Гастрит с атрофией слизистой: симптомы, лечение гастрита с признаками атрофии в Ижевске

Содержание

симптомы, лечение гастрита с признаками атрофии в Ижевске

Содержание:

Определение

Атрофический гастрит — хроническая болезнь, при которой истончается слизистая оболочка желудка, наблюдается атрофия желез, синтезирующих пепсиноген (фермент, участвующий в пищеварении) и уменьшение количества париетальных клеток желудка, занимающихся выработкой соляной кислоты.

Точные причины заболевания пока не установлены. Но доказано, что повышается риск развития патологических процессов при употреблении острых блюд, инфекциях, аутоиммунных поражениях, отравлении парами химических веществ, длительном неконтролируемом приеме лекарств, злоупотреблении алкоголем. Чаще диагностируется у мужчин, чем у женщин.

Симптомы атрофического гастрита

Характерный признак гастрита с признаками атрофии — отсутствие острых болей. Болевые ощущения обычно слабо выражены либо совсем не заметны.

Необходимо обратиться к специалисту, если вы обнаружили следующие признаки:

  • тяжесть в желудке после еды;
  • урчание в животе;
  • усиленное газообразование;
  • отрыжка, сопровождающаяся запахом тухлых яиц;
  • рвота и тошнота;
  • изжога;
  • чередование запора и поноса;
  • чрезмерная потливость;
  • быстрая утомляемость;
  • общая слабость.

Со временем развиваются железодефицитная анемия и авитаминоз, при котором отсутствуют необходимые организму витамины. Из-за дефицита витамина А ухудшается зрение, вследствие нехватки железа и витамина В12 начинают выпадать волосы, становятся хрупкими ногти, учащается сердцебиение, появляется одышка. Нехватка аскорбиновой кислоты приводит к воспалению и кровоточивости десен. Постепенно воспалительный процесс переходит на другие органы пищеварительной системы.

Прогноз для жизни при атрофическом гастрите зависит от возраста пациента и запущенности болезни. У людей старше 50 лет, а также у тех, кто не спешит лечить патологию, повышается риск образования злокачественных опухолей.

Диагностирование

Сначала гастроэнтеролог выслушивает жалобы пациента, изучает анамнез болезни, проводит пальпацию.

При необходимости врач может направить на диагностику (методы выбирают индивидуально):

  • измерение рН, чтобы оценить секреторную деятельность париетальных клеток;
  • изучение активности желудочных ферментов;
  • гастрографию для исследования моторной функции желудка;
  • эндоскопию — позволяет осмотреть слизистую оболочку;
  • фиброгастродуоденоскопию — показывает истончение слизистой оболочки;
  • ультразвуковое исследование — выявляет сглаживание складок желудка;
  • бактериальный анализ, чтобы определить наличие бактерии Хеликобактер пилори;
  • биопсию с последующим гистологическим анализом.

Лечение атрофического гастрита

Прежде всего, необходимо нормализовать питание, чтобы предотвратить травмирование слизистой желудка. Врач индивидуально подбирает диету для каждого пациента. Медикаментозное лечение атрофического гастрита зависит от симптомов и причины болезни. Также гастроэнтеролог учитывает состояние секреторной функции, распространенность патологического процесса, наличие сопутствующих заболеваний, возраст и общее состояние больного.

Преимущества лечения в клинике Елены Малышевой

Гастроэнтерологи медицинского центра Елены Малышевой обладают высшими квалифицированными категориями и многолетним стажем (более 10 лет). Они постоянно повышают свою квалификацию, изучают инновационные технологии и активно внедряют их в свою практику. Современное оборудование позволяет диагностировать патологические изменения на самых ранних стадиях, что способствует успешному лечению.

Запись к гастроэнтерологу клиники Елены Малышевой в Ижевске возможна по телефону (3412) 52-50-50 или через онлайн-форму.

Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы

Авторы: О.Я. Бабак, д.м.н., профессор, директор Института терапии им. Л.Т. Малой АМН Украины, г. Харьков

Под атрофическим гастритом понимают прогрессирующий воспалительный процесс слизистой оболочки желудка, характеризующийся утратой желудочных желез. Клинико-морфологической особенностью атрофического гастрита являются уменьшение числа специализированных гландулоцитов, обеспечивающих секреторную функцию желудка, и замещение их клетками более простыми, в том числе вырабатывающими слизь. Обширная атрофия слизистой оболочки тела желудка, как правило, ассоциируется с гипосекрецией соляной кислоты и нарушением выработки пепсиногена.

Что сегодня известно об атрофическом гастрите?
Наиболее частыми этиологическими факторами, вызывающими атрофический гастрит, признаны инфекция Helicobacter pylori (Н. pylori) и аутоиммунный гастрит. Причем, с Н. pylori связывают возникновение подавляющего большинства атрофических гастритов.
Бактерии Н. рylori, персистируя на желудочном эпителии, вызывают хронический хеликобактерный поверхностный гастрит. Длительно существующий поверхностный хеликобактерный гастрит без соответствующего лечения трансформируется в атрофический.

Атрофический гастрит клинически, как правило, в течение длительного времени ничем себя не проявляет, поэтому диагноз хронического гастрита, скорее, морфологический, нежели клинический. Основным методом диагностики атрофического гастрита является эндоскопическое исследование. При эндоскопии производят осмотр пищевода, желудка, двенадцатиперстной кишки. При выраженной атрофии слизистая оболочка желудка имеет характерные отличия в сравнении с таковой при, например, поверхностном гастрите.
Окончательный диагноз позволяет установить морфологический анализ биоптатов слизистой оболочки желудка, взятых во время эндоскопии. Морфологически атрофия определяется уменьшением числа функционирующих специализированных клеток желудка. Доказано, что при Н. pylori-ассоциированном гастрите процессы атрофии чаще возникают при инфицировании определенными штаммами (Cag A+ и Vac A+) Н. pylori. Одним из морфологических признаков атрофического гастрита является кишечная метаплазия, которая традиционно рассматривалась как предраковое изменение слизистой оболочки желудка.
Другие методы исследования – рентгенография желудка, ультразвуковое исследование брюшной полости и компьютерная томография – в плане диагностики атрофического гастрита неинформативны.

Чего нужно опасаться при атрофическом гастрите? Каков прогноз болезни?
Гипотетически наличие атрофического гастрита при естественном течении может иметь два сценария. Первый – длительно существующий хронический гастрит приводит к значительному уменьшению кислотообразующей функции желудка, требующему заместительной терапии, без которой будут наблюдаться признаки нарушения пищеварительной функции. Второй вариант – в результате длительного хронического персистирующего воспаления в слизистой оболочке желудка, характерного для Н. pylori-ассоциированного гастрита, происходит нарушение клеточного обновления в желудке, что способствует появлению клеток-мишеней для влияния на них канцерогенных веществ, в дальнейшем – к клеточным мутациям. В результате нормальный клеточный эпителий желудка замещается метапластическим, диспластическим и неопластическим.

По определению ВОЗ, под дисплазией понимают такие клеточные изменения, при которых часть эпителия замещена клетками с различной степенью атипии. В международной классификации эпителиальных неоплазий пищеварительного тракта (2000) дисплазия – это неоплазия, другими словами – опухоль.
Итак, атрофический гастрит может трансформироваться в рак желудка. Наибольшую опасность в плане развития рака представляет атрофический гастрит с пониженной кислотообразующей функцией желудка (частота возникновения рака – до 13%). Среди известных в настоящее время молекулярных механизмов, лежащих в основе наследственной предрасположенности к раку желудка, выделены: индукция экспрессии TGF-β1, частичный полиморфизм кластера гена IL-1 (IL-1β).
В результате развития атрофии слизистой оболочки желудка снижается ее противоопухолевая защита, создаются условия для активного воздействия канцерогенов. При возникновении тяжелой атрофии эпителия тела желудка риск развития рака желудка повышается в 5 раз в сравнении с таковым при неатрофическом гастрите.
Бактерии Н. pylori относят к биологическим канцерогенам в отношении рака желудка. Большинство исследователей считают, что Н. pylori – это основной этиологический фактор развития хронического гастрита, который является обязательным звеном в каскаде процессов, приводящих к раку желудка. На основании анализа результатов многоцентровых исследований Международное агенство по изучению рака при ВОЗ еще в 1994 году рекомендовало считать инфекцию Н. pylori абсолютным канцерогеном для человека.
В настоящее время рак желудка рассматривается как конечный результат длительного многоступенчатого и многофакторного процесса, в котором клеточные изменения слизистой оболочки желудка обусловлены нарушениями микроокружения. Этот процесс называют именем описавшего его автора – каскадом Корреа (1995). Он включает хронический гастрит, кишечную метаплазию, дисплазию и рак. Н. рylori-ассоциированный желудочный канцерогенез – многоэтапный процесс, характеризующийся развитием хронического гастрита – первой ступени в эволюционном каскаде. Последующие изменения приводят к формированию атрофии, тонкокишечной (I и II типы) и толстокишечной (III тип) метаплазий и дисплазии желудочного эпителия, в итоге – к аденокарциноме желудка. Именно атрофический гастрит занимает срединное положение в цепи вышеперечисленных изменений на пути к раку желудка.

Как избежать трансформации атрофического гастрита в рак желудка?
Ответ на данный вопрос состоит из равных по значимости частей: как можно раннее выявление предраковых изменений, их адекватное лечение и предупреждение (профилактика) проявления последних.

При наблюдении больных хроническим гастритом важно уловить тот момент, когда возникает и начинает прогрессировать атрофия слизистой оболочки желудка, причем желательно это проводить простым информативным и неинвазивным способом.

Своевременное выявление атрофии слизистой оболочки желудка – первый диагностический этап выявления риска по раку желудка.

Многочисленные исследования последних лет показали, что очаги полной и неполной кишечной метаплазии слизистой оболочки желудка нельзя расценивать в качестве достоверного маркера повышенного риска развития рака желудка. Исследования свидетельствуют, что значительно важнее оценка не типа метаплазии, а ее объема. Так, при большом объеме метаплазии, превышающем 20% поверхности желудочного эпителия, создаются реальные условия для развития дисплазии с последующим образованием аденокарциномы желудка. Следовательно, риск развития рака желудка повышается при тяжелой атрофии желудочного эпителия, характеризующейся обширными очагами кишечной метаплазии.

Как же на практике определить площадь такого поражения? Следует помнить, что данные изменения происходят на клеточном уровне, и при обычной эндоскопии их распознать невозможно. Доступным и эффективным способом диагностики метапластических изменений в слизистой оболочке желудка является метод хромогастроскопии – прижизненная окраска слизистой желудка красителем (чаще метиленовым синим), проводимая во время эндоскопического исследования. Данная методика основана на поглощении красителя очагами кишечной метаплазии, что позволяет оценить их размеры, выполнить прицельную биопсию для гистологического анализа биоптата слизистой и выявить возможную дисплазию или метаплазию.
Вместе с тем морфологическая диагностика атрофического гастрита сопряжена с рядом трудностей. Сложность постановки диагноза атрофии морфологическим методом обусловлена тем, что на ранних стадиях процесс никогда не бывает диффузным, следовательно, результаты гастробиопсии могут способствовать гипер- и гиподиагностике. При воспалении может изменяться микроскопическая картина и неадекватно оцениваться проявления атрофического гастрита из-за ложного вывода о потере желез. Высока и субъективность методики. Все это заставляет искать другие надежные пути тестирования атрофических изменений слизистой оболочки желудка.
Разработан ряд малоинвазивных гематологических тестов (тестовая панель Biohit), позволяющих избежать ошибок диагностики, дать совокупную оценку состояния слизистой оболочки желудка, степени ее атрофии и потери нормальных желез и клеток в антральном отделе и теле желудка.
Во время проведения эндоскопического исследования обязательно должна проводиться детекция на наличие Н. pylori. При этом наиболее целесообразным следует признать уреазный или гистологический методы (из гастробиоптатов) исследования.
Определение уровня сывороточного пепсиногена (S-PGІ) или соотношения содержания пепсиногена I к пепсиногену II (PGI/PGII) – неэндоскопический метод диагностики атрофического гастрита с поражением тела желудка. С увеличением степени атрофии слизистой оболочки тела желудка (потеря нормальных кислотообразующих желез) уровни S-PGI и PGI/PGII постепенно снижаются. Определение уровня гастрина в сыворотке крови, преимущественно гастрита-17 (S-G-17), может быть использовано в качестве индикатора морфологического состояния слизистой оболочки антрального отдела желудка. То есть снижение S-G-17 является биохимическим маркером атрофического гастрита с поражением антрального отдела желудка (потеря антральных G-клеток).
Снижение уровней S-G-17 и S-PGI можно рассматривать как результат прогрессирующего атрофического гастрита с потерей нормальных желез и клеток слизитой оболочки тела и антрального отдела желудка. G-17 практически полностью синтезируются и секретируются G-клетками антрального отдела желудка. Эти клетки являются компонентами нормальных антральных желез, в случае прогрессирования атрофического гастрита их количество уменьшается на фоне поражения антральных желез и появления кишечной метаплазии. При Н. pylori-ассоциированном гастрите имеется тенденция к возрастанию серологических уровней G-17 и PGI. Низкая внутрижелудочная кислотность способствует увеличению серологического уровня G-17, и наоборот.
Перманентная длительная гипо- или ахлоргидрия приводят к чрезвычайно высоким уровням G-17 в крови. Особенно часто это наблюдается при пониженной кислотности (атрофический гастрит с поражением тела желудка) в сочетании с сохраненной слизистой оболочкой антрального отдела. Такая клиническая картина наиболее характерна для аутоиммунного атрофического гастрита. Если в антральном отделе имеются сопутствующие признаки атрофии слизистой оболочки (мультифокальный атрофический гастрит), тогда содержание S-G-17 не возрастает, и тестовая панель показывает низкие значения уровней S-PGI и S-G-17.
Совокупная точность тестовой панели в диагностике атрофического гастрита – около 80% (при сопоставлении с результатами эндоскопии и биопсии). Данная тестовая панель является малоинвазивной альтернативой первоначального обследования пациентов с подозрением на желудочную атрофию и дисплазию. Она позволяет надежно выявлять пациентов с различными формами гастрита, определять локализацию и этиологию патологического процесса, оценивать вероятность развития рака желудка и выстраивать дальнейшую тактику ведения больного.
Учитывая связь возникновения атрофии желудочного эпителия и кишечной метаплазии с инфекцией Н. pylori, становится очевидным выбор метода лечения и профилактики дальнейшего прогрессирования процесса. Методом выбора является антихеликобактерная терапия.
В 2002 году японские исследователи убедительно доказали возможность регрессии метапластических изменений слизистой оболочки желудка после успешного уничтожения бактерий Н. pylori. С помощью хромоскопии им удалось установить, что в течение пяти лет после проведения успешной антихеликобактерной терапии размеры очагов кишечной метаплазии уменьшились почти в 2 раза в сравнении с исходными. В последующих исследованиях подтвердилась целесообразность такого терапевтического подхода.
В настоящее время не вызывает сомнений необходимость проведения антихеликобактерной терапии пациентам с атрофическим гастритом. Предварительные данные нескольких многоцентровых исследований по мониторингу Н. pylori-ассоциированного предрака и рака желудка свидетельствуют в пользу реверсии воспаления слизистой оболочки желудка и связанных с ней атрофии, кишечной метаплазии и генетической нестабильности. В связи с этим в идеале пациентам с Н. pylori-позитивным хроническим атрофическим гастритом необходимо проводить эрадикационную терапию, а при отсутствии эффекта – исследование с целью выявления маркеров генетической нестабильности и тщательный мониторинг.
Данная рекомендация нашла отражение в международных рекомендациях по диагностике и лечению заболеваний, ассоциированных с Н. pylori – Маастрихтском консенсусе 3 (2005). Для уничтожения бактерий Н. pylori, как и в Маастрихтском консенсусе 2 (2000), рекомендованы трех- и четырехкомпонентные схемы антибактериальных препаратов в сочетании с ингибиторами протонной помпы (ИПП) в стандартных дозах: ИПП + кларитромицин + амоксициллин и ИПП + тетрациклин + метронидазол (фуразолидон) + коллоидный висмут.
Вместе с тем следует помнить, что полное восстановление структуры слизистой оболочки при тяжелой атрофии до нормы требует длительного времени, и в ряде случаев, по всей видимости, это не возможно. В случаях, когда предопухолевые процессы не подвергаются обратному развитию либо прогрессируют, необходимо применять более радикальные методы лечения, используя арсенал современных эндоскопических операций, вплоть до резекции слизистой оболочки желудка.
Главная цель первичной профилактики атрофического гастрита – своевременное и эффективное лечение поверхностного хеликобактерного гастрита. Для этого используют стандартные схемы антихеликобактерной терапии, в соответствии с рекомендациями Маастрихтских консенсусов 2 (2000) и 3 (2005). Важным моментом является последующий контроль за успешностью этой терапии. Контроль необходимо проводить с использованием неинвазивных методов (дыхательного уреазного или стул-теста). При неудачной эрадикации проводить повторные курсы лечения.
Кроме того, доказано, что, придерживаясь здорового режима питания, можно снизить онкологический риск (прогрессирование атрофии), что подтверждено в исследованиях, проведенных в ряде стран. Рекомендуется избегать употребления консервированных, маринованных и копченых продуктов, отказаться от курения и употребления крепких спиртных напитков (особенно в сочетании с жирной, жареной, копченой и соленой пищей), исключить переедание. Необходимо контролировать массу тела, выполнять активные физические нагрузки, употреблять больше свежих овощей (в том числе лук и чеснок), фруктов и натуральных соков, витаминов А, С, b-каротина, зелени, круп грубого помола, молочных продуктов. В некоторых развитых странах Европы и США внедрение здорового образа жизни привело к снижению заболеваемости раком желудка в несколько раз, сегодня это заболевание в этих странах считается редким, составляя лишь 3% среди злокачественных новообразований.
Мониторирование – постоянное наблюдение с периодическим повторным обследованием – абсолютно обязательно для пациентов с атрофическим гастритом
Итак, в настоящее время очевидна необходимость особого внимания к атрофическому гастриту. Комплексное применение современных методов исследования – эндоскопического, морфологического, гематологического (тестовой панели) и других – способствует его точной диагностике.
Использование эффективных методов лечения и профилактики атрофического гастрита, устранение условий, которые способствуют его развитию, представляют сегодня реальную возможность улучшить прогноз этого заболевания, устранить риск развития рака желудка.

