявляет особого желания уступать какие-либо позиции.

    В основе протеста лежит политика CDCR, заключающаяся в изъятии проверенных членов банды и сообщников из основных тюремных контингентов и выдаче им билета в один конец в SHU.Эта политика была основана на попытке обуздать контроль банд над тюремными дворами и защитить других заключенных от насилия.

    Однако внешний обзор процесса проверки не проводится, и многие заключенные и их законные представители утверждают, что они были ложно подтверждены на основании надуманных доказательств, таких как наличие не той книги, не той татуировки или просто приветствие известный член банды. Бывший заместитель секретаря CDCR Скотт Кернан (ушедший на пенсию после первых двух голодовок) признал в интервью, что департамент виновен в «чрезмерной проверке» заключенных и что их политика SHU «зашла слишком далеко». .Тем не менее, как только проверенный заключенный попадает в SHU, его единственный выход — стать информатором штата, или, говоря тюремным языком, доносить на других заключенных.

    Это не вариант для заключенных SHU, у которых нет ценной информации, которую они могли бы предложить властям в обмен на свое освобождение. Это также не вариант для большинства членов банды, у которых есть ценная информация, потому что становление осведомителем почти наверняка поставит их жизнь и жизнь невинных членов семьи в серьезную опасность.Таким образом, заключенные SHU, которые, возможно, давно отказались от какой-либо принадлежности к банде и просто хотят отсидеть свой срок, сталкиваются с невозможным выбором: допросить и рисковать смертью, не допрашивать и остаться похороненным заживо.

    Я поднял эту «Уловку-22» вместе с надзирателем Пеликан-Бэй Грегом Льюисом, когда в прошлом году посещал печально известную тюрьму. Льюис признал опасности, связанные с подведением итогов, но сказал: «Мужчины, которые решают подвести итоги, склонны осознавать, что они подвергают риску свои семьи, в первую очередь присоединяясь к банде».Справедливое замечание, я полагаю, но вряд ли конструктивное. Льюис также подчеркнул, что подведение итогов является жизненно важным компонентом общей стратегии тюремного управления бандами и останется таковым, независимо от этого риска.

    После первой серии голодовок CDCR все же пошел на некоторые уступки заключенным, пообещав использовать новые критерии для помещения заключенных в SHU и внедрить программу понижения, которая даст заключенным возможность выйти из изоляции это не обязательно включало подведение итогов.С тех пор, как эти изменения были внесены, официальные лица воррекций говорят, что они рассмотрели около 400 дел, и около половины из них были возвращены населению в целом. Это приятная новость для тех немногих счастливчиков, но она не повлияла на подавляющее большинство заключенных SHU, отбывающих длительный срок.

    По словам Алексиса Агафоклеуса из Центра конституционной реформы, который подал федеральный иск от имени заключенных Пеликан-Бей, «ни один из наших клиентов не почувствовал каких-либо изменений в своем положении».Еще более тревожным является факт, недавно отмеченный Шейном Бауэром в Los Angeles Times, что за последний год, несмотря на реформы (или, возможно, из-за них), общая численность SHU фактически увеличилась на 15% до 4257 человек по всему штату.

    Мало что изменилось для мужчин, которые остаются в ловушке того, что они называют живыми могилами, и поэтому они снова прибегают к единственному доступному им средству протеста. По состоянию на понедельник, восьмой день голодовки номер три, тысячи заключенных все еще отказывались от еды.Один из организаторов забастовки, Тодд Ашкер, который с 1990 года был заперт в камере в пеликан-бейской больнице, заявил в самом начале, что «на этот раз наша основная группа намерена довести это до смерти, если это будет необходимо». «.

    Еще неизвестно, допустит ли CDCR это, но похоже, что если они не предпримут значимых изменений в своей долгосрочной политике изоляции, все может стать ужасно.

    Как 4 заключенных объявили голодовку по всему штату из одиночной камеры: NPR

    Голодовка 8 июля была не первой калифорнийской государственной тюрьмой Пеликан-Бей.В 2011 году заключенные тюремного изолятора также протестовали против условий содержания. Рич Педрончелли/AP скрыть заголовок

    переключить заголовок Рич Педрончелли/AP

    Голодовка 8 июля была не первой голодовкой в ​​калифорнийской государственной тюрьме Пеликан-Бей.В 2011 году заключенные тюремного изолятора также протестовали против условий содержания.

    Рич Педрончелли/AP

    Прошлым летом четыре предполагаемых лидера соперничающих тюремных банд объединились, чтобы скоординировать голодовку в государственной тюрьме Пеликан-Бей в Калифорнии. Они протестовали против длительного, бессрочного заключения в одиночной камере.

    Все мужчины были в одиночке, когда начали забастовку. Один из них, Тодд Эшкер, находится в одиночной камере более 20 лет.В первый день забастовки 30 000 заключенных пенитенциарной системы штата отказались от еды. История о том, как четыре заключенных координировали голодовку, и более крупный вопрос о том, как одиночное заключение стало более долгосрочным и широко используемым наказанием за последние три десятилетия, являются предметом статьи в New York Magazine под названием «Сюжет из одиночки» Бенджамина Уоллеса-Уэллса.

    Пеликан Бэй — тюрьма строгого режима, открытая в 1989 году.В его блоке безопасного содержания, известном под аббревиатурой SHU, насчитывается более 1000 изоляторов. Уоллес-Уэллс рассказывает Терри Гроссу из Fresh Air , как лидерам забастовки удалось организовать такое массовое движение из одиночной камеры.

    Гросс также беседует с Крейгом Хейни, профессором психологии Калифорнийского университета в Санта-Круз, о психологическом воздействии одиночного заключения, которое он изучает более 30 лет.