Литература
1. Е.Г. Бурдина, Е.М. Майорова, Е.В. Григорьева, И.И.Тимофеева, О.Н. Минушкин // Гастрин-17 и пепсиноген І в оценке состояния слизистой оболочки желудка // Российский медицинский журнал, 2006, №2, с. 9-11.
2. Х. Ваананен, М. Ваухконен, Т. Хэлске, И. Каариянен, М. Расмуссен, Х. Тунтури-Хихнала, Дж. Коскенпато, М. Сотка, М. Турунен, Р. Сандстрем, М.Ристиканкаре, А. Юссила, П. Сиппонен // Неэндоскопическая диагностика атрофического гастрита на основании анализа крови: корреляция между результатами гистологического исследования желудка и уровнями гастрина-17 и пепсиногена І в сыворотке // Клинические перспективы гастроэнтерологии, гепатологии, 2003, № 4, с. 26-32.
3. В.Д. Пасечников, С.З. Чуков, С.М. Котелевец / Профилактика рака желудка на основе эрадикационной терапии предопухолевых заболеваний // Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии, 2003, № 4, с. 11-19.
4. А.А. Шептулин, В.А. Киприанис / Диагностика и лечение инфекции Helicobacter pylori: основные положения согласительного совещания «Маастрихт – 3» // Российский журнал гастроэнтерологии гепатологии колопроктологии, 2006, № 2, с. 88-91.
5. Kim N., Lim S. H., Lee K.H. et al. Long-term effects of Helicobacter pylori eradication on intestinal metaplasia in patients with duodenal and behign gastric ulcers Dig. Dis. Sci. – 2000. – Vol. 45. – 1754-1762.
6. Malfertheiner P., Megraud F., O’Morain C. еt al. Current concepts in the management of Helicobacter pylori infection – The Maastricht 2 Concensus Report // Aliment. Pharmacol. Ther. – 2002. – Vol. 16. – P. 167-180.

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ

Пепсиноген II

Общая информация об исследовании

Пепсиноген – неактивный предшественник фермента пепсина. Доказано, что концентрация пепсиногена в крови отражает функциональные и морфологические изменения слизистой оболочки желудка, такие как воспаление, атрофия, мета- и неоплазия. Пепсиноген существует в двух вариантах – пепсиноген I и II. Секреция пепсиногена I осуществляется только в клетках желез тела желудка, пепсиноген II секретируется в клетках желез тела, кардиального и пилорического отделов желудка, а также в бруннеровых железах двенадцатиперстной кишки. В норме в крови присутствует небольшое количество пепсиногена I и II.

Концентрация пепсиногена II повышена при всех заболеваниях, связанных с инфекцией Hpylori. Эта бактерия – единственный известный микроорганизм, способный заселять слизистую оболочку желудка. Н. pylori занимает только эпителий желудочного типа, поэтому не может колонизировать нормальный эпителий двенадцатиперстной кишки и пищевода. Около 50  % населения всей Земли инфицировано Н. pylori (для сравнения: микобактерией туберкулеза инфицировано около трети населения планеты, а вирусом простого герпеса 1-го типа – почти 90  %)При этом у подавляющего числа инфицированных состояние расценивается как хроническое носительство, и только в 15-20  % случаев возникает серьезное заболевание. Факторы, увеличивающие вероятность развития заболевания: инфицирование вирулентными штаммами Н. pyloriгенетически обусловленные особенности иммунитета, курение. Как правило, Н. pylori инфицируются в детстве, инфицирование не сопровождается какими-либо симптомами и остается незамеченным. Без лечения Н. pylori сохраняется на всю оставшуюся жизньВ редких случаях первичного инфицирования Н. pylori во взрослом возрасте развивается тяжелый атрофический гастрит, сопровождающийся дискомфортом в эпигастральной области и тошнотой.

Повреждающее действие Н. pylori осуществляется на поверхности слизистой желудка – бактерия проникает сквозь слой слизи и прикрепляется к эпителию (но не попадает при этом внутрь клеток). Н. pylori обладает множеством факторов болезнетворности, основные из которых: уреаза, цитотоксин-ассоциированые гены (в особенности cagA), цитотоксин VacA и адгезин BabA. Они поддерживают длительное воспаление слизистой оболочки желудка, что проявляется как Hpylori-ассоциированный гастрит. В зависимости от степени выраженности воспалительной реакции различают Hpylori-ассоциированный гастрит с преимущественным поражением антрального отдела желудка, с поражением тела желудка или пангастрит. Почему у одних людей гастрит развивается в основном в антральном отделе при относительной сохранности слизистой оболочки тела желудка и наоборот, остается не до конца ясным. Доказано, что различные части слизистой оболочки желудка характеризуются разной степенью устойчивости к Hpylori. Секрет желез тела желудка обладает более низкими значениями pH, и поэтому слизистая тела желудка устойчивее к HpyloriНапротив, более высокие значения pH в антральном отделе не обеспечивают защиту от микроорганизма. Возможно, поэтому Hpylori обычно поражает антральный отдел желудка и антральный гастрит встречается чаще. Локализация и степень выраженности процесса влияет на течение заболевания.

При антральном Hpylori-ассоциированном гастрите нарушается нормальный ритм секреции гастрина и возникает гипергастринемия. Она приводит к повышению активности главных и обкладочных клеток желудка, что сопровождается усилением секреции пепсиногена I и II и соляной кислоты. В норме синтез гастрина провоцируется приемом пищи, а избыток пепсиногена I, II и соляной кислоты расходуется в процессе переваривания белков. При Н. pyloriассоциированном антральном гастрите уровень гастрина повышен постоянно и не связан с приемом пищи. Поэтому для такого гастрита характерно стойкое повышение концентрации пепсиногена II, которое может быть использовано в диагностике этого заболевания. Избыток соляной кислоты (гиперацидный гастрит) повреждает слизистую оболочку желудка. Гиперацидный гастрит проявляется дискомфортом в эпигастральной области через 1,5-2 часа после приема пищи и натощак, изжогой, ночным кашлем.

Под воздействием хронического избытка соляной кислоты на фоне длительной гипергастринемии эпителий двенадцатиперстной кишки подвергается желудочной метаплазии. Несмотря на то что H. pylori не способна колонизировать нормальную слизистую оболочку двенадцатиперстной кишки, она может заселять метаплазированный эпителий. Хроническая инфекция H. pylori в двенадцатиперстной кишке и гиперацидное состояние приводит к язве двенадцатиперстной кишки. Следует отметить, что антральный гастрит и язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки являются последовательными этапами одного процесса, запущенного Н. pyloriЯзвенная болезнь двенадцатиперстной кишки встречается чаще, чем язвенная болезнь желудка, и характеризуется некоторыми особенностями. Чаще язва локализуется на передней стенке луковицы двенадцатиперстной кишки, сопровождается «голодными» и ночными болями, а также другими симптомами гиперацидного состояния (изжогой, диареей, мальабсорбцией). Язвы двенадцатиперстной кишки не становятся злокачественными. В 80-95  % случаев появление язвы связано с инфекцией Hpylori.

У меньшей части пациентов развивается Hpylori-ассоциированный гастрит с преимущественным поражением тела желудка. Воспалительная реакция сопровождается угнетением и постепенной потерей главных и обкладочных клеток слизистой оболочки, что проявляется атрофическим гастритом. Атрофия слизистой тела желудка сопровождается снижением концентрации пепсиногена I и соляной кислоты. В отсутствие отрицательной обратной связи со стороны соляной кислоты гастрин вырабатывается в больших количествах. В отличие от Н. pyloriассоциированного антрального гастрита, гипергастринемия при атрофическом гастрите является не причиной болезни, а ответом на нее. Избыток гастрина стимулирует выработку пепсиногена II клетками кардиального и пилорического отделов желудка, поэтому его концентрация, в отличие от пепсиногена I, не снижается, а, наоборот, нарастает в результате гипергастринемии. Изменения концентраций пепсиногена I и II являются диагностическим маркером атрофического гастрита.

Также для раннего выявления такого гастрита и его осложнений используют индекс PGI/PGII – соотношение концентраций пепсиногена I и II, он снижен при атрофическом гастрите тела желудка и пангастрите, причем степень снижения пропорциональна тяжести процесса. Измерение концентраций пепсиногенов I и II и расчет индекса PGI/PGII – оптимальный скрининговый метод оценки слизистой оболочки тела желудка, его преимущества заключаются в безопасности, специфичности и чувствительности. Измерение концентрации пепсиногенов I и II с измерением гастрина 17 и теста на H. pylori позволяет оценить состояние слизистой оболочки всех отделов желудка. Такой подход не уступает стандартному эндоскопическому исследованию и поэтому называется «серологической биопсией». При атрофическом гастрите нарушаются механизмы всасывания витамина B12 и некоторых микро- и макроэлементов. Длительное время дефицит этих веществ компенсируется их запасами в организме. Однако при отсутствии лечения и прогрессировании атрофии возникают изменения со стороны крови (B12-дефицитная макроцитарная анемия), нервной системы (фуникулярный миелоз), а также желудочно-кишечного тракта (мальабсорбция).

Атрофический гастрит – значимая причина аденокарциномы желудка. Вероятность рака увеличивается при воздействии дополнительных факторов, таких как курение, злоупотребление алкоголем, некоторыми лекарственными средствами. Для раннего выявления аденокарциномы у пациентов с факторами риска необходимо контролировать уровни пепсиногена I и II и индекс PGI/PGII. H. pylori удается обнаружить в 70 % случаев язвенной болезни желудка. В подавляющем большинстве случаев язва желудка локализована на малой кривизне желудка в области «переходной зоны» – участка слизистой оболочки, где происходит смена эпителия тела желудка на эпителий антрального отдела. Переходная зона интенсивно колонизирована H. pylori и характеризуется максимально выраженным воспалительным ответом, который приводит к язве. Следует отметить, что язва желудка, в отличие от язвы двенадцатиперстной кишки, возникает на фоне нормального или пониженного уровня секреции соляной кислоты при отсутствии гипергастринемии. Считается, что в образовании язвы желудка большее значение имеет непосредственное повреждение H. pylori слизистой переходной зоны, а не гормонональный дисбаланс. Другой особенностью язвы желудка является ее способность перерождаться в аденокарциному (в 3 % случаев). Язва желудка характеризуется болями сразу после приема пищи и сопровождается потерей веса. Уровень пепсиногена II значительно повышен у пациентов с H. pylori-ассоциированной язвой желудка и может быть использован для диагностики этого заболевания.

При лечении H. pylori-ассоциированных заболеваний концентрация пепсиногена II возвращается к норме или значительно уменьшается, что отражает улучшение состояния слизистой оболочки желудка или двенадцатиперстной кишки. Поэтому повторное измерение концентрации пепсиногена II может быть использовано на этапе контроля лечения с целью оценить его результат и восстановление слизистой оболочки. В онкологической практике тест на пепсиноген II применяют для диагностики опухолей. При гастриноме, гормонально-активной опухоли, избыток гастрина стимулирует секрецию солянойкислоты обкладочными клетками желудка и провоцирует образование язвы, данное состояние известно как синдром Золлингера – Эллисона. Гастринома чаще локализуется в ткани поджелудочной железы, однако может находиться в любом другом органе. В 60 % случаев она является злокачественным образованием. Язвы, возникающие при синдроме Золлингера – Эллисона, характеризуются упорным рецидивирующим течением, не поддаются медикаментозному лечению, множественные, с атипичной локализацией в дистальном отделе двенадцатиперстной кишки. Они образуются в результате прямого повреждающего действия избытка соляной кислоты и не связаны с H. pylori.

Уровень пепсиногена II при гастриноме значительно повышен.

Для многих злокачественных новообразований характерна секреция проферментов, гормонов и белков-онкомаркеров, в норме несвойственных ткани, из которой происходит опухолевый клон. Например, около 50 % аденокарцином молочной железы производят пепсиноген II, хотя нормальной ткани молочной железы синтез этого профермента несвойственен. Активная секреция пепсиногена II характерна для высокодифференцированных (медленно растущих) аденокарцином, а также для аденокарцином, экспрессирующих эстрогеновые рецепторы. Поэтому интенсивный синтез этого профермента опухолью считается благоприятным прогностическим признаком и, наоборот, низкий уровень секреции пепсиногена II аденокарциномой связан с более частыми рецидивами.

Для чего используется исследование?

  • Для диагностики Н. pylori-ассоциированного антрального гастрита, атрофического гастрита и пангастрита.
  • Для диагностики язвы желудка и двенадцатиперстной кишки.
  • Для раннего выявления аденокарциномы желудка.
  • Для контроля за лечением H. pylori-ассоциированного гастрита, язвы желудка и двенадцатиперстной кишки.
  • Для диагностики гастриномы.
  • Для того чтобы дать прогноз аденокарциномы молочной железы.

Когда назначается исследование?

  • При симптомах гиперацидного (антрального) гастрита: дискомфорте в эпигастральной области через 1,5-2 часа после приема пищи и натощак, изжоге, ночном кашле.
  • При симптомах атрофического гастрита: дискомфорте в эпигастральной области, чувстве быстрого насыщения, тошноте.
  • При симптомах дефицита витамина B12: головокружении, сердцебиении, нарушении периферической чувствительности, парезе, диарее.
  • При симптомах язвы двенадцатиперстной кишки: боли в эпигастральной области через 1,5-2 часа после еды, натощак и в ночное время суток, изжоге, ночном кашле, диарее.
  • При симптомах язвы желудка: боли в эпигастральной области сразу после приема пищи, чувстве быстрого насыщения, потере веса.
  • При имеющихся факторах риска аденокарциномы желудка: атрофическом гастрите, употреблении копченой пищи и большого количества алкоголя, курении, наследственной предрасположенности, предраковых состояниях.
  • При симптомах гастриномы: интенсивных болях в эпигастральной или поясничной области, выраженной изжоге, упорной диарее.
  • При оценке лечения от H. pylori и восстановления слизистой оболочки желудка или двенадцатиперстной кишки.
  • При планировании тактики лечения аденокарциномы молочной железы, а также при оценке риска рецидива аденокарциномы.

Полипы желудка и атрофический гастрит | Колесникова

1. Хомяков В.М., Ермошина А.Д., Пирогов С.С., Рябов А.Б. Современные представления о факторах риска развития рака желудка. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол. 2017;27(6):78–86. DOI: 10.22416/1382-4376-2017-27-6-78-86

2. Goddard A.F., Badreldin R., Pritchard D.M., Walker M.M., Warren B.; British Society of Gastroenterology. The management of gastric polyps. Gut. 2010;59(9):1270–6. DOI: 10.1136/gut.2009.182089

3. Correa P., Piazuelo M.В. The gastric precancerous cascade. J Clin Exp Pathol. 2013;3(3):147. DOI: 10.4172/2161-0681.1000147

4. Genta R.M. Defining atrophic gastritis and grading gastric atrophy: new challenges beyond the Sydney System. Helicobacter pylori. 1998;215–23. DOI: 10.1007/978-94-011-4882-5_24

5. Белковец А.В., Курилович С.А., Рагино Ю.И., Щербакова Л.В., Черемисина О.В., Чердынцева Н.В. и др. Биомаркеры желудочной атрофии у пациентов с раком желудка. Рос жур гастроэнтерол гепатол колопроктол. 2018;28(2):24–32. DOI: 10.22416/1382-4376-2018-28-2-24-32

6. Ивашкин В.Т., Маев И.В., Лапина Т.Л., Шептулин А.А., Трухманов А.С., Баранская Е.К. и др. Клинические рекомендации Российской гастроэнтерологической ассоциации по диагностике и лечению инфекции Helicobacter pylori у взрослых. Рос журн гастроэнтерол гепатол колопроктол. 2018;28(1):55–70. DOI: 10.22416/1382-4376-2018-28-1-55-70

7. Malfertheiner P., Megraud F., O’Morain C.A., Gisbert J.P., Kuipers E.J., Axon A.T., et al.; European Helicobacter and Microbiota Study Group and Consensus panel. Management of Helicobacter pylori infection-the Maastricht V/Florence Consensus Report. Gut. 2017;66(1):6–30. DOI: 10.1136/gutjnl-2016-312288

8. Sugano K., Tack J., Kuipers E.J., Graham D.Y., El-Omar E.M., Miura S., et al. Kyoto global consensus report on Helicobacter pylorigastritis. Gut. 2015;64(9):1353–67. DOI: 10.1136/gutjnl-2015-309252

Что такое атрофический очаговый гастрит? Симптомы и лечение заболевания

Патологии органов желудочно-кишечного тракта поражают все большее количество молодых людей. Одним из опаснейших заболеваний считается атрофический очаговый гастрит. Симптомы и лечение этой формы недуга будут описаны в статье.

Общее описание болезни

Слизистая оболочка желудка подвержена негативному воздействию внешних и внутренних факторов. В результате этого начинают происходить дистрофические изменения. Гастрит – один из наиболее распространенных недугов, поражающих слизистую поверхность органа пищеварения. Диагностируется у большей части пациентов, обратившихся за помощью к гастроэнтерологу.

В зависимости от локализации воспалительного процесса различают катаральную, фибринозную, некротическую и флегмозную формы заболевания. Каждая из них проявляется определенными симптомами. По характеру течения гастрит может быть острым и хроническим.

При истончении слизистой желудка говорят о развитии атрофического очагового гастрита. Симптомы и лечение, а также методы диагностики заболевания будут рассмотрены более подробно. Для этой формы патологии характерно значительное уменьшение функционирующих клеток и сокращения выработки желудочного сока. Атрофия слизистой приводит к нарушению ее строения, а в дальнейшем и к отмиранию клеток. Подробнее об этом заболевании советуем прочесть по этой ссылке: http://fb.ru/article/243078/hronicheskiy-atroficheskiy-gastrit-simptomyi-i-lechenie-narodnyimi-sredstvami-hronicheskogo-atroficheskogo-gastrita.

 

Причины развития атрофического гастрита

Почему возникает атрофический очаговый гастрит? Что это такое? В чем кроется опасность? Назвать конкретные причины развития патологического состояния медицина в настоящее время не может. Второстепенными же факторами, способными спровоцировать начало течения воспалительного процесса, являются имеющиеся нарушения в работе органов пищеварительного тракта, а также:

·            наличие Хеликобактер пилори. Эта бактерия негативно влияет на слизистую оболочку желудка;

·            алкоголизм. Чрезмерное и регулярное употребление спиртного разрушает слизистую поверхность органа пищеварения;

·            плохая наследственность. При наличии схожего заболевания у одного из близких родственников вероятность его развития существенно повышается;

·            неправильное питание. Слизистая желудка проявляет повышенную чувствительность к острым и экзотическим блюдам;

·            любые патологии пищеварительной системы. Нарушения в работе того или иного органа ЖКТ могут привести к осложнениям в виде атрофического гастрита;

·            аутоиммунные патологии. При некоторых заболеваниях организм может начать клетки слизистой оболочки желудка как вражеские и приступить к процессу выработки антител.

 

Как проявляется недуг?

Симптомы атрофического очагового гастрита в большинстве случаев не проявляются на начальном этапе. Единственное, что может беспокоить пациента, – тяжесть в эпигастральной области после приема пищи. Через время может ухудшиться аппетит. В процессе развития патологии появляются такие симптомы, как боль в животе, отрыжка с тухлым запахом, приступы рвоты и тошноты, урчание в животе. Нарушение обменных процессов приводит к возникновению метеоризма и вздутия.

При хронической форме симптомы и лечение атрофического очагового гастрита схожи с другими видами патологий ЖКТ. Вялотекущий процесс обязательно сопровождается метаплазией – изменением структуры внутренней поверхности желудка. Прогрессирующая патология часто вовлекает в процесс и другие органы, расположенные поблизости, может вызвать нарушения в работе нервной и кровеносной системы.

Для очагового гастрита характерно появление воспалительных атрофированных участков. В острой форме недуг проявляется выраженно. Симптомы беспокоят пациента в течение нескольких дней.

Особенности патологии

Симптомы и лечение очагового атрофического гастрита зависят от степени развития воспалительного процесса. Боль может быть выражена слабо. Чаще всего появляется после приема пищи и локализуется в эпигастральной области. При тяжелой форме наблюдается слабость, сухость в ротовой полости, бледность кожных покровов, одышка, неприятный привкус во рту. Также следует обратить внимание на язык — белый густой налет говорит о нарушениях со стороны желудочно-кишечного тракта.

Диагностика

Для того чтобы установить окончательный диагноз, следует провести обследование. Метод проведения определяет специалист после предварительного осмотра пациента и сбора анамнеза.

Наиболее информативным способом исследования является фиброгастродуоденоскопия (в народе – «глотание кишки»). Позволяет увидеть состояние слизистой поверхности желудка. Эндоскопический метод диагностики подразумевает введение через ротовую полость тонкого шланга, с одной стороны которого размещена камера. Процедура имеет противопоказания и проводится только в специальном кабинете. При необходимости во время обследования могут взять образец тканей слизистой для проведения биопсии.

Рентгенография назначается для того, чтобы визуально оценить степень развития воспалительного процесса. Проводится только на голодный желудок. Пациенту могут предложить выпить раствор бария перед манипуляцией. Это позволит сделать снимок контрастным.

Лечение атрофического очагового гастрита назначается только после сдачи пациентом лабораторных анализов. Более полную картину о состоянии здоровья позволяет получить анализ мочи и крови (в том числе биохимия). Иммунологический анализ сыворотки крови показывает работу защитной системы организма. Расшифровкой такого анализа должен заниматься специалист.

Методы лечения очагового атрофического гастрита

Лечение патологического состояния будет полностью зависеть от степени выраженности симптомов и формы течения заболевания. В обязательном порядке назначается медикаментозная терапия. Специально подобранный комплекс лекарственных средств позволит улучшить самочувствие, устранить болевой синдром, воздействовать на причину развития недуга.

При обнаружении бактерии Хеликобактер пилори следует обязательно пройти курс лечения антибиотиками, которые способны устранить патогенный микроорганизм.

При лечении очагового атрофического гастрита обязательно используются медикаменты, оказывающие заместительное воздействие. Они необходимы для облегчения процесса переваривания пищи, потому как выработка желудочного сока при воспалительных процессах нарушается. Снизить выработку соляной кислоты помогут ингибиторы протонной помпы.

Диета

Правильное питание и отказ от вредных продуктов – залог успешного лечения атрофического очагового гастрита. Признаки заболевания (боль в эпигастрии, тяжесть после еды в области желудка) исчезнут довольно быстро, если пациент начнет придерживаться диеты.

 

Специалисты рекомендуют придерживаться несложных правил питания:

1.        Отказаться от слишком горячей или холодной пищи.

2.        Исключить острые, соленые, копченые и жареные блюда.

3.        Минимизировать употребление кофе и крепкого чая.

4.        Не употреблять шоколад и другие кондитерские изделия.

5.        Заменить газированную воду киселями.

6.        Употреблять только отварную, вареную или приготовленную на пару пищу.

7.        Включить в рацион рыбу, нежирное мясо, фрукты, овощи.

8.        Научить кушать маленькими порциями и хорошо пережевывать пищу.

Достаточно ли будет для улучшения состояния диеты и медикаментозного лечения атрофического очагового гастрита? Гастрит в такой форме лечить более радикальными методами (хирургическое вмешательство) показано только в самых запущенных случаях, когда требуется удаление пораженного участка желудка.

Что можно употреблять?

В основе диеты лежат протертые супы на овощных или нежирных мясных бульонах, каши на молоке или воде. Во вторые блюда разрешено добавлять небольшое количество сливочного масла.

Из молочных продуктов разрешено употреблять творог, кефир, сметану и молоко низкой жирности. Заменить шоколад можно желе и мармеладом. Пациентам с атрофическим очаговым гастритом (симптомы и лечение медикаментами рассмотрено выше) рекомендуется ежедневно употреблять овощи. В идеальном варианте они должны быть приготовлены на пару или запеченные.

В сутки следует выпивать много жидкости (не менее 1,5 литров чистой воды). Запомните: перекусы всухомятку и переедание вызовут ухудшение состояния.

Помогут ли народные методы?

Любой вид терапии необходимо предварительно обсудить с лечащим врачом. Самолечение чаще всего приводит к ухудшению течения патологии и тяжелым осложнениям.

Некоторые методы терапии, основанные на народных рецептах, доказали свою эффективность. Например, употребление свежевыжатого подогретого сока капусты способствует восстановлению слизистой оболочки желудка.

Для предотвращения развития атрофии рекомендуется готовить настой из овсяных хлопьев. Их перемалывают на кофемолке, берут 2 ст. л. полученной массы и заливают кипятком (400 мл). Готовую смесь настаивают в термосе 6 часов.

Профилактика очагового атрофического гастрита: отзывы

Симптомы и лечение данного недуга действительно схожи с некоторыми заболеваниями пищеварительной системы. Чтобы предотвратить нарушения в работе ЖКТ, следует отказаться от вредных привычек – курения, употребления алкоголя, фастфуда, газированной воды с красителями, острой и жареной пищи. Особое внимание питанию должны уделить люди, имеющие в анамнезе патологии органов пищеварительного тракта.

Чтобы избежать перехода атрофического очагового гастрита в хроническую форму, важно своевременно обратить внимание на дискомфорт и другие симптомы, возникающие после приема пищи. Острая форма хорошо поддается медикаментозному воздействию, в то время как хронический недуг можно только поддерживать определенными препаратами для предотвращения рецидивов.

Фотоматериалы предоставлены сайтом: http://fb.ru/article/243078/hronicheskiy-atroficheskiy-gastrit-simptomyi-i-lechenie-narodnyimi-sredstvami-hronicheskogo-atroficheskogo-gastrita


Новости на Блoкнoт-Таганрог

Хронический атрофический гастрит у детей

Анализ имеющейся педиатрической литературы и многолетние собственные наблюдения невольно заставляют поставить вопрос: существует ли вообще хронический атрофический гастрит у детей, поскольку морфологическое понятие «атрофия слизистой оболочки» связывается прежде всего с патологией взрослых. Если нет, то это означает, что кроме деструктивных процессов слизистой оболочки желудка (СОЖ) (эрозивно-язвенные поражения) в детском возрасте других форм хронического воспалительного процесса в желудке (поверхностный гастрит) не встречается, т.к. все варианты эритематозной гастропатии (эндоскопическая характеристика состояния СО желудка), соответствующие понятию «хронический поверхностный гастрит», трактуются в настоящее время как проявления функциональной диспепсии. Это привело к практическому вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» и подмене его диагнозом «функциональная диспепсия» (ФД) [2, 3]. Нет нужды говорить, что с морфологической точки зрения это является нонсенсом. Чтобы более определенно трактовать сущность функциональной диспепсии, некоторые исследователи [5] предложили даже выделять две основные формы функциональной диспепсии: ФД без морфологических изменений и ФД с морфологическими изменениями.

Если принять во внимание, что хронический гастрит с морфологической (и клинической) точки зрения представляет собой стадийный процесс, который развивается от поверхностных до атрофических изменений и соответственно от повышенной до пониженной кислотности, то правомерно считать, что в детском возрасте преобладают начальные (поверхностные) формы заболевания, сопровождающиеся повышенной кислотностью, а у взрослых — атрофические формы с низкой кислотностью. Иными словами, во-первых, для формирования хронического атрофического гастрита (ХАГ) необходимо время, во-вторых — именно ХАГ является завершающей (классической) формой ХГ, тогда как остальные морфологические варианты (поверхностный, с поражением желез без атрофии) — промежуточными стадиями, которые необоснованно относят к ФД.

Итак, диагноз хронического гастрита в современных условиях можно поставить в двух случаях: при наличии эрозивных изменений слизистой оболочки (что в детском возрасте встречается не так уж редко) или атрофических изменений СО. При этом в первом случае диагноз может основываться на результатах эндоскопического исследования, во-втором — требуется морфологическое исследование биоптата СО желудка. Эндоскопическое исследование в педиатрической практике является рядовым, морфологическое — эксквизитным. Может быть, именно поэтому существует представление об отсутствии или исключительной редкости атрофического гастрита в детском возрасте.

Атрофия СО фундального отдела или тела желудка с позиций классической патоморфологии представляет собой «необратимую утрату желез желудка с замещением их фиброзной тканью или метаплазированным эпителием». Такое состояние формируется «на протяжении десятилетий, когда хронический гастрит переходит в гастрит атрофический» [14]. P. Sipponen [20] определил хронический гастрит как опосредованный возрастом прогрессирующий процесс, в результате которого происходит «постепенная утрата желез, завершающаяся тотальной атрофией слизистой оболочки»: В МКБ-10 атрофия СО желудка представлена всего лишь одной нозологической формой, имеющей название «хронический атрофический гастрит» (К.29.4).

 Чаще всего атрофия является следствием разрушительного действия на слизистую оболочку желудка, париетальные и главные клетки длительного воспалительного процесса под влиянием инфекцииH.pylori, но может развиться в результате аутоиммунного процесса или длительно текущего рефлюкс-гастрита. Железистая ткань постепенно замещается фиброзной [18, 21]. Сопутствующими факторами на фоне Нр-инфекции являются несбалансированное питание (прежде всего избыток поваренной соли), прием нестероидных противовоспалительных препаратов, курение.

Уже простое перечисление этих факторов свидетельствует о том, что они играют свою роль также в детском и подростковом возрасте: H.pylori-инфекция распространена значительно — у детей с 12-летнего возраста инфицированность практически не отличается от инфицированности взрослых, аллергические и аутоаллергические процессы достаточно часты, дуоденогастральный рефлюкс нередко сопровождает гастродуоденальную патологию, да и курение не столь уж редко, особенно в подростковом возрасте.

Трудно предположить, что перечисленные факторы оказывают патогенное влияние и приводят к развитию атрофического гастрита у взрослых и не сказываются на детях. Следовательно, в детском возрасте имеются все условия для развития атрофического процесса СО желудка, и эти изменения необходимо только выявлять.

О.Я. Бабак [1] отмечает, что естественное течение атрофического гастрита может протекать по двум основным вариантам. Первый — длительно существующий ХГ приводит к значительному снижению кислотообразующей функции желудка, требующему заместительной терапии, без которой будут наблюдаться признаки нарушения пищеварительной функции. Второй вариант — в результате длительного хронического персистирующего воспаления в СО желудка, характерного для H.pylori-ассоциированного гастрита, происходит нарушение клеточного обновления в желудке, что способствует появлению клеток-мишеней для влияния на них канцерогенных веществ, в дальнейшем — к клеточным мутациям. В результате нормальный клеточный эпителий желудка замещается метапластическим, диспластическим и нео­пластическим. Иными словами, атрофический гастрит может по праву считаться предраковым состоянием. Детскому и подростковому возрасту, по-видимому, более присущ первый вариант с постепенным снижением кислотообразующей функции желудка.

Ю.А. Лысиков, Т.А. Малицына и Е.А. Рославцева [9] считают, что атрофические гастриты у детей являются актуальной клинической проблемой, которая до конца не решена по сей день. Авторы приходят к выводу, что микроатрофию различных отделов СО желудка у детей можно выявить только при морфологическом исследовании. Она выражается в уменьшении толщины СО, толщины зоны слизистого эпителия и глубины желез. Атрофия желез заключается в уменьшении численности клеток, продуцирующих пепсины, и париетальных клеток, выделяющих соляную кислоту. Атрофия может затрагивать одну или обе популяции клеток, что приводит к нарушению или уменьшению секреции пепсинов и соляной кислоты. Л.М. Мосийчук и М.Ю. Зак [11] показали, что использование в клинической практике определения уровня G-17 (гастрин) и РG-1 (пепсиноген-1) в сыворотке крови может способствовать (наряду с гастробиопсией) верификации атрофического процесса в желудке. Методика основывается на том, что гастрин-17 (G-17) синтезируется в G-клетках, расположенных в антральном отделе желудка и снижение его уровня в крови может свидетельствовать об атрофических процессах в антральном отделе желудка, Пепсиноген-1 (PG-1) синтезируется в главных клетках, расположенных в фундальном отделе желудка. Снижение уровня PG-1 может свидетельствовать об атрофических процессах в фундальном отделе желудка. Авторы подтверждают точку зрения F. Di Mario, L.G. Cavallaro [17], что на первом этапе больным с диспептическими жалобами необходимо проводить анализ серологических маркеров, а в случае изменения их содержания — эндоскопическое исследование с гастробиопсией. Последнее положение особенно интересно для педиатрической практики, т.к. позволяет ограничить, а иногда и исключить необходимость эндоскопического исследования.

Ряд исследователей [16, 17, 19] подтверждают взаимо­связь между снижением уровня в сыворотке крови G-17 и PG-1 и увеличением степени атрофии СО соответственно антрального отдела и тела желудка.

Выше уже подчеркивалось, что непременным условием верификации атрофического процесса является фиброскопия с гастробиопсией; при этом в терапевтической практике современные требования определяют необходимость взятия не менее пяти биоптатов — трех из антрального отдела и двух из тела желудка, хотя это далеко не всегда позволяет выявить атрофию, которая обычно носит очаговый характер и не всегда, даже при условии взятия пяти биоптатов, попадает в поле зрения патоморфолога [11].

Не это ли обстоятельство является ключевым в плане диагностики хронического атрофического гастрита у детей? Морфологическое исследование СО в педиатрической практике вообще является достаточно редким, проводится только в специализированных учреждениях по специальным показаниям. При этом обычно ограничиваются взятием двух (а иногда и одного) биоптатов. Неудивительно, что в таких условиях атрофия выявляется редко и диагноз «хронический атрофический колит» является эксквизитным. Иными словами, чтобы установить частоту развития хронического атрофического гастрита у детей, необходимы более массовые морфологические исследования с большим числом биоптатов в каждом случае, чего трудно ожидать в ближайшее время в силу хоть и минимальной, но все же инвазивности процедуры, с одной стороны, и необходимости достаточно дорогостоящих морфологических исследований — с другой.

Поделиться своими наблюдениями о выявлении ХАГ в детском возрасте могут только специализированные детские гастроэнтерологические отделения, годами наблюдающие детей с гастродуоденальной патологией и накопившие сведения об эндоскопических и (пусть в редких случаях) морфологических исследованиях. Однако таких сведений в педиатрической литературе явно недостаточно.

Наиболее полную информацию о состоянии проблемы хронического гастрита у детей, в том числе атрофического гастрита, можно получить при анализе ежегодных конференций «Актуальные вопросы абдоминальной патологии у детей», проводимых в Москве или Санкт-Петербурге, в которых принимают активное участие многие практикующие детские гастроэнтерологи России и стран СНГ и практически все профессора, занимающиеся изучением заболеваний пищеварительной системы у детей. По материалам этих конференций издаются солидные сборники, последний ХVII издан в 2010 году.

Анализ публикуемых сообщений показывает, что проблеме хронического гастрита (гастродуоденита) у детей уделяется значительное внимание. И если говорить о трансформации представлений о хроническом гастрите, то основным положением стал пересмотр трактовки минимальных (поверхностных) изменений слизистой оболочки желудка. Начальные поверхностные изменения, которые эндоскопически характеризовались как эритематозная гастропатия, а морфологически — как поверхностный гастрит, перестали считать доказательством наличия воспалительного процесса, полагая, что, поскольку клинические проявления заболевания определяются не наличием эритематозной гастропатии, последнюю следует расценивать как функциональную диспепсию. С точки зрения классической патоморфологии это нонсенс, и патоморфологи никогда не согласятся с подобной трактовкой, но такой подход привел практически к вытеснению диагноза «хронический поверхностный гастрит» из клинической практики. Однако, как ни относиться к подобной трактовке диагноза, очевидно, что к хроническому атрофическому гастриту это не имеет отношения.

О функциональной диспепсии (она же морфологически хронический поверхностный гастрит) пишут очень много, в то же время хроническому атрофическому гастриту посвящены лишь отдельные сообщения.

Л.Н. Малямова, А.М. Чередниченко, С.Ю. Медведева из Екатеринбурга [10], подчеркивая, что вопрос о возможности развития атрофических изменений слизистой оболочки желудка как завершающего этапа длительно текущего воспалительного процесса у детей остается дискуссионным, приводят результаты гистологического исследования СО антрального отдела желудка у 106 детей с хроническим гастритом (гастродуоденитом) с эрозиями, 84 детей — без эрозий и 50 больных с язвенной болезнью. Результаты исследования показали, что только у 3,3 % больных при гистологическом исследовании препаратов антрального отдела желудка атрофические изменения не выявлены. У 22,8 % детей атрофические изменения слизистой оболочки были выражены незначительно: склероз базальных отделов СО желудка имел очаговый характер, при этом объем железистого эпителия был сохранен. У большинства же больных (67,6 %) атрофические изменения СО трактовались как умеренно выраженные, при этом имели место так называемые стромальные изменения в виде гиперплазии ретикулиновых волокон, разрастания гладкомышечных клеток и редко — эластических волокон. Наряду с диффузным склерозом базальных отделов СОЖ имел место и интерстициальный (межуточный) склероз собственной пластинки, а также очаговая атрофия желез, сопровождающаяся уменьшением объема железистого эпителия. И наконец, в ряде случаев (6,2 %) гистологические изменения указывали на выраженную атрофию СО антрального отдела. Последнее касалось прежде всего железистого эпителия, объем которого был значительно уменьшен. Атрофические изменения слизистой оболочки желудка характеризовались не только развитием интерстициального склероза базальных отделов СО, но и замещением высокодифференцированного эпителия метапластическим эпителием, свидетельствующим о нарушении клеточной регенерации с развитием тонкокишечной метаплазии.