    Основные моменты интервью

    О том, как предполагаемые лидеры четырех соперничающих тюремных банд оказались в одной капсуле одиночного заключения ШУ; они перераспределили заключенных по разным местам в блоке охраны.Они думали, что банды нашли способы работать даже в этих крайне изолированных условиях. Лидеры банд оказались рядом с лейтенантами банд, и они хотели разбить это.

    То, что они сделали, по сути, это то, что они взяли всех людей, которых они считали самыми влиятельными, которых они больше всего боялись, и поместили их всех вместе в одну маленькую часть ШУ — она называется Короткий коридор. Теория заключалась в том, что вы должны были отделить парней, за которыми очень тщательно следили…из ребят, привыкших делать их ставки, тем более младших игроков. Одна вещь, которую это действительно сделало, заключалась в том, что все самые высокопоставленные и самые влиятельные люди в тюремной системе оказались в физической близости друг к другу…

    Каждая камера в одиночной камере является частью группы из восьми камер, и хотя заключенные не видят друг друга, они могут кричать людям в этих семи других камерах. Кроме того, заключенные изобретательны, и они придумали, как кричать через слив туалета в своей камере на людей в других камерах и близлежащих частях тюрьмы.Они выяснили, как работают эти дренажные сети.

    О том, сколько времени потребовалось лидерам забастовки, чтобы собраться вместе

    Уоллес-Уэллс: Думаю, это заняло много времени. У этих четырех человек, возглавивших голодовку, — у Тодда Ашкера, [предположительно] из Арийского Братства, была первоначальная идея; Ситава Джамаа, предположительно из семьи черных партизан; и Артуро Кастельянос, предположительно высокопоставленный лидер мексиканской мафии; и Антонио Гильен, якобы один из трех «генералов» Nuestra Familia — они были собраны в одном и том же пространстве много лет назад, в 2006 году, и им потребовалось пять лет, чтобы собраться вместе.

    Это был долгий процесс. Поначалу они очень настороженно относились друг к другу, но каждый по-своему политичен, и, в частности, Ашкер и Ситава Джамаа годами читали революционные тексты. По-своему, каждый из них пришел к выводу, что их борьба связана с самой системой, а не друг с другом.

    Они все примерно одного возраста. Сейчас им за 40 и за 50, и они провели кучу времени в стае, и им нечего было делать, кроме как болтать.Так что они скажут, что они впервые собрались вместе, у них впервые возникла некоторая близость, не из-за разговоров о жестоком обращении, от которого, по их мнению, они страдали, и не из-за разговоров о бандитской политике, а из-за разговоров о своих семьях. В конце концов, катализатором этого был Ашкер и другой белый заключенный в капсуле … стал своего рода революционным книжным клубом, и они говорили об этих книгах, крича через капсулу. Воздействие для Ашкера заключалось в том, чтобы как бы подчеркнуть, что они были членами класса заключенных, что расовые различия между ними были искусственными и были натренированы охранниками.

    Об условиях одиночного заключения

    Хейни: На эти мрачные места приятно смотреть и находиться в них, особенно после того, как кто-то прожил в них долгое время. Камера представляет собой койку, где вы будете спать, туалет, раковину, в них может быть или не быть небольшой столик или небольшой бетонный стол. В этих подразделениях заключенные хранят свое имущество.

    Это по сути становится маргиналами их существования, потому что одиночное заключение означает, что ты живешь в этой среде, по сути, круглосуточно.В большинстве таких блоков вы выходите из своей камеры не более чем на час или два в день, поэтому остальные 23 или 22 часа в сутки вы проживаете в этой камере. Это означает, что вы едите в своей камере, вы испражняетесь в своей камере, вы спите в своей камере — все аспекты вашей жизни происходят в этом маленьком пространстве. Он начинает поглощать износ чьего-то круглосуточного существования, под которым я подразумеваю, что места начинают выглядеть, ощущаться и пахнуть по-другому в результате того, что кому-то приходится жить там все время и никогда не иметь возможности покинуть это место на любой значительный период времени.

    Страшно, когда дверь за тобой закрывается, ты оглядываешься вокруг своей камеры и понимаешь, что ты будешь там, и ты будешь там изо дня в день…

    Крейг Хейни

    Об общих психологических реакциях на одиночество

    Хейни: Через некоторое время реальность ситуации, в которой они находятся, устанавливается, и степень изоляции и степень лишения, расстояние от других людей На них начинает записываться существа…

    Заключенные часто [сообщают] о беспокойстве. Иногда это тревога, которую они испытывают или чувствуют немедленно — есть термин «паника изоляции». Страшно, когда за тобой закрывается дверь, ты оглядываешься вокруг своей камеры и понимаешь, что ты будешь там, и ты будешь там изо дня в день без каких-либо других занятий, которыми ты можешь заниматься, с немногими, если вообще есть, возможностями вырваться из этой среды. Некоторых заключенных одолевают полномасштабные реакции тревоги, и они впадают в панику перед лицом этого.

    Гнев — еще одна распространенная реакция. Заключенные расстраиваются из-за вещей. У заключенных мало выходов, очень мало возможностей не только выпустить пар, но и снять стресс, в котором они находятся. Поэтому они будут сообщать, что эти чувства начинают накапливаться в них, и иногда это разочарование, раздражение выливается в взрывную вспышку, не обязательно против кого-то еще, не обязательно против персонала, иногда против самих себя. Иногда они ловят себя на том, что стучат в дверь, бьются о стену или бьются головой обо что-то, просто чтобы снять напряжение, давление или стресс.

    .

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.