Авторы приходят к выводу, что многолетнее течение хронического гастрита (без эрозий, с эрозиями) сопровождается не только активным воспалительным процессом, но и атрофическими изменениями СО, которые сохраняются на фоне проводимой базисной терапии, что требует поиска более эффективных мер реабилитации этих больных.

Атрофические изменения СОЖ выявлены у 10 % наблюдаемых больных московскими исследователями И.В. Сичинавой и соавт. [15]. Атрофические изменения в антральном отделе желудка выявлены у 54,8 % больных и в фундальном — у 25 % детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии [6]. Л.П. Парменова [13] отмечает, что клинические и морфологические проявления ХГ у детей зависят от основного этиологического фактора и длительности заболевания: при гипоацидности, декомпенсации ощелачивания в антральном отделе желудка при активном процессе атрофия СО антрального и фундального отделов желудка встречается у 30 % детей.

В то же время В.П. Новикова из Санкт-Петербурга [12] лишь у 2 больных из 51 выявила признаки атрофии СОЖ антрального отдела желудка, а белорусские авторы С.Э. Загорский и О.Н. Назаренко [8] из 44 детей с эрозивно-язвенными поражениями желудка и двенадцатиперстной кишки лишь у 1 выявили атрофические изменения СОЖ и у 1 — кишечную метаплазию, что позволило авторам сделать вывод о том, что атрофические и метапластические изменения СОЖ не характерны для детского и подросткового возраста. А.В. Бурлуцкая [4] выявила атрофический гастрит у 17 детей, что составило лишь 2,5 % от общего числа обследованных.

Таким образом, частота ХАГ в детском возрасте, по данным разных авторов, весьма вариабельна, но возможность развития этого заболевания в детском возрасте практически признается всеми авторами.

Имеющиеся в литературе немногочисленные свидетельства о возможности развития ХАГ в детском возрасте подтверждаются исследованиями кафедры педиатрической гастроэнтерологии и нутрициологии Харьковской медицинской академии последипломного образования, проведенными в последние годы [7].

Под наблюдением в детском городском гастроэнтерологическом отделении г. Харькова находились 79 больных, у которых на основании клинического и эндоскопического исследования был установлен диагноз хронического гастрита, в том числе у 2 детей — эрозивный процесс.

Во время проведения фиброгастроскопического исследования у всех детей проводилась прицельная био­псия с наиболее измененных участков антрального отдела желудка (обычно два биоптата).

Гистологическое исследование, проведенное на кафедре патологической анатомии ХМАПО, подтвердило наличие воспалительных изменений СО желудка у 74 из 79 больных (93 ± 3).

Из 74 детей у 25 (34 ± 6 %) отмечался поверхностный гастрит, который характеризовался наличием умеренной лимфоидно-плазматической инфильтрации с небольшим количеством макрофагов, эозинофилов, сегментоядерных лейкоцитов. Толщина СО и структура железистого слоя были сохранены. Активность процесса выявлена у 7 из 28 больных (25,0 ± 8,0 %). Это подтверждалось наличием инфильтрации эпителия и собственного слоя полиморфно­ядерными лейкоцитами на фоне свойственной хроническому гастриту инфильтрации плазматическими клетками и лимфоцитами, а также повреждением эпителия.

У остальных 49 детей (66 ± 6,0 %) морфологически выявлены различные формы атрофического гастрита, что свидетельствует о частоте этой формы заболевания у детей, даже при анализе биопсийного материала только СО антрального отдела желудка.

Начальный атрофический гастрит отмечался у 32 (65 ± 7 %) детей, у 29 из них (91 ± 5 %) выявлено активное воспаление.

При начальном атрофическом гастрите воспалительный инфильтрат локализовался между железами. В строме определялось значительное количество нейтрофильных лейкоцитов, лимфоцитов, плазмоцитов. Встречались отдельные эозинофильные лейкоциты. В поверхностном эпителии определялось снижение секреции мукоида. Наряду с дистрофическими процессами наблюдалась умеренно выраженная дисплазия, особенно в шеечной части желез. На фоне часто встречающейся фовеолярной гиперплазии у 28,3 % больных наблюдалась наиболее высокая степень обсеменения Нр (+++), которая сопровождалась значительной активностью воспалительного процесса.

Умеренная атрофия слизистой оболочки выявлена у 17 больных (35 ± 7 %), из них у 11 (65 ± 12 %) процесс носил активный характер. У больных отмечались патологические изменения в эпителии пилорических желез со снижением количества ШИК-положительных соединений. При этом уменьшалось и количество пилорических желез. В строме определялась инфильтрация лимфоцитами, плазмоцитами, незначительным количеством сегментоядерных лейкоцитов, выявлялись лимфоидные фолликулы.

Сопоставление возраста детей и длительности заболевания с частотой выявления ХАГ показало, что заболевание чаще отмечается у детей старшего возраста, и его длительность составляет не менее 3 лет.

Выводы

1. Хронический атрофический колит у детей не является исключительно редким заболеванием, во всяком случае, встречается чаще, чем диагностируется. Частота ХАГ у детей увеличивается с возрастом и длительностью заболевания.

2. Частота выявления ХАГ зависит от уровня применяемых исследований. Эндоскопические признаки, которые считаются характерными для хронического атрофического гастрита (сглаженность складок слизистой оболочки, их отсутствие на определенных участках, уменьшение размеров желудка), малоинформативны и не дают достаточных оснований для диагностики этой формы заболевания.

3. ХАГ — диагноз морфологический, причем информативность гистологического исследования прямо коррелирует с наличием биопсионного материала из различных отделов желудка (три из антрального отдела и два из тела желудка), что в педиатрической практике практически не делается; диагноз устанавливается на основании одной, редко — двух биопсий, что, безусловно, снижает информативность заключения.

4. Морфологические изменения при ХАГ неоднородны. Умеренная степень атрофии характеризуется наличием не более одного конечного отдела главных желез, которые открываются в одну желудочную ямку, с увеличенным количеством добавочных клеток в составе главных желез, что приводит к развитию пилорической метаплазии желез. В собственной пластинке слизистой оболочки определяются воспалительные изменения и умеренно выраженный фиброз. В некоторых случаях наблюдается умеренная степень атрофии СО тела желудка одновременно с развитием кишечной метаплазии покровно-ямочного эпителия.

Выраженная атрофия СО тела желудка характеризуется резким снижением количества главных желез и ­удлинением желудочных ямок, что иногда сопровождается развитием фовеолярной гиперплазии СО. Качественный состав главных желез изменяется в сторону преобладания добавочных клеток с развитием пилоризации желез. В собственной пластинке СО наблюдаются воспалительные изменения и выраженный фиброз.

5. Перспективным для детской гастроэнтерологии в плане диагностики ХАГ следует считать определение гастрина-1 (G-17) и пепсиногена-1 (PG-1) в сыворотке крови. Информативность этих показателей в плане подтверждения наличия атрофического процесса в СО желудка доказана исследованиями зарубежных и отечественных гастроэнтерологов-терапевтов.

6. Патогенетические особенности ХАГ определяют необходимость дифференцированного подхода к лечению больных, которое должно отличаться от лечения поверхностных и деструктивных форм заболевания и быть направлено прежде всего на стимуляцию репаративных процессов и восстановление желудочной секреции.

Bibliography

1. Бабак О.Я. Атрофический гастрит: прогнозы и перспективы // Здоровье Украины. — 2006. — № 21 (1). — С. 1-3.

2. Белоусов Ю.В. Функциональная диспепсия или хронический гастрит // Здоровье Украины. — 2009. — № 6 (1). — С. 44-45.

3. Белоусов Ю.В., Белоусова О.Ю. Секреторно-моторные взаимо­связи органов гастродуоденальной зоны у детей // Врачебная практика. — 2002. — С. 84-88.

4. Бурлуцкая А.В., Карпенко Л.В., Левицкая Н.В. Структура заболеваемости верхних отделов желудочно-кишечного тракта у детей г. Краснодара по данным детского стационара // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХIII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2006. — С. 104-105.

5. Волошин К.В. Функціональна диспепсія у дітей: критерії діагностики та диференційної діагностики: Автореф. дис… канд. мед. наук. — Харків, 2010. — 20 с.

6. Гурова М.М., Гусева С.П., Дутлова Е.Д., Ляляева Т.В. Эндоскопические и морфологические особенности хронических гастродуоденитов у детей, проживающих в условиях Курской магнитной аномалии // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХI Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 184-185.

7. Денисюк Т.А. Секреторно-моторні взаємозв’язки у дітей з хронічною Helicobacter pylory-асоційованою гастродуоденальною патологією та ефективність ерадикаційної терапії з використанням вітчизняних препаратів: Автореф. дис… канд. мед. наук. — Харків, 2010. — 20 с.

8. Загорский С.Э., Назаренко А.Н. Морфологические особенности эрозивно-язвенных поражений желудка и двенадцатиперстной кишки у детей и подростков // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХVII Конгресса детских гастроэнтерологов России и стран СНГ. — Москва, 2010. — С. 86-87.

9. Лысиков Ю.А., Малицына Т.А., Рославцева Е.А. Трудности в диагностике атрофических гастритов у детей // Педиатрия. — 2006. — № 6. — С. 1-3.

10. Малямова Л.Н., Чередниченко А.М., Медведева С.Ю. Дискуссионные вопросы прогрессирования морфологических изменений слизистой оболочки желудка у детей с хроническими заболеваниями гастродуоденальной области // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы ХI Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2004. — С. 132-134.

11. Мосійчук Л.М., Зак М.Ю. Оптимізація діагностики хронічного атрофічного гастриту сучасними неінвазивними методами // Сучасна гастроентерологія. — 2010. — № 4 (54). — С. 52-56.

12. Новикова В.П., Мельникова И.Ю., Струков Е.Л., Антонов П.В. Морфологическая картина слизистой оболочки желудка у детей с хроническим гастродуоденитом в сочетании с аутоиммунным тиреоидитом // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Материалы 8-й конференции «Детская гастроэнтерология 2001». — Москва, 2001. — С. 72-73.

13. Парменова Л.П. Клинические и морфологические особенности хронического гастрита у детей // Актуальные проблемы абдоминальной патологи у детей. Материалы ХII Конгресса детских гастроэнтерологов России. — Москва, 2005. — С. 208-209.

14. Пюрвеева К.В., Лапина Т.Л., Ивашкин В.Т. Значение сывороточных показателей пепсиногена-1, пепсиногена-2 и гастрина-17 в диагностике атрофического гастрита // Российский журнал гастроэнтерол., гематолог., колопроктол. — 2005. — № 3. — С. 48-51.

15. Сичинава И.В., Новикова А.В., Каганов Б.С., Шерешевская А.Я. и соавт. Течение хронического гастрита у детей // Актуальные проблемы абдоминальной патологии у детей. Сборник материалов 7-й конференции «Детская гастроэнтерология-2000». — Москва, 2000. — С. 107-108.

16. Chae H., Lee J.H., Lim J. Clinical utility of serum pepsinogen levels as a screening Test of atrophic gastritis // Korean J. Lab. Med. — 2008. — Vol. 28 (3). — P. 201-206.

17. Di Mario E., Cavallaro L.J. Non-invasive tests in gastric di­sease // Dig. Liver. Dis. — 2008. — Vol. 40 (7). — P. 523-530.

18. Fox J.G., Wang T.S. Inflamattion, atrophy, and gastric cancer // J. Clin. Invest. — 2007. — Vol. 117. — P. 60-69.

19. Leverin C., Jacobsson S., Lindstedt G. Serum biomarkers for atrophic gastritis and antibodies against Helicobacter pylori in the elderly: Implications for vitamin B12, foliac acid and iron status and response to oral vitamin therapy // Scand. J. Gastroenterol. — 2008. — Vol. 43 (9). — P. 1050-1056.

20. Sipponen P. Atrophic gastritis as premalignant condition // Ann. Med. — 1989. — Vol. 21. — P. 287-290.

21. Vannelia L., Lahner E., Osborn J. Risk factor for progression to gastric neoplastic lesions in patients with atrophic gastritis // Aliment. Pharmacol. Thier. — 2010. — Vol. 18. — P. 33-37.

Гастрит

Гастрит — воспалительные или воспалительно-дистрофические изменения слизистой оболочки) — собирательное понятие, используемое для обозначения различных по происхождению и течениювоспалительных и дистрофических изменений слизистой оболочки желудка. Поражение слизистой может быть первичным, рассматриваемым как самостоятельное заболевание, и вторичным, обусловленным другими инфекционными и неинфекционными заболеваниями или интоксикацией. В зависимости от интенсивности и длительности действия поражающих факторов, патологический процесс может быть острым, протекающим преимущественно с воспалительными изменениями, или хроническим — сопровождающимся структурной перестройкой и прогрессирующей атрофией слизистой оболочки. Соответственно выделяют две основные формы: острый и хронический гастрит. Отдельно рассматривают алкогольный гастрит, развивающийся на фоне злоупотребления алкоголем.

В России статистика в отношении разных форм гастритов отсутствует. В тех странах, где такая статистика имеется, хронический гастрит фиксируется у 80-90 % больных гастритами, при этом, наиболее опасная форма гастрита, относящаяся к так называемым «предраковым состояниям», — атрофический гастрит обнаруживается у пациентов моложе 30 лет в 5 % случаев, у пациентов в возрасте от 31 до 50 лет — в 30 % случаев, у пациентов старше 50 лет — в 50-70 % случаев.

Гастрит также встречается у животных, в том числе у кошек и собак.

Острый гастрит

Острым гастритом называют острое воспаление слизистой оболочки желудка, вызванное разовым воздействием сильных раздражителей. Острый гастрит часто развивается вследствие попадания в желудок химических раздражающих веществ, приёма некоторых лекарств, употребления некачественной и заражённой болезнетворными микроорганизмами пищи. Кроме того, острый гастрит может возникать и на фоне других общих заболеваний, часто — при острых инфекциях или нарушениях обмена веществ.

В зависимости от клинических проявлений и характера повреждения слизистой оболочки желудка рассматривают следующие типы острого гастрита: катаральный, фибринозный, коррозивный и флегмонозный.

Катаральный гастрит является чаще всего следствием пищевых отравлений и неправильного питания. Он характеризуется инфильтрацией лейкоцитов в слизистую оболочку желудка, воспалительной гиперемией, дистрофическими изменениями эпителия.

Фибринозный гастрит возникает при отравлении кислотами,сулемой или при тяжёлых инфекционных заболеваниях. Острый фибринозный гастрит проявляется дифтеритическим воспалением слизистой оболочки желудка.

Коррозийный гастрит возникает из-за попадания в желудок концентрированных кислот или щёлочей, солей тяжёлых металлов. Коррозийный гастрит характеризуется некротическими изменениями тканей желудка.

Причины флегмонозного гастрита — травмы и осложнения после язвенной болезни или рака желудка, некоторых инфекционных болезней. Характеризуется гнойным расплавлением стенки желудка и распространением гноя по подслизистому слою.

Лечение острого гастрита

Главным при лечении острого гастрита является устранение причин его возникновения. Для очищения желудка больному дают выпить 2-3 стакана теплой воды и вызывают рвоту. При токсикоинфекционных или химических отравлениях в первые часы промывают желудок тёплой водой, используя для этого толстый желудочный зонд. Промывание проводится до чистых вод. В течение первых суток пища не принимается, назначается тёплое дробное питьё (предпочтительнее) или водно-чайная диета. Затем диету постепенно расширяют, придерживаясь принципа механического, термического и химического щажения. Постепенно включают в рацион слизистые супы, жидкие протертые каши, кисели, фруктовые желе, яйцо всмятку, сухари из белой муки.

Для устранения болей принимают спазмолитики, холинолитики, антациды. Рекомендуется приём энтеросорбентов (смекта и другие). При рвоте назначают прокинетики. При остром токсикоинфекционном гастрите — антибиотики (аминогликозиды,фторхинолоны, бисептол и другие). При тяжёлом остром гастрите для коррекции водно-электролитных нарушений вводятпарентерально раствор глюкозы, физиологический раствор, препараты калия.

Хронический гастрит

Хронический гастрит — длительно текущее рецидивирующее воспалительное поражение слизистой оболочки желудка, протекающее с её структурной перестройкой и нарушением функций желудка. Хронический гастрит часто развивается бессимптомно.

Выделяют две основные формы хронического течения заболевания: поверхностный и атрофический гастрит. Впервые данные термины, базировавшиеся на результатах данных эндоскопических исследований слизистой желудка, были предложены в 1948 году немецким хирургом Шиндлером. Эти термины получили всеобщее признание и отражены в классификации гастритов по МКБ-10. В основу деления заложен фактор сохранности или утраты нормальных желез, что имеет очевидное функциональное и прогностическое значение. Кроме двух основных форм имеются также особые формы хронического гастрита: атрофически-гиперпластический гастрит, гипертрофический гастрит, гигантский гипертрофический гастрит (болезнь Менетрие), лимфоцитарный, гранулематозный (болезнь Крона, саркоидоз, гранулематоз Вегенера желудочной локализации), коллагеновый, эозинофильный, радиационный, инфекционный.

Этиология хронического гастрита

Появление и развитие хронического гастрита определяется воздействием на ткани желудка многих факторов. Основными внешними (экзогенными) этиологическими факторами, способствующими возникновению хронического гастрита, являются:

  • наиболее существенный — заражённость желудка Helicobacter pylori и, в меньшей степени, другими бактериями илигрибами;

  • нарушения питания;

  • вредные привычки: алкоголизм и курение;

  • длительный приём лекарств, раздражающих слизистую оболочку желудка, в особенности, глюкокортикоидных гормонови нестероидных противовоспалительных препаратов, ацетилсалициловой кислоты;

  • воздействие на слизистую радиации и химических веществ;

  • паразитарные инвазии;

  • хронический стресс.

Внутренними (эндогенными) факторами, способствующими возникновению хронического гастрита, являются:

  • генетическая предрасположенность;

  • дуоденогастральный рефлюкс;

  • аутоиммунные процессы, повреждающие клетки желудка

  • эндогенные интоксикации;

  • гипоксемия;

  • хронические инфекционные заболевания;

  • нарушения обмена веществ;

  • эндокринные дисфункции;

  • недостаток витаминов;

  • рефлекторные воздействия на желудок от других поражённых органов.

Helicobacter pylori

Во второй половине XX века был выявлен ранее неизвестный фактор, которому сегодня отводят одно из первых мест в этиологии хронического гастрита. Helicobacter pylori — спиралевидная грамотрицательная бактерия, которая инфицирует различные области желудка и двенадцатиперстной кишки. Многие случаи язв желудка и двенадцатиперстной кишки, гастритов,дуоденитов, и, возможно, некоторые случаи лимфом желудка и рака желудкаэтиологически связаны с инфицированием Helicobacter pylori. Успешный опыт с самозаражением одного из первооткрывателей роли Helicobacter pyloriв развитии болезней желудка и двенадцатиперстной кишки — Барри Маршалла и группы добровольцев послужил убедительным доказательством этой теории. В 2005 году Барри Маршалл и его коллега Робин Уоррен за своё открытие были удостоены Нобелевской премии по медицине.

Однако у большинства (до 90 %) инфицированных носителей Helicobacter pylori не обнаруживается никаких симптомов заболеваний. Не каждый хронический гастрит в своей основе имеет бактериальную причину.

Классификация

По этиологии хронический гастрит делят на три основные формы:

  • тип A (аутоиммунный) — фундальный гастрит; воспаление вызваноантителами к обкладочным клеткам желудка. Обычно сопровождается развитием пернициозной анемии;

  • тип B (бактериальный) — антральный гастрит, связанный с обсеменением слизистой оболочки желудка бактериямиHelicobacter pylori — составляет до 90 % всех случаев хронического гастрита;

  • тип С (химический) — развивается вследствие заброса жёлчи и лизолецитина в желудок при дуоденогастральном рефлюксе или в результате приёма некоторых классов лекарств (НПВП и др.)

Кроме того, существуют также смешанные — AB, AC и дополнительные (лекарственный, алкогольный, и др.) типы хронического гастрита.

Топографически различают:

  • гастрит тела желудка;

  • гастрит антрального отдела желудка;

  • гастрит фундального отдела желудка;

  • пангастрит.

Хронический гастрит и функциональная диспепсия

Хронический гастрит, проявляющийся стойким структурным изменением слизистой желудка, чаще всего не имеет клинических проявлений. В западных странах диагноз «хронический гастрит» в последнее время ставится редко, врач обычно ориентируется на симптоматику заболевания и на её основании применяет термин «функциональная диспепсия». В России же, наоборот, диагноз «функциональная диспепсия» ставится очень редко, во много раз чаще применяется диагноз «хронический гастрит». В Японии, стране с наибольшей частотой рака желудка, диагнозы «хронический гастрит» и «функциональная диспепсия» комбинируют, указывая тем самым на наличие или отсутствие изменений слизистой оболочки желудка и/или соответствующих клинических симптомов.

Клинические проявления

Хронический гастрит клинически проявляется как местными, так и общими расстройствами, которые, как правило, появляются в периоды обострений:

Местные расстройства характеризуются симптомами диспепсии (тяжесть и чувство давления, полноты в подложечной области, появляющиеся или усиливающиеся во время еды или вскоре после еды, отрыжка, срыгивание, тошнота, неприятный привкус во рту, жжение в эпигастрии, нередко изжога, которая говорит о нарушении эвакуации из желудка и забросе желудочного содержимого в пищевод). Эти проявления чаще возникают при определенных формах хронического антрального гастрита, которые ведут к нарушению эвакуации из желудка, повышению внутрижелудочного давления, усилению гастроэзофагеального рефлюкса и обострению всех перечисленных симптомов. При хроническом гастрите тела желудка проявления встречаются нечасто и сводятся преимущественно к тяжести в эпигастральной области, возникающей во время или вскоре после еды.

У больных с Helicobacter pylori-ассоциированным хроническим гастритом, длительное время протекающим с повышением секреторной функцией желудка, могут появиться признаки «кишечной» диспепсии в виде расстройств дефекации. Часто они носят эпизодический характер и нередко становятся основой для формирования синдрома раздражённого кишечника(желудочно-тонкокишечный, желудочно-толстокишечный рефлюкс).

Общие расстройства могут проявляться следующими синдромами:
  • слабостью, раздражительностью, нарушениями со стороны сердечно-сосудистой системы — кардиалгии, аритмии, артериальной неустойчивостью;

  • у пациентов с атрофическим хроническим гастритом может развиться симптомокомплекс, схожий с демпинг-синдромом (внезапная слабость, бледность, потливость, сонливость, возникающие вскоре после еды), иногда сочетающихся с расстройствами кишечника, с императивным позывом к стулу;

  • у пациентов с хроническим гастритом тела желудка и развитием В12-дефицитной анемии появляются слабость, повышенная утомляемость, сонливость, наблюдается снижение жизненного тонуса и утрата интереса к жизни; возникают боли и жжение во рту, языке, симметричные парестезии в нижних и верхних конечностях;

  • у пациентов с Helicobacter pylori-ассоциированным антральным хроническим гастритом с повышенной кислотностьювозможно развитие язвенноподобных симптомов, свидетельствующих о возможном предъязвенном состоянии.

Диагностика

Установление клинического диагноза основывается на определении типа хронического гастрита, оценке степени распространенности морфологических признаков заболевания, наличии и выраженности нарушений функции желудка.

Этапы диагностики хронического гастрита:

  • Клиническая диагностика — анализируются жалобы больного, анамнез, данные осмотра пациента, высказывается предположительный диагноз и составляется рациональный план инструментального обследования.
  • Эндоскопическая диагностика с обязательной биопсией — уточняется наличие Helicobacter pylori, характер и локализация изменений слизистой оболочки желудка, наличие предраковых изменений слизистой оболочки желудка. Для биопсии берётся не менее чем 5 фрагментов (2 — из антрального отдела, 2 — из тела желудка, 1 — из угла желудка).
  • Лабораторная диагностика — клинический анализ крови, биохимический анализ крови, клинический анализ мочи,клинический анализ кала, анализ кала на скрытую кровь, выявление инфекции Helicobacter pylori.
  • Ультразвуковое исследование печени, поджелудочной железы, желчного пузыря — для выявления сопутствующих заболеваний желудочно-кишечного тракта.
  • Внутрижелудочная рН-метрия — определение состояния секреции и диагностика функциональных нарушений при кислотозависимых заболеваниях ЖКТ.
  • Электрогастроэнтерография — исследование моторно-эвакуаторной функции желудочно-кишечного тракта с целью определения дуоденогастрального рефлюкса.
  • Манометрия верхних отделов желудочно-кишечного тракта, с помощью которой определяется наличие или отсутствие рефлюкс-гастрита (в норме в двенадцатиперстной кишке давление 80-130 мм вод. ст., у пациентов с рефлюкс-гастритом оно повышено до 200-240 мм вод. ст.).

Лечение хронического гастрита

Лечение хронического гастрита производят амбулаторно, курс лечения, включая диагностику, рассчитан на 14 дней. Из медикаментозных средств для лечения хронического гастрита применяют ингибиторы протонного насоса, блокаторы h3-гистаминовых рецепторов, прокинетики, селективные М-холинолитики, антациды. Для некоторых форм Helicobacter pylori-ассоциированного гастрита рекомендуется эрадикация (уничтожение) Helicobacter pylori.

Эрадикация Helicobacter pylori

Основная статья: Эрадикация Helicobacter pylori

Среди других форм хронического гастрита преобладает Helicobacter pylori — ассоциированный гастрит антрального отдела желудка. Для его лечения согласительным совещанием «Маастрихт-III» (2005 год) в качестве терапии первой линии рекомендована тройная схема эрадикации, включающая один из ингибиторов протонного насоса и два антибактериальных средства: кларитромицин и амоксициллин. При неудаче эрадикации предлагается терапия второй линии, включающая четыре препарата: ингибитор протонного насоса, висмута трикалия дицитрат, метронидазол и тетрациклин.

В то же время ряд специалистов полагает, что из-за возможных проблем, которые могут проявиться в результате приёма антибиотиков, проводить эрадикацию Helicobacter pylori не имеет смысла, хотя и имеется шанс, что она поможет. При этом другие врачи считают, что некоторые формы гастритов, в частности Helicobacter pylori — ассоциированный атрофический гастрит, требует обязательной эрадикации Helicobacter pylori.

Режим питания

При обострении гастрита необходима щадящая диета. Больным гастритом противопоказаны шоколад, кофе, газированные напитки, алкоголь, консервы, концентраты и суррогаты любых продуктов, пряности, специи, а также продукция предприятий быстрого питания, блюда, провоцирующие брожение (молоко, сметана, виноград, чёрный хлеб и т. п.), копчёная, жирная и жареная пища, изделия из сдобного теста. При этом питание должно быть разнообразным и богатым белками ивитаминами. По окончании острого состояния питание должно становиться полноценным с соблюдением стимулирующего принципа в период ремиссии у больных с пониженной кислотностью. Рекомендуется дробный приём пищи, по 5-6 раз в сутки.

Атрофический гастрит: история вопроса, патофизиология, этиология

  • Crafa P, Russo M, Miraglia C, et al. От Сидни до Ольги: обзор атрофического гастрита. Акта Биомед . 2018 17 декабря. 89 (8-S): 93-9. [Медлайн].

  • Родригес-Кастро К.И., Франчески М., Миралья С. и др. Аутоиммунные заболевания при аутоиммунном атрофическом гастрите. Акта Биомед . 2018 17 декабря. 89 (8-S): 100-3. [Медлайн].

  • Янаока К., Ока М, Охата Х и др.Ликвидация Helicobacter pylori предотвращает развитие рака у субъектов с легкой атрофией желудка, определяемой по уровням пепсиногена в сыворотке крови. Инт Дж. Рак . 2009 декабрь 1. 125 (11): 2697-703. [Медлайн].

  • Vannella L, Lahner E, Annibale B. Риск неоплазий желудка у пациентов с хроническим атрофическим гастритом: критическая переоценка. Мир Дж. Гастроэнтерол . 2012 28 марта. 18 (12): 1279-85. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Век Миннесота, Гао Л., Бреннер Х.Инфекция Helicobacter pylori и хронический атрофический гастрит: ассоциации в зависимости от тяжести заболевания. Эпидемиология . 2009 июл.20 (4): 569-74. [Медлайн].

  • Тахара Т., Шибата Т., Ван Ф.Й. и др. Аллель маннан-связывающего лектина B связан с риском развития более тяжелой атрофии слизистой оболочки желудка у японских пациентов, инфицированных Helicobacter pylori. евро J Гастроэнтерол Hepatol . 2009 21 июля (7): 781-6. [Медлайн].

  • Гао Л., Век Миннесота, Нитерс А., Бреннер Х.Обратная связь между провоспалительным генетическим профилем и серопозитивностью Helicobacter pylori у пациентов с хроническим атрофическим гастритом: усиление элиминации инфекции во время прогрессирования заболевания ?. евро J Cancer . 2009 ноябрь 45 (16): 2860-6. [Медлайн].

  • Родригес-Кастро К.И., Франчески М., Ното А. и др. Клинические проявления хронического атрофического гастрита. Акта Биомед . 2018 17 декабря. 89 (8-S): 88-92. [Медлайн].

  • Гао Л., Век М.Н., Штегмайер С., Ротенбахер Д., Бреннер Х.Употребление алкоголя и хронический атрофический гастрит: популяционное исследование среди 9 444 пожилых людей из Германии. Инт Дж. Рак . 2 июня 2009 г. 125 (12): 2918-22. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Палладино М., Кьюзоло П., Реддиконто Г. и др. Полиморфизм MTHFR связан с дефицитом витамина B12, связанным с атрофическим гастритом. Биохим Генет . 2009 окт.47 (9-10): 645-50. [Медлайн].

  • Ланер Э, Норман Г.Л., Севери С. и др.Повторная оценка внутреннего фактора и аутоантител к париетальным клеткам при атрофическом гастрите в отношении дефицита кобаламина. Ам Дж. Гастроэнтерол . 2009 август 104 (8): 2071-9. [Медлайн].

  • Stummvoll GH, DiPaolo RJ, Huter EN, et al. Аутоиммунный гастрит, индуцированный эффекторными Т-клетками Th2, Th3 и Th27, различается по патологической картине и чувствительности к подавлению регуляторными Т-клетками. Дж Иммунол . 2008 г. 1. 181 (3): 1908-16. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Huter EN, Stummvoll GH, DiPaolo RJ, Glass DD, Shevach EM. Предварительно дифференцированные эффекторные Т-клетки Th2 и Th27 при аутоиммунном гастрите: Ag-специфические регуляторные Т-клетки являются более мощными супрессорами, чем поликлональные регуляторные Т-клетки. Инт Иммунофармакол . 2009 Май. 9 (5): 540-5. [Медлайн].

  • Яги К., Накамура А., Секин А., Грэм Д. Особенности атрофической слизистой оболочки тела в трех случаях аутоиммунного гастрита, выявленные при увеличительной эндоскопии. История болезни Med . 2012. 2012: 368160. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Zhang Y, Weck MN, Schottker B, et al. Антитела к париетальным клеткам желудка, инфекция Helicobacter pylori и хронический атрофический гастрит: данные крупного популяционного исследования в Германии. Биомаркеры эпидемиологии рака Предыдущая . 2013 май. 22 (5): 821-6. [Медлайн].

  • Chen WC, Warner RRP, Harpaz N, Zhu H, Roayaie S, Kim MK. Нейроэндокринная опухоль желудка и гастринома двенадцатиперстной кишки с хроническим аутоиммунным атрофическим гастритом. Поджелудочная железа . 2019 января 48 (1): 131-4. [Медлайн].

  • Massironi S, Cavalcoli F, Rossi RE, et al. Хронический аутоиммунный атрофический гастрит, связанный с первичным гиперпаратиреозом: трансверсальное проспективное исследование. евро J Эндокринол . 2013 май. 168 (5): 755-61. [Медлайн].

  • [Рекомендации] Early DS, Lightdale JR, Vargo JJ 2nd, et al, для Комитета по стандартам практики ASGE. Рекомендации по седации и анестезии при эндоскопии ЖКТ. Гастроинтест Endosc . 2018 Февраль 87 (2): 327-37. [Медлайн].

  • Зоалфагари А., Алетаха Н., Рушан Н., Таслими Р., Фороутан Х., Фаридния Б. Точность пепсиногенов для ранней диагностики атрофического гастрита и рака желудка у населения Ирана. Med J Islam Repub Iran . 2014. 28: 150. [Медлайн].

  • Zagari RM, Rabitti S, Greenwood DC, Eusebi LH, Vestito A, Bazzoli F. Систематический обзор с метаанализом: диагностическая эффективность комбинации сывороточных анализов пепсиногена, гастрина-17 и анти-Helicobacter pylori для диагностики атрофический гастрит. Алимент Фармакол Тер . 2017 Октябрь 46 (7): 657-67. [Медлайн].

  • Питтман ME, Voltaggio L, Bhaijee F, Robertson SA, Montgomery EA. Аутоиммунный метапластический атрофический гастрит: выявление предшественников поражений для соответствующей оценки пациента. Am J Surg Pathol . 2015 Декабрь 39 (12): 1611-20. [Медлайн].

  • Capella C, Fiocca R, Cornaggia M. Аутоиммунный гастрит. Грэм Д.Ю., Гента Р.М., Диксон М.Ф., ред. Гастрит .Филадельфия, Пенсильвания: Липпинкотт Уильямс; 1999. 79-96.

  • Корреа П. Канцерогенез желудочного сока человека: многоэтапный и многофакторный процесс — Лекция первой премии Американского онкологического общества по эпидемиологии и профилактике рака. Cancer Res . 1992 15 декабря. 52 (24): 6735-40. [Медлайн].

  • Диксон М.Ф., Гента Р.М., Ярдли Дж. Х. Классификация и градация гастрита. Обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. Am J Surg Pathol . 1996 20 октября (10): 1161-81. [Медлайн].

  • Депутат Доре, Леандро Дж., Реалди Дж., Сепульведа А.Р., Грэм Д.Ю. Влияние устойчивости антибиотиков к метронидазолу и кларитромицину до лечения на исход терапии Helicobacter pylori: метааналитический подход. Dig Dis Sci . 2000, январь, 45 (1): 68-76. [Медлайн].

  • Franceschi F, Genta RM, Sepulveda AR. Слизистая оболочка желудка: отдаленные результаты после излечения от инфекции Helicobacter pylori. Дж Гастроэнтерол . 2002. 37 Suppl 13: 17-23. [Медлайн].

  • Гао Л., Век М.Н., Раум Э. и др. Размер родства, инфекция Helicobacter pylori и хронический атрофический гастрит: популяционное исследование среди 9444 пожилых людей из Германии. Int J Epidemiol . 2010 Февраль 39 (1): 129-34. [Медлайн].

  • Грэм Д.Ю. Терапия Helicobacter pylori: текущее состояние и проблемы. Гастроэнтерология . 2000, февраль 118 (2 приложение 1): S2-8.[Медлайн].

  • Graham DY, Belson G, Abudayyeh S, et al. Дважды в день (в середине дня и вечером) четырехкратная терапия инфекции H. pylori в США. Dig Liver Dis . 2004 июн. 36 (6): 384-7. [Медлайн].

  • Хершко С., Хоффбранд А.В., Керет Д. и др. Роль аутоиммунного гастрита, Helicobacter pylori и целиакии в рефрактерной или необъяснимой железодефицитной анемии. Haematologica . 2005 Май. 90 (5): 585-95.[Медлайн].

  • Иноуэ Т., Уедо Н., Исихара Р. и др. Автофлуоресцентная визуализирующая видеоэндоскопия в диагностике хронического атрофического фундального гастрита. Дж Гастроэнтерол . 2010 Январь 45 (1): 45-51. [Медлайн].

  • Konturek PC, Konturek SJ, Brzozowski T. Инфекция Helicobacter pylori в канцерогенезе желудка. J Physiol Pharmacol . 2009 Сентябрь 60 (3): 3-21. [Медлайн].

  • Красинскас AM, Abraham SC, Metz DC, et al.Псевдополипы Oxyntic слизистой оболочки: проявление атрофического аутоиммунного гастрита. Am J Surg Pathol . 2003 27 февраля (2): 236-41. [Медлайн].

  • Лайемо А.О., Камангар Ф., Маркус П.М. и др. Атрофический гастрит и риск возникновения колоректального рака. Контроль причин рака . 2010 21 января (1): 163-70. [Медлайн].

  • Леунг В.К., Ким Дж.Дж., Ким Дж. Микросателлитная нестабильность при кишечной метаплазии желудка у пациентов с раком желудка и без него. Ам Дж. Патол . 2000 Февраль 156 (2): 537-43. [Медлайн].

  • Malfertheiner P, Megraud F, O’Morain C, et al. Современные концепции управления инфекцией Helicobacter pylori — Консенсусный отчет Маастрихт 2-2000. Алимент Фармакол Тер . 2002 16 февраля (2): 167-80. [Медлайн].

  • Rugge M, Genta RM. Стадия и классификация хронического гастрита. Хум Патол . 2005 марта, 36 (3): 228-33. [Медлайн].

  • Шин С.М., Ким Н., Ли Х.С. и др.Валидация диагностических тестов на Helicobacter pylori в отношении степени атрофического гастрита и / или кишечной метаплазии. Хеликобактер . 2009 г., 14 (6): 512-9. [Медлайн].

  • Сиппонен П., Харконен М., Аланко А. и др. Диагностика атрофического гастрита по образцу сыворотки крови. Clin Lab . 2002. 48 (9-10): 505-15. [Медлайн].

  • Ваананен Х., Ваухконен М., Хелске Т. и др. Неэндоскопическая диагностика атрофического гастрита с помощью анализа крови.Корреляция между гистологией желудка и уровнями гастрина-17 и пепсиногена I в сыворотке крови: многоцентровое исследование. евро J Гастроэнтерол Hepatol . 2003 15 августа (8): 885-91. [Медлайн].

  • Whittingham S, Mackay IR. Аутоиммунный гастрит: исторические предшественники, выдающиеся открытия и нерешенные проблемы. Int Rev Immunol . 2005 янв-апр. 24 (1-2): 1-29. [Медлайн].

  • Парсонс Б.Н., Ияз УЗ, Д’Амор Р. и др. Сравнение микробиоты желудка человека при гипохлоргидных состояниях, возникающих в результате атрофического гастрита, вызванного Helicobacter pylori, аутоиммунного атрофического гастрита и применения ингибиторов протонной помпы. PLoS Pathog . 2017 13 ноября (11): e1006653. [Медлайн].

  • Мосс SF. Клинические доказательства связи Helicobacter pylori с раком желудка. Cell Mol Gastroenterol Hepatol . 2017 марта 3 (2): 183-91. [Медлайн].

  • Икеда Ф., Шиката К., Хата Дж. И др. Комбинация антител Helicobacter pylori и сывороточного пепсиногена как хороший инструмент прогнозирования заболеваемости раком желудка: 20-летние проспективные данные исследования Hisayama. J Epidemiol . 2016 5 декабря. 26 (12): 629-36. [Медлайн].

  • Коно С., Готода Т., Йошида С. и др. Может ли эндоскопическая атрофия предсказать гистологическую атрофию? Историческое исследование в Великобритании и Японии. Мир Дж. Гастроэнтерол . 2015 14 декабря. 21 (46): 13113-23. [Медлайн].

  • Как оценить степень тяжести атрофического гастрита

    World J Gastroenterol. 2011 7 апреля; 17 (13): 1690–1693.

    Yan-Cheng Dai, Zhi-Peng Tang, Ya-Li Zhang, отделение гастроэнтерологии, больница Longhua при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, Шанхай 200032, Китай

    Yan-Cheng Dai, Zhi-Peng Tang, Ya- Ли Чжан, Институт болезней органов пищеварения при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, Шанхай 200032, Китай

    Вклад авторов: Дай YC, Tang ZP и Zhang YL внесли равный вклад в эту статью.

    Для корреспонденции: Zhi-Peng Tang, MD, отделение гастроэнтерологии, больница Longhua при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, 725 South Wanpin Road, Шанхай 200032, Китай. [email protected]

    Телефон: + 86-21-64385700 Факс: + 86-21-64392310

    Поступила в редакцию 16 сентября 2010 г .; Пересмотрено 1 декабря 2010 г .; Принято 8 декабря 2010 г.

    Copyright © 2011 Baishideng Publishing Group Co., Limited. Все права защищены.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

    Abstract

    Атрофический гастрит является основным последствием давней инфекции Helicobacter pylori и связан с развитием рака желудка. Тяжесть атрофического гастрита связана с пожизненным риском развития рака желудка, особенно с точки зрения его степени и степени повреждения слизистой оболочки. Поэтому для клиницистов важно оценить тяжесть атрофического гастрита, вмешаться в развитие болезни и обратить атрофию слизистой оболочки желудка.В статье мы продемонстрировали некоторые методы (обычная эндоскопия, современные эндоскопические технологии и неинвазивные методы), которые могут помочь оценить тяжесть атрофического гастрита и выбрать разумные протоколы лечения.

    Ключевые слова: Атрофический гастрит, эндоскопия, пепсиноген

    ВВЕДЕНИЕ

    Атрофический гастрит (АГ) — это гистопатологическое заболевание, которое характеризуется хроническим воспалением слизистой оболочки желудка с потерей железистых клеток желудка и замещением эпителием кишечного типа, железы пилорического типа и фиброзная ткань.Атрофия слизистой оболочки желудка является конечной точкой хронических процессов, таких как хронический гастрит, связанный с инфекцией Helicobacter pylori ( H. pylori ), другими неустановленными факторами окружающей среды и аутоиммунитетом, направленным против железистых клеток желудка [1]. Было установлено, что люди с АГ имеют высокий риск рака желудка [2, 3], и сообщалось, что примерно у 10% пациентов с АГ средней или тяжелой степени разовьются злокачественные новообразования желудка в течение среднего периода наблюдения 7 .8 лет [4]. Таким образом, оценка степени тяжести АГ может быть важной проблемой для ведения таких пациентов, поскольку ее особенности (т.е. распространение атрофии, кишечной метаплазии и гипохлоргидрии) могут рассматриваться как потенциальные суррогатные маркеры повышенного риска рака желудка. Здесь мы демонстрируем некоторые методы, используемые для оценки степени тяжести АГ.

    ОПРЕДЕЛЕНИЕ И КЛАССИФИКАЦИЯ AG

    Атрофия слизистой оболочки желудка определяется как потеря соответствующих желез, которая возникает, когда железы, поврежденные воспалением, заменяются либо соединительной тканью (рубцевание), либо железистыми структурами, не подходящими для местоположения (метаплазия).Чаще всего, как и в слизистой оболочке антрального отдела, метапластическая трансформация предполагает фенотип желез, выстланных эпителием кишечного типа (IM), но в оксинтической слизистой оболочке она также может принимать форму секретирующих муцин антральных желез (псевдопилорическая метаплазия). [5]. Традиционно АГ можно разделить на атрофию тела желудка и атрофию желудочков синусов: первая в основном связана с аутоиммунными заболеваниями, а вторая часто связана с инфекцией H. pylori [6,7]. Однако в общей практике диагностика атрофии и ИМ затруднительна из-за неудовлетворительного соглашения между наблюдателями среди патологов, поэтому в 2000 году международная группа патологов из Atrophy Club еще раз пересмотрела спектр атрофии желудка и ИМ и предложила упрощенный определение атрофии, которое включает метапластическую и неметапластическую категории, что делает метаплазию абсолютным понятием, демонстрирующим тяжесть заболевания [5].

    ОБЫЧНАЯ ЭНДОСКОПИЯ И AG

    В 2003 году Китайское общество эндоскопии пищеварительной системы установило на совещании в Даляне эндоскопические критерии хронического гастрита. Рубцовые поражения характеризовались следующими признаками: атрофия слизистой оболочки, зернистая слизистая оболочка, уплощенные складки, серый эпителий кишечного типа и проницаемость кровеносных сосудов. AG был разделен на три типа гребней: (1) мелкозернистая слизистая оболочка, проницаемость некоторых кровеносных сосудов и единичный узелок серого эпителия кишечного типа; (2) среднезернистая слизистая оболочка, проницаемость кровеносных сосудов, множественные узелки серого эпителия кишечного типа; и (3) крупнозернистая слизистая оболочка, кровеносные сосуды видны до поверхности, диффузные узелки серого эпителия кишечного типа [8].

    УВЕЛИЧИВАЮЩАЯ ЭНДОСКОПИЯ И AG

    Увеличивающая эндоскопия была разработана для визуализации микроструктуры слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта и сосудов слизистой оболочки, что позволяет получить увеличенное изображение до 200 раз [9]. Считается, что рисунки ямок, наблюдаемые на поверхности слизистой оболочки, отражают расположение и структуру поверхностного эпителия, морфологию, количество, распределение и функцию желез, отек и воспаление слизистой оболочки, а также морфологию, расположение, количество и распределение сосудов.Основными элементами микроструктуры на поверхности слизистой оболочки желудка являются бесчисленные желудочные ямки, которые образуют желудочные области, разделенные малыми желудочными бороздками (также называемыми интервальными бороздками). Будучи отверстиями желез, ямки желудка первыми претерпевают структурные изменения из-за поражения слизистой оболочки желудка. Яги и др. [10] полагали, что атрофия слизистой оболочки желудка проявляется в том, что ямка желудка стала белой, увеличилась в размерах и была окружена участками эритемы. В исследовании Sakaki et al., Увеличивающие эндоскопические изображения ямок эрозии желудка были разделены на шесть типов: A (круглые точечные ямки), B (ямки с короткими стержнями), C (разреженные и сильно линейные), D (неоднородные), E ( ворсинки) и F (нечеткие или исчезновение ямок или патологическая гиперплазия кровеносных капилляров) [11].Юань и др. [12] использовали увеличительную эндоскопию в сочетании с окрашиванием метиленовым синим для исследования микроструктуры слизистой оболочки желудка у 180 пациентов с эрозией желудка. Их результаты показали, что типы A и B были обнаружены в нормальной слизистой оболочке желудка, а типы C-F были обнаружены в слизистой оболочке желудка с активным воспалением, атрофическим воспалением, кишечной метаплазией и дисплазией различной степени. Слизистая оболочка типа E (81,8%) предполагала кишечную метаплазию, тип F указывал на наличие дисплазии (86.3%), а тип F с аномальной гиперплазией кровеносных капилляров предполагал дисплазию (89,9%).

    УВЕЛИЧЕНИЕ УЗКОПОЛОСНОЙ визуализации И AG

    Узкополосная визуализация (NBI) — это метод эндоскопической визуализации для улучшенной визуализации микроскопической структуры слизистой оболочки и капилляров поверхностного слоя слизистой оболочки. Изображения получаются с использованием более узких полос красного, синего и зеленого фильтров, которые отличаются от обычных красно-зелено-синих фильтров [13]. Сочетание системы NBI и эндоскопии с увеличением позволяет легко и четко визуализировать микроскопические структуры поверхностной слизистой оболочки и ее капиллярные узоры [14].В исследовании Tahara et al [15] паттерны слизистой оболочки желудка, наблюдаемые при увеличении NBI в не вовлеченном теле желудка, были разделены на следующие категории: нормальные маленькие круглые ямки с регулярными субэпителиальными капиллярными сетями; тип 1, слегка увеличенные, круглые ямки с нечеткой или неправильной сеткой субэпителиальных капилляров; тип 2 — явно увеличенные, овальные или удлиненные ямки с повышенной плотностью сосудов неправильной формы; и тип 3 — хорошо разграниченные овальные или трубчато-словесные ямки с хорошо заметными спиралевидными или волнистыми сосудами.Они обнаружили, что структура слизистой оболочки связана со степенью эндоскопической атрофии желудка. По мере того, как паттерн слизистой оболочки улучшался от нормального до типов 1, 2 и 3, одновременно увеличивалась степень эндоскопической атрофии слизистой оболочки желудка. Чувствительность и специфичность для типов 1, 2 и 3 для обнаружения инфекции H. pylori и типа 3 для обнаружения кишечной метаплазии составили 95,2%, 82,2%, 73,3% и 95,6% соответственно. Uedo et al [16] обнаружили в своем исследовании, что появление голубого гребня на поверхности эпителия коррелировало с гистологическими признаками кишечной метаплазии с чувствительностью 89% (95% ДИ: 83-96), специфичностью 93%. (95% ДИ: 88-97), положительная прогностическая ценность 91% (95% ДИ: 85-96), отрицательная прогностическая ценность 92% (95% ДИ: 87-97) и точность 91% (95% ДИ: 88-95).

    АВТОФЛУОРЕСЦЕНТНАЯ ВИДЕОЭНДОСКОПИЯ И AG

    Автофлуоресцентная визуализация (AFI) создает псевдоцветные изображения в реальном времени на основе аутофлуоресценции естественной ткани, испускаемой световым возбуждением от эндогенных флуорофоров, таких как коллаген, никотинамид и денин . AFI позволяет обнаруживать особенности слизистой оболочки, невидимые при обычной эндоскопии, поэтому может улучшить идентификацию и характеристику предракового статуса слизистой оболочки желудка [17,18].

    Флуоресценция почти пурпурная, более слабая в нормальной слизистой оболочке желудочной железы, чем в слизистой оболочке привратника. Когда слизистая оболочка желудка атрофирована, ее цвет зеленый, такой же, как у слизистой оболочки привратника. Биопсия желудка берется отдельно от фиолетовой и зеленой области для патологических исследований, а зеленая область значительно увеличивается при АГ и кишечной метаплазии [19]. Степень хронического атрофического фундального гастрита (CAFG) рассматривалась как зеленые области в теле желудка и была классифицирована по шести категориям Inoue et al [20]: AF-C-I, все тело желудка выглядит от фиолетового до темно-зеленого; AF-CII, цветная граница на малой кривизне наблюдалась в нижней части тела желудка; AF-C-III, цветная граница на малой кривизне в верхней части тела желудка; AF-O-I, цветная граница между малой кривизной и передней стенкой; AF-O-II, цветная граница между передней стенкой и большой кривизной; и AF-O-III, цветная граница на большей кривизне, проксимальнее нижней части тела желудка.Они обнаружили, что диагностическая точность зеленых зон в теле желудка пациентов по активности, воспалению, атрофии и кишечной метаплазии составила 64%, 93%, 88% и 81% соответственно. Однако диагностическая точность AFI не сравнивалась с точностью изображений в белом свете в отношении гистологии. Поэтому неизвестно, превосходит ли AFI точность изображений в белом свете.

    БИОМАРКЕРЫ СЫВОРОТКИ И AG

    Пепсиноген I и II

    Пепсиногены (PG) представляют собой аспарагиновые протеиназы, которые в основном секретируются клетками желудка.Их можно иммунологически разделить на два основных типа: пепсиноген I (PGI) и пепсиноген II (PGII). PGI секретируется только слизистой оболочкой дна желудка, тогда как PGII секретируется сердечной, фундальной и антральной слизистой оболочкой желудка, а также слизистой оболочкой двенадцатиперстной кишки [21]. У пациентов с атрофией фундального отдела желудка средняя концентрация PGI в сыворотке ниже, чем у пациентов без атрофии. Оба типа слизистых оболочек секретируют PGII, однако уровни PGII в сыворотке остаются стабильными или повышаются при прогрессировании от нормального желудка к желудку с тяжелой атрофией [22].Чистыми эффектами тяжелой атрофии на концентрации PG в сыворотке являются более низкие PGI и стабильные или повышенные PGII, что приводит к более низкому соотношению PGI / II [22]. Ren et al [23] подтвердили сильную связь между атрофией фундального отдела желудка и PG, как оценивалось по низкому соотношению PGI и PGI / II в сыворотке в проспективном исследовании. Они обнаружили, что по сравнению с субъектами с отношением PGI / II> 4, у пациентов с отношением ≤ 4 отношение рисков (HR) составляло 2,72 (95% ДИ: 1,77-4,20) и 2,12 (95% ДИ: 1,42- 3.16) для внесердечной и сердечной аденокарциномы желудка соответственно.Storskrubb и др. [24] обнаружили, что фенотип гастрита характеризуется нормальными уровнями сывороточных PG (PGI ≥ 25 нг / мл и PGI / PGIIratio ≥ 3 указывает на то, что слизистая оболочка тела нормальна). Для диагностики атрофического гастрита тела использовались следующие три различных критерия [25–27]: легкая: PGI ≤ 70 нг / мл и соотношение PGI / II ≤ 3,0; Умеренные: PGI ≤ 50 нг / мл и PGI / II ≤ 3,0; Строгие: PGI ≤ 30 нг / мл и PGI / II ≤ 2,0. Оба пороговых значения для PGI и PGI / II должны выполняться одновременно по каждому критерию.

    Гастрин-17

    Гастрин-17 (G-17) секретируется исключительно G-клетками антрального отдела желудка. Уровень G-17 снижается при атрофии в этой области [28]. Leja et al [29] обнаружили, что G-17 <5 пмоль / л связан с атрофией в антральной области ( P = 0,007) с чувствительностью 36,8% и специфичностью 86,5%. Они указали, что G-17, используемый для обнаружения атрофии в антральном отделе желудка, требует дальнейших исследований из-за его низкой чувствительности.

    Тестирование на H. pylori

    H. pylori теперь признано основной причиной рака желудка и классифицируется ВОЗ как канцероген группы I [30,31]. Инфекция H. pylori вызывает стойкий хронический гастрит, который у восприимчивых людей может прогрессировать до атрофии, кишечной метаплазии и дисплазии и, наконец, рака желудка кишечного типа [31,32]. Почти все инфицированные люди (> 90%) обнаруживают антител IgG, специфичных к H. pylori . У большинства (70%) этих людей также обнаруживаются антитела IgA и H.Белки Pylori, включая белок цитотоксин-ассоциированного гена A (CagA) и белок цитотоксина A (VacA), вакуолизирующий. Эти белки используются для тестирования H. pylori . Комбинированное использование серологических биомаркеров (PGI, PGII, G-17 и антитела H. pylori ) демонстрирует высокую точность в качестве неинвазивного метода диагностики атрофии желудка, который широко распространен среди населения в целом [23,24,33] .

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    В случаях АГ его тяжесть в основном связана с пожизненным риском развития рака желудка, особенно с точки зрения степени и распространения повреждения слизистой оболочки.Применение традиционной эндоскопии, современных эндоскопических технологий и неинвазивных методов полезно для выявления пациентов с атрофическим гастритом с повышенным риском злокачественных новообразований желудка. Использование этих технологий для оценки степени тяжести атрофического гастрита, предотвращения прогрессирования заболевания и устранения атрофии слизистой оболочки желудка — важные вопросы для клиницистов.

    Сноски

    При поддержке Shanghai Leading Academic Discipline Project, No.J50305

    Рецензент: Херардо Нардоне, доктор медицины, профессор отделения клинической и внутренней медицины, отделение гастроэнтерологии, Via Pansini 5 Napoli80131, Италия

    S-Editor Sun H L-Editor Ma JY E- Editor Ma WH

    Ссылки

    1. Йошимура Т., Шимояма Т., Танака М., Сасаки Ю., Фукуда С., Мунаката А. Воспаление слизистой оболочки желудка и обмен эпителиальных клеток связаны с раком желудка у пациентов с инфекцией Helicobacter pylori. J Clin Pathol. 2000; 53: 532–536.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 2. Куросава М., Кикучи С., Инаба Ю., Исибаши Т., Кобаяси Ф. Инфекция Helicobacter pylori среди японских детей. J Gastroenterol Hepatol. 2000; 15: 1382–1385. [PubMed] [Google Scholar] 3. Китахара Ф., Шимазаки Р., Сато Т., Кодзима Ю., Морозуми А., Фуджино М. А.. Тяжелый атрофический гастрит с инфекцией Helicobacter pylori и рак желудка. Рак желудка. 1998. 1: 118–124. [PubMed] [Google Scholar] 4. Уэмура Н., Окамото С., Ямамото С., Мацумура Н., Ямагути С., Ямакидо М., Танияма К., Сасаки Н., Шлемпер Р.Дж.Инфекция Helicobacter pylori и развитие рака желудка. N Engl J Med. 2001; 345: 784–789. [PubMed] [Google Scholar] 5. Rugge M, Correa P, Dixon MF, Fiocca R, Hattori T, Lechago J, Leandro G, Price AB, Sipponen P, Solcia E, et al. Атрофия слизистой оболочки желудка: согласованность между наблюдателями с использованием новых критериев классификации и классификации. Алимент Pharmacol Ther. 2002; 16: 1249–1259. [PubMed] [Google Scholar] 6. Checchi S, Montanaro A, Pasqui L, Ciuoli C, Cevenini G, Sestini F, Fioravanti C, Pacini F.Грелин в сыворотке крови как маркер атрофического гастрита у пациентов с антителами к париетальным клеткам. J Clin Endocrinol Metab. 2007. 92: 4346–4351. [PubMed] [Google Scholar] 7. Вейола Л.И., Оксанен А.М., Сиппонен П.И., Раутелин Х.И. Ассоциация атрофического гастрита тела аутоиммунного типа с инфекцией Helicobacter pylori. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2010; 16: 83–88. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 8. Китайская медицинская ассоциация эндоскопии пищеварительной системы. Эндоскопическая классификация и стандарты исследований по лечению хронического гастрита.Чжунхуа Сяохуа Нэйцзин Зажжи. 2004; 21: 77–78. [Google Scholar] 9. Ли SH, Ryu CB, Jang JY, Cho JY. [Увеличивающая эндоскопия в верхних отделах желудочно-кишечного тракта] Korean J Gastroenterol. 2006. 48: 145–155. [PubMed] [Google Scholar] 10. Яги К., Накамура А., Секин А. Сравнение результатов эндоскопии с увеличением и результатов гистологических, посевных и уреазных тестов слизистой оболочки желудка. Эндоскопия. 2002; 34: 376–381. [PubMed] [Google Scholar] 11. Ян Дж. М., Чен Л., Фань Й. Л., Ли Х Х, Ю Х, Фанг, округ Колумбия. Эндоскопические картины слизистой оболочки желудка и ее клинико-патологическое значение.Мир Дж. Гастроэнтерол. 2003. 9: 2552–2556. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 12. Юань Х.Ф., Тан С.Б., Хуан С., Си Цзиньпин. Диагностическая ценность увеличительной хромоэндоскопии при предраковых поражениях желудка. Шицзе Хуарэн Сяохуа Зажжи. 2008; 16: 2052–2055. [Google Scholar] 13. Гоно К., Оби Т., Ямагути М., Охьяма Н., Мачида Х., Сано И., Йошида С., Хамамото Ю., Эндо Т. Появление улучшенных характеристик тканей при узкополосной эндоскопической визуализации. J Biomed Opt. 2004; 9: 568–577. [PubMed] [Google Scholar] 14. Эмура Ф, Сайто Й, Икемацу Х.Узкополосная визуализирующая оптическая хромоколоноскопия: преимущества и ограничения. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2008. 14: 4867–4872. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 15. Тахара Т., Шибата Т., Накамура М., Йошиока Д., Окубо М., Арисава Т., Хирата I. Структура слизистой оболочки желудка с помощью эндоскопии с увеличительной узкополосной визуализацией четко различает гистологическую и серологическую тяжесть хронического гастрита. Gastrointest Endosc. 2009. 70: 246–253. [PubMed] [Google Scholar] 16. Уэдо Н., Исихара Р., Ииси Х., Ямамото С., Ямамото С., Ямада Т., Иманака К., Такеучи Ю., Хигасино К., Исигуро С. и др.Новый метод диагностики кишечной метаплазии желудка: узкополосная визуализация с увеличительной эндоскопией. Эндоскопия. 2006; 38: 819–824. [PubMed] [Google Scholar] 17. Харингсма Дж., Титгат Г.Н., Яно Х., Ииши Х., Тацута М., Огихара Т., Ватанабе Х., Сато Н., Маркон Н., Уилсон BC и др. Автофлуоресцентная эндоскопия: возможность обнаружения новообразований желудочно-кишечного тракта, незаметных для эндоскопии в белом свете, с помощью развивающейся технологии. Gastrointest Endosc. 2001. 53: 642–650. [PubMed] [Google Scholar] 18. Кара М.А., Бергман Дж. Дж. Автофлуоресцентная визуализация и узкополосная визуализация для выявления ранних неоплазий у пациентов с пищеводом Барретта.Эндоскопия. 2006. 38: 627–631. [PubMed] [Google Scholar] 19. Като М., Уэдо Н., Исихара Р., Кизу Т., Чатани Р., Иноуэ Т., Масуда Е., Тацуми К., Такеучи Ю., Хигасино К. и др. Анализ цветовых паттернов раннего рака желудка с использованием автофлуоресцентной видеоэндоскопической системы. Рак желудка. 2009; 12: 219–224. [PubMed] [Google Scholar] 20. Иноуэ Т., Уэдо Н., Исихара Р., Кавагути Т., Кавада Н., Чатани Р., Кизу Т., Тамай С., Такеучи Ю., Хигасино К. и др. Автофлуоресцентная визуализирующая видеоэндоскопия в диагностике хронического атрофического фундального гастрита.J Gastroenterol. 2010; 45: 45–51. [PubMed] [Google Scholar] 21. Самлофф И.М., Таггарт РТ. Пепсиногены, пепсины и язвенная болезнь. Clin Invest Med. 1987. 10: 215–221. [PubMed] [Google Scholar] 22. Самлофф И.М., Варис К., Ихамаки Т., Сирала М., Роттер Дж. Взаимосвязь между сывороточным пепсиногеном I, сывороточным пепсиногеном II и гистологией слизистой оболочки желудка. Исследование у родственников больных злокачественной анемией. Гастроэнтерология. 1982; 83: 204–209. [PubMed] [Google Scholar] 23. Ren JS, Kamangar F, Qiao YL, Taylor PR, Liang H, Dawsey SM, Liu B, Fan JH, Abnet CC.Пепсиногены сыворотки и риск рака желудка и пищевода в когорте исследования питания населения в целом. Кишечник. 2009. 58: 636–642. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 24. Storskrubb T, Aro P, Ronkainen J, Sipponen P, Nyhlin H, Talley NJ, Engstrand L, Stolte M, Vieth M, Walker M, Agréus L. Сывороточные биомаркеры обеспечивают точный метод диагностики атрофического гастрита в общей популяции: Каликсанда этюд. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2008; 43: 1448–1455. [PubMed] [Google Scholar] 25.Мики К., Морита М., Сасаджима М., Хосина Р., Канда Е., Урита Ю. Полезность скрининга рака желудка с использованием метода анализа сывороточного пепсиногена. Am J Gastroenterol. 2003. 98: 735–739. [PubMed] [Google Scholar] 26. Хаттори Ю., Таширо Х., Кавамото Т., Кодама Ю. Чувствительность и специфичность массового скрининга рака желудка с использованием измерения сывороточных пепсиногенов. Jpn J Cancer Res. 1995; 86: 1210–1215. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 27. Оиси Ю., Киёхара Ю., Кубо М., Танака К., Танизаки Ю., Ниномия Т., Дои Ю., Шиката К., Йонемото К., Широта Т. и др.Тест на пепсиноген в сыворотке как прогностический фактор рака желудка: исследование Хисаямы. Am J Epidemiol. 2006. 163: 629–637. [PubMed] [Google Scholar] 28. Sipponen P, Mäki T, Ranta P, Linnala A, Kääriäinen I, Helske T., Suovaniemi O, Härkönen M. Применение в крови уровней гастрина-17, пепсиногена I и антитела H.pylori для неэндоскопической диагностики атрофического гастрита. Доступно по адресу: http://www.biohit.com/pdf/ddwsip.pdf.29. Лея М., Купчинскас Л., Функа К., Судраба А., Йонайтис Л., Иванаускас А., Янчаускас Д., Кюделис Г., Чиу Х. М., Лин Дж. Т..Обоснованность метода биомаркеров для непрямого обнаружения атрофии слизистой оболочки желудка по сравнению со стандартной гистопатологией. Dig Dis Sci. 2009. 54: 2377–2384. [PubMed] [Google Scholar] 30. Шистосомы, печеночные двуустки и Helicobacter pylori. Рабочая группа МАИР по оценке канцерогенных рисков для людей. Лион, 7-14 июня 1994 г. IARC Monogr Eval Carcinog Risks Hum. 1994; 61: 1–241. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 31. Фокс JG, Ван TC. Helicobacter pylori — все-таки нехороший клоп! N Engl J Med. 2001; 345: 829–832.[PubMed] [Google Scholar] 32. Корреа П. Человеческая модель канцерогенеза желудка. Cancer Res. 1988. 48: 3554–3560. [PubMed] [Google Scholar] 33. Weck MN, Stegmaier C, Rothenbacher D, Brenner H. Эпидемиология хронического атрофического гастрита: популяционное исследование среди 9444 пожилых людей из Германии. Алимент Pharmacol Ther. 2007; 26: 879–887. [PubMed] [Google Scholar]

    Как оценить степень тяжести атрофического гастрита

    World J Gastroenterol. 2011 7 апреля; 17 (13): 1690–1693.

    Yan-Cheng Dai, Zhi-Peng Tang, Ya-Li Zhang, отделение гастроэнтерологии, больница Longhua при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, Шанхай 200032, Китай

    Yan-Cheng Dai, Zhi-Peng Tang, Ya- Ли Чжан, Институт болезней органов пищеварения при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, Шанхай 200032, Китай

    Вклад авторов: Дай YC, Tang ZP и Zhang YL внесли равный вклад в эту статью.

    Для корреспонденции: Zhi-Peng Tang, MD, отделение гастроэнтерологии, больница Longhua при Шанхайском университете традиционной китайской медицины, 725 South Wanpin Road, Шанхай 200032, Китай. [email protected]

    Телефон: + 86-21-64385700 Факс: + 86-21-64392310

    Поступила в редакцию 16 сентября 2010 г .; Пересмотрено 1 декабря 2010 г .; Принято 8 декабря 2010 г.

    Copyright © 2011 Baishideng Publishing Group Co., Limited. Все права защищены.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

    Abstract

    Атрофический гастрит является основным последствием давней инфекции Helicobacter pylori и связан с развитием рака желудка. Тяжесть атрофического гастрита связана с пожизненным риском развития рака желудка, особенно с точки зрения его степени и степени повреждения слизистой оболочки. Поэтому для клиницистов важно оценить тяжесть атрофического гастрита, вмешаться в развитие болезни и обратить атрофию слизистой оболочки желудка.В статье мы продемонстрировали некоторые методы (обычная эндоскопия, современные эндоскопические технологии и неинвазивные методы), которые могут помочь оценить тяжесть атрофического гастрита и выбрать разумные протоколы лечения.

    Ключевые слова: Атрофический гастрит, эндоскопия, пепсиноген

    ВВЕДЕНИЕ

    Атрофический гастрит (АГ) — это гистопатологическое заболевание, которое характеризуется хроническим воспалением слизистой оболочки желудка с потерей железистых клеток желудка и замещением эпителием кишечного типа, железы пилорического типа и фиброзная ткань.Атрофия слизистой оболочки желудка является конечной точкой хронических процессов, таких как хронический гастрит, связанный с инфекцией Helicobacter pylori ( H. pylori ), другими неустановленными факторами окружающей среды и аутоиммунитетом, направленным против железистых клеток желудка [1]. Было установлено, что люди с АГ имеют высокий риск рака желудка [2, 3], и сообщалось, что примерно у 10% пациентов с АГ средней или тяжелой степени разовьются злокачественные новообразования желудка в течение среднего периода наблюдения 7 .8 лет [4]. Таким образом, оценка степени тяжести АГ может быть важной проблемой для ведения таких пациентов, поскольку ее особенности (т.е. распространение атрофии, кишечной метаплазии и гипохлоргидрии) могут рассматриваться как потенциальные суррогатные маркеры повышенного риска рака желудка. Здесь мы демонстрируем некоторые методы, используемые для оценки степени тяжести АГ.

    ОПРЕДЕЛЕНИЕ И КЛАССИФИКАЦИЯ AG

    Атрофия слизистой оболочки желудка определяется как потеря соответствующих желез, которая возникает, когда железы, поврежденные воспалением, заменяются либо соединительной тканью (рубцевание), либо железистыми структурами, не подходящими для местоположения (метаплазия).Чаще всего, как и в слизистой оболочке антрального отдела, метапластическая трансформация предполагает фенотип желез, выстланных эпителием кишечного типа (IM), но в оксинтической слизистой оболочке она также может принимать форму секретирующих муцин антральных желез (псевдопилорическая метаплазия). [5]. Традиционно АГ можно разделить на атрофию тела желудка и атрофию желудочков синусов: первая в основном связана с аутоиммунными заболеваниями, а вторая часто связана с инфекцией H. pylori [6,7]. Однако в общей практике диагностика атрофии и ИМ затруднительна из-за неудовлетворительного соглашения между наблюдателями среди патологов, поэтому в 2000 году международная группа патологов из Atrophy Club еще раз пересмотрела спектр атрофии желудка и ИМ и предложила упрощенный определение атрофии, которое включает метапластическую и неметапластическую категории, что делает метаплазию абсолютным понятием, демонстрирующим тяжесть заболевания [5].

    ОБЫЧНАЯ ЭНДОСКОПИЯ И AG

    В 2003 году Китайское общество эндоскопии пищеварительной системы установило на совещании в Даляне эндоскопические критерии хронического гастрита. Рубцовые поражения характеризовались следующими признаками: атрофия слизистой оболочки, зернистая слизистая оболочка, уплощенные складки, серый эпителий кишечного типа и проницаемость кровеносных сосудов. AG был разделен на три типа гребней: (1) мелкозернистая слизистая оболочка, проницаемость некоторых кровеносных сосудов и единичный узелок серого эпителия кишечного типа; (2) среднезернистая слизистая оболочка, проницаемость кровеносных сосудов, множественные узелки серого эпителия кишечного типа; и (3) крупнозернистая слизистая оболочка, кровеносные сосуды видны до поверхности, диффузные узелки серого эпителия кишечного типа [8].

    УВЕЛИЧИВАЮЩАЯ ЭНДОСКОПИЯ И AG

    Увеличивающая эндоскопия была разработана для визуализации микроструктуры слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта и сосудов слизистой оболочки, что позволяет получить увеличенное изображение до 200 раз [9]. Считается, что рисунки ямок, наблюдаемые на поверхности слизистой оболочки, отражают расположение и структуру поверхностного эпителия, морфологию, количество, распределение и функцию желез, отек и воспаление слизистой оболочки, а также морфологию, расположение, количество и распределение сосудов.Основными элементами микроструктуры на поверхности слизистой оболочки желудка являются бесчисленные желудочные ямки, которые образуют желудочные области, разделенные малыми желудочными бороздками (также называемыми интервальными бороздками). Будучи отверстиями желез, ямки желудка первыми претерпевают структурные изменения из-за поражения слизистой оболочки желудка. Яги и др. [10] полагали, что атрофия слизистой оболочки желудка проявляется в том, что ямка желудка стала белой, увеличилась в размерах и была окружена участками эритемы. В исследовании Sakaki et al., Увеличивающие эндоскопические изображения ямок эрозии желудка были разделены на шесть типов: A (круглые точечные ямки), B (ямки с короткими стержнями), C (разреженные и сильно линейные), D (неоднородные), E ( ворсинки) и F (нечеткие или исчезновение ямок или патологическая гиперплазия кровеносных капилляров) [11].Юань и др. [12] использовали увеличительную эндоскопию в сочетании с окрашиванием метиленовым синим для исследования микроструктуры слизистой оболочки желудка у 180 пациентов с эрозией желудка. Их результаты показали, что типы A и B были обнаружены в нормальной слизистой оболочке желудка, а типы C-F были обнаружены в слизистой оболочке желудка с активным воспалением, атрофическим воспалением, кишечной метаплазией и дисплазией различной степени. Слизистая оболочка типа E (81,8%) предполагала кишечную метаплазию, тип F указывал на наличие дисплазии (86.3%), а тип F с аномальной гиперплазией кровеносных капилляров предполагал дисплазию (89,9%).

    УВЕЛИЧЕНИЕ УЗКОПОЛОСНОЙ визуализации И AG

    Узкополосная визуализация (NBI) — это метод эндоскопической визуализации для улучшенной визуализации микроскопической структуры слизистой оболочки и капилляров поверхностного слоя слизистой оболочки. Изображения получаются с использованием более узких полос красного, синего и зеленого фильтров, которые отличаются от обычных красно-зелено-синих фильтров [13]. Сочетание системы NBI и эндоскопии с увеличением позволяет легко и четко визуализировать микроскопические структуры поверхностной слизистой оболочки и ее капиллярные узоры [14].В исследовании Tahara et al [15] паттерны слизистой оболочки желудка, наблюдаемые при увеличении NBI в не вовлеченном теле желудка, были разделены на следующие категории: нормальные маленькие круглые ямки с регулярными субэпителиальными капиллярными сетями; тип 1, слегка увеличенные, круглые ямки с нечеткой или неправильной сеткой субэпителиальных капилляров; тип 2 — явно увеличенные, овальные или удлиненные ямки с повышенной плотностью сосудов неправильной формы; и тип 3 — хорошо разграниченные овальные или трубчато-словесные ямки с хорошо заметными спиралевидными или волнистыми сосудами.Они обнаружили, что структура слизистой оболочки связана со степенью эндоскопической атрофии желудка. По мере того, как паттерн слизистой оболочки улучшался от нормального до типов 1, 2 и 3, одновременно увеличивалась степень эндоскопической атрофии слизистой оболочки желудка. Чувствительность и специфичность для типов 1, 2 и 3 для обнаружения инфекции H. pylori и типа 3 для обнаружения кишечной метаплазии составили 95,2%, 82,2%, 73,3% и 95,6% соответственно. Uedo et al [16] обнаружили в своем исследовании, что появление голубого гребня на поверхности эпителия коррелировало с гистологическими признаками кишечной метаплазии с чувствительностью 89% (95% ДИ: 83-96), специфичностью 93%. (95% ДИ: 88-97), положительная прогностическая ценность 91% (95% ДИ: 85-96), отрицательная прогностическая ценность 92% (95% ДИ: 87-97) и точность 91% (95% ДИ: 88-95).

    АВТОФЛУОРЕСЦЕНТНАЯ ВИДЕОЭНДОСКОПИЯ И AG

    Автофлуоресцентная визуализация (AFI) создает псевдоцветные изображения в реальном времени на основе аутофлуоресценции естественной ткани, испускаемой световым возбуждением от эндогенных флуорофоров, таких как коллаген, никотинамид и денин . AFI позволяет обнаруживать особенности слизистой оболочки, невидимые при обычной эндоскопии, поэтому может улучшить идентификацию и характеристику предракового статуса слизистой оболочки желудка [17,18].

    Флуоресценция почти пурпурная, более слабая в нормальной слизистой оболочке желудочной железы, чем в слизистой оболочке привратника. Когда слизистая оболочка желудка атрофирована, ее цвет зеленый, такой же, как у слизистой оболочки привратника. Биопсия желудка берется отдельно от фиолетовой и зеленой области для патологических исследований, а зеленая область значительно увеличивается при АГ и кишечной метаплазии [19]. Степень хронического атрофического фундального гастрита (CAFG) рассматривалась как зеленые области в теле желудка и была классифицирована по шести категориям Inoue et al [20]: AF-C-I, все тело желудка выглядит от фиолетового до темно-зеленого; AF-CII, цветная граница на малой кривизне наблюдалась в нижней части тела желудка; AF-C-III, цветная граница на малой кривизне в верхней части тела желудка; AF-O-I, цветная граница между малой кривизной и передней стенкой; AF-O-II, цветная граница между передней стенкой и большой кривизной; и AF-O-III, цветная граница на большей кривизне, проксимальнее нижней части тела желудка.Они обнаружили, что диагностическая точность зеленых зон в теле желудка пациентов по активности, воспалению, атрофии и кишечной метаплазии составила 64%, 93%, 88% и 81% соответственно. Однако диагностическая точность AFI не сравнивалась с точностью изображений в белом свете в отношении гистологии. Поэтому неизвестно, превосходит ли AFI точность изображений в белом свете.

    БИОМАРКЕРЫ СЫВОРОТКИ И AG

    Пепсиноген I и II

    Пепсиногены (PG) представляют собой аспарагиновые протеиназы, которые в основном секретируются клетками желудка.Их можно иммунологически разделить на два основных типа: пепсиноген I (PGI) и пепсиноген II (PGII). PGI секретируется только слизистой оболочкой дна желудка, тогда как PGII секретируется сердечной, фундальной и антральной слизистой оболочкой желудка, а также слизистой оболочкой двенадцатиперстной кишки [21]. У пациентов с атрофией фундального отдела желудка средняя концентрация PGI в сыворотке ниже, чем у пациентов без атрофии. Оба типа слизистых оболочек секретируют PGII, однако уровни PGII в сыворотке остаются стабильными или повышаются при прогрессировании от нормального желудка к желудку с тяжелой атрофией [22].Чистыми эффектами тяжелой атрофии на концентрации PG в сыворотке являются более низкие PGI и стабильные или повышенные PGII, что приводит к более низкому соотношению PGI / II [22]. Ren et al [23] подтвердили сильную связь между атрофией фундального отдела желудка и PG, как оценивалось по низкому соотношению PGI и PGI / II в сыворотке в проспективном исследовании. Они обнаружили, что по сравнению с субъектами с отношением PGI / II> 4, у пациентов с отношением ≤ 4 отношение рисков (HR) составляло 2,72 (95% ДИ: 1,77-4,20) и 2,12 (95% ДИ: 1,42- 3.16) для внесердечной и сердечной аденокарциномы желудка соответственно.Storskrubb и др. [24] обнаружили, что фенотип гастрита характеризуется нормальными уровнями сывороточных PG (PGI ≥ 25 нг / мл и PGI / PGIIratio ≥ 3 указывает на то, что слизистая оболочка тела нормальна). Для диагностики атрофического гастрита тела использовались следующие три различных критерия [25–27]: легкая: PGI ≤ 70 нг / мл и соотношение PGI / II ≤ 3,0; Умеренные: PGI ≤ 50 нг / мл и PGI / II ≤ 3,0; Строгие: PGI ≤ 30 нг / мл и PGI / II ≤ 2,0. Оба пороговых значения для PGI и PGI / II должны выполняться одновременно по каждому критерию.

    Гастрин-17

    Гастрин-17 (G-17) секретируется исключительно G-клетками антрального отдела желудка. Уровень G-17 снижается при атрофии в этой области [28]. Leja et al [29] обнаружили, что G-17 <5 пмоль / л связан с атрофией в антральной области ( P = 0,007) с чувствительностью 36,8% и специфичностью 86,5%. Они указали, что G-17, используемый для обнаружения атрофии в антральном отделе желудка, требует дальнейших исследований из-за его низкой чувствительности.

    Тестирование на H. pylori

    H. pylori теперь признано основной причиной рака желудка и классифицируется ВОЗ как канцероген группы I [30,31]. Инфекция H. pylori вызывает стойкий хронический гастрит, который у восприимчивых людей может прогрессировать до атрофии, кишечной метаплазии и дисплазии и, наконец, рака желудка кишечного типа [31,32]. Почти все инфицированные люди (> 90%) обнаруживают антител IgG, специфичных к H. pylori . У большинства (70%) этих людей также обнаруживаются антитела IgA и H.Белки Pylori, включая белок цитотоксин-ассоциированного гена A (CagA) и белок цитотоксина A (VacA), вакуолизирующий. Эти белки используются для тестирования H. pylori . Комбинированное использование серологических биомаркеров (PGI, PGII, G-17 и антитела H. pylori ) демонстрирует высокую точность в качестве неинвазивного метода диагностики атрофии желудка, который широко распространен среди населения в целом [23,24,33] .

    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    В случаях АГ его тяжесть в основном связана с пожизненным риском развития рака желудка, особенно с точки зрения степени и распространения повреждения слизистой оболочки.Применение традиционной эндоскопии, современных эндоскопических технологий и неинвазивных методов полезно для выявления пациентов с атрофическим гастритом с повышенным риском злокачественных новообразований желудка. Использование этих технологий для оценки степени тяжести атрофического гастрита, предотвращения прогрессирования заболевания и устранения атрофии слизистой оболочки желудка — важные вопросы для клиницистов.

    Сноски

    При поддержке Shanghai Leading Academic Discipline Project, No.J50305

    Рецензент: Херардо Нардоне, доктор медицины, профессор отделения клинической и внутренней медицины, отделение гастроэнтерологии, Via Pansini 5 Napoli80131, Италия

    S-Editor Sun H L-Editor Ma JY E- Editor Ma WH

    Ссылки

    1. Йошимура Т., Шимояма Т., Танака М., Сасаки Ю., Фукуда С., Мунаката А. Воспаление слизистой оболочки желудка и обмен эпителиальных клеток связаны с раком желудка у пациентов с инфекцией Helicobacter pylori. J Clin Pathol. 2000; 53: 532–536.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 2. Куросава М., Кикучи С., Инаба Ю., Исибаши Т., Кобаяси Ф. Инфекция Helicobacter pylori среди японских детей. J Gastroenterol Hepatol. 2000; 15: 1382–1385. [PubMed] [Google Scholar] 3. Китахара Ф., Шимазаки Р., Сато Т., Кодзима Ю., Морозуми А., Фуджино М. А.. Тяжелый атрофический гастрит с инфекцией Helicobacter pylori и рак желудка. Рак желудка. 1998. 1: 118–124. [PubMed] [Google Scholar] 4. Уэмура Н., Окамото С., Ямамото С., Мацумура Н., Ямагути С., Ямакидо М., Танияма К., Сасаки Н., Шлемпер Р.Дж.Инфекция Helicobacter pylori и развитие рака желудка. N Engl J Med. 2001; 345: 784–789. [PubMed] [Google Scholar] 5. Rugge M, Correa P, Dixon MF, Fiocca R, Hattori T, Lechago J, Leandro G, Price AB, Sipponen P, Solcia E, et al. Атрофия слизистой оболочки желудка: согласованность между наблюдателями с использованием новых критериев классификации и классификации. Алимент Pharmacol Ther. 2002; 16: 1249–1259. [PubMed] [Google Scholar] 6. Checchi S, Montanaro A, Pasqui L, Ciuoli C, Cevenini G, Sestini F, Fioravanti C, Pacini F.Грелин в сыворотке крови как маркер атрофического гастрита у пациентов с антителами к париетальным клеткам. J Clin Endocrinol Metab. 2007. 92: 4346–4351. [PubMed] [Google Scholar] 7. Вейола Л.И., Оксанен А.М., Сиппонен П.И., Раутелин Х.И. Ассоциация атрофического гастрита тела аутоиммунного типа с инфекцией Helicobacter pylori. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2010; 16: 83–88. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 8. Китайская медицинская ассоциация эндоскопии пищеварительной системы. Эндоскопическая классификация и стандарты исследований по лечению хронического гастрита.Чжунхуа Сяохуа Нэйцзин Зажжи. 2004; 21: 77–78. [Google Scholar] 9. Ли SH, Ryu CB, Jang JY, Cho JY. [Увеличивающая эндоскопия в верхних отделах желудочно-кишечного тракта] Korean J Gastroenterol. 2006. 48: 145–155. [PubMed] [Google Scholar] 10. Яги К., Накамура А., Секин А. Сравнение результатов эндоскопии с увеличением и результатов гистологических, посевных и уреазных тестов слизистой оболочки желудка. Эндоскопия. 2002; 34: 376–381. [PubMed] [Google Scholar] 11. Ян Дж. М., Чен Л., Фань Й. Л., Ли Х Х, Ю Х, Фанг, округ Колумбия. Эндоскопические картины слизистой оболочки желудка и ее клинико-патологическое значение.Мир Дж. Гастроэнтерол. 2003. 9: 2552–2556. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 12. Юань Х.Ф., Тан С.Б., Хуан С., Си Цзиньпин. Диагностическая ценность увеличительной хромоэндоскопии при предраковых поражениях желудка. Шицзе Хуарэн Сяохуа Зажжи. 2008; 16: 2052–2055. [Google Scholar] 13. Гоно К., Оби Т., Ямагути М., Охьяма Н., Мачида Х., Сано И., Йошида С., Хамамото Ю., Эндо Т. Появление улучшенных характеристик тканей при узкополосной эндоскопической визуализации. J Biomed Opt. 2004; 9: 568–577. [PubMed] [Google Scholar] 14. Эмура Ф, Сайто Й, Икемацу Х.Узкополосная визуализирующая оптическая хромоколоноскопия: преимущества и ограничения. Мир Дж. Гастроэнтерол. 2008. 14: 4867–4872. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 15. Тахара Т., Шибата Т., Накамура М., Йошиока Д., Окубо М., Арисава Т., Хирата I. Структура слизистой оболочки желудка с помощью эндоскопии с увеличительной узкополосной визуализацией четко различает гистологическую и серологическую тяжесть хронического гастрита. Gastrointest Endosc. 2009. 70: 246–253. [PubMed] [Google Scholar] 16. Уэдо Н., Исихара Р., Ииси Х., Ямамото С., Ямамото С., Ямада Т., Иманака К., Такеучи Ю., Хигасино К., Исигуро С. и др.Новый метод диагностики кишечной метаплазии желудка: узкополосная визуализация с увеличительной эндоскопией. Эндоскопия. 2006; 38: 819–824. [PubMed] [Google Scholar] 17. Харингсма Дж., Титгат Г.Н., Яно Х., Ииши Х., Тацута М., Огихара Т., Ватанабе Х., Сато Н., Маркон Н., Уилсон BC и др. Автофлуоресцентная эндоскопия: возможность обнаружения новообразований желудочно-кишечного тракта, незаметных для эндоскопии в белом свете, с помощью развивающейся технологии. Gastrointest Endosc. 2001. 53: 642–650. [PubMed] [Google Scholar] 18. Кара М.А., Бергман Дж. Дж. Автофлуоресцентная визуализация и узкополосная визуализация для выявления ранних неоплазий у пациентов с пищеводом Барретта.Эндоскопия. 2006. 38: 627–631. [PubMed] [Google Scholar] 19. Като М., Уэдо Н., Исихара Р., Кизу Т., Чатани Р., Иноуэ Т., Масуда Е., Тацуми К., Такеучи Ю., Хигасино К. и др. Анализ цветовых паттернов раннего рака желудка с использованием автофлуоресцентной видеоэндоскопической системы. Рак желудка. 2009; 12: 219–224. [PubMed] [Google Scholar] 20. Иноуэ Т., Уэдо Н., Исихара Р., Кавагути Т., Кавада Н., Чатани Р., Кизу Т., Тамай С., Такеучи Ю., Хигасино К. и др. Автофлуоресцентная визуализирующая видеоэндоскопия в диагностике хронического атрофического фундального гастрита.J Gastroenterol. 2010; 45: 45–51. [PubMed] [Google Scholar] 21. Самлофф И.М., Таггарт РТ. Пепсиногены, пепсины и язвенная болезнь. Clin Invest Med. 1987. 10: 215–221. [PubMed] [Google Scholar] 22. Самлофф И.М., Варис К., Ихамаки Т., Сирала М., Роттер Дж. Взаимосвязь между сывороточным пепсиногеном I, сывороточным пепсиногеном II и гистологией слизистой оболочки желудка. Исследование у родственников больных злокачественной анемией. Гастроэнтерология. 1982; 83: 204–209. [PubMed] [Google Scholar] 23. Ren JS, Kamangar F, Qiao YL, Taylor PR, Liang H, Dawsey SM, Liu B, Fan JH, Abnet CC.Пепсиногены сыворотки и риск рака желудка и пищевода в когорте исследования питания населения в целом. Кишечник. 2009. 58: 636–642. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 24. Storskrubb T, Aro P, Ronkainen J, Sipponen P, Nyhlin H, Talley NJ, Engstrand L, Stolte M, Vieth M, Walker M, Agréus L. Сывороточные биомаркеры обеспечивают точный метод диагностики атрофического гастрита в общей популяции: Каликсанда этюд. Сканд Дж Гастроэнтерол. 2008; 43: 1448–1455. [PubMed] [Google Scholar] 25.Мики К., Морита М., Сасаджима М., Хосина Р., Канда Е., Урита Ю. Полезность скрининга рака желудка с использованием метода анализа сывороточного пепсиногена. Am J Gastroenterol. 2003. 98: 735–739. [PubMed] [Google Scholar] 26. Хаттори Ю., Таширо Х., Кавамото Т., Кодама Ю. Чувствительность и специфичность массового скрининга рака желудка с использованием измерения сывороточных пепсиногенов. Jpn J Cancer Res. 1995; 86: 1210–1215. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 27. Оиси Ю., Киёхара Ю., Кубо М., Танака К., Танизаки Ю., Ниномия Т., Дои Ю., Шиката К., Йонемото К., Широта Т. и др.Тест на пепсиноген в сыворотке как прогностический фактор рака желудка: исследование Хисаямы. Am J Epidemiol. 2006. 163: 629–637. [PubMed] [Google Scholar] 28. Sipponen P, Mäki T, Ranta P, Linnala A, Kääriäinen I, Helske T., Suovaniemi O, Härkönen M. Применение в крови уровней гастрина-17, пепсиногена I и антитела H.pylori для неэндоскопической диагностики атрофического гастрита. Доступно по адресу: http://www.biohit.com/pdf/ddwsip.pdf.29. Лея М., Купчинскас Л., Функа К., Судраба А., Йонайтис Л., Иванаускас А., Янчаускас Д., Кюделис Г., Чиу Х. М., Лин Дж. Т..Обоснованность метода биомаркеров для непрямого обнаружения атрофии слизистой оболочки желудка по сравнению со стандартной гистопатологией. Dig Dis Sci. 2009. 54: 2377–2384. [PubMed] [Google Scholar] 30. Шистосомы, печеночные двуустки и Helicobacter pylori. Рабочая группа МАИР по оценке канцерогенных рисков для людей. Лион, 7-14 июня 1994 г. IARC Monogr Eval Carcinog Risks Hum. 1994; 61: 1–241. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 31. Фокс JG, Ван TC. Helicobacter pylori — все-таки нехороший клоп! N Engl J Med. 2001; 345: 829–832.[PubMed] [Google Scholar] 32. Корреа П. Человеческая модель канцерогенеза желудка. Cancer Res. 1988. 48: 3554–3560. [PubMed] [Google Scholar] 33. Weck MN, Stegmaier C, Rothenbacher D, Brenner H. Эпидемиология хронического атрофического гастрита: популяционное исследование среди 9444 пожилых людей из Германии. Алимент Pharmacol Ther. 2007; 26: 879–887. [PubMed] [Google Scholar]

    Ассоциация режимов питания и эндоскопической атрофии слизистой оболочки желудка у взрослого китайского населения

  • 1.

    Weck, M. N.И Бреннер, Х. Ассоциация инфекции Helicobacter pylori с хроническим атрофическим гастритом: метаанализы в соответствии с определением типа заболевания. Int J Cancer 123 , 874–881, https://doi.org/10.1002/ijc.23539 (2008).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 2.

    Сонг, Дж. Х. и др. . Высокое потребление соли связано с атрофическим гастритом с кишечной метаплазией. Cancer Epidem Biomar 26 , 1133–1138, https: // doi.org / 10.1158 / 1055-9965.Epi-16-1024 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 3.

    Tsugane, S. et al. . Helicobacter pylori, факторы питания и атрофический гастрит в пяти популяциях Японии с различной смертностью от рака желудка. Контроль причин рака 4 , 297–305 (1993).

    CAS Статья Google Scholar

  • 4.

    Сиппонен, П.И Маарус, Х.-И. Хронический гастрит. Scand J Gastroenterol 50 , 657–667, https://doi.org/10.3109/00365521.2015.1019918 (2015).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 5.

    Du, Y. et al. . Хронический гастрит в Китае: национальное многоцентровое исследование. BMC Gastroenterol 14 , 21, https://doi.org/10.1186/1471-230x-14-21 (2014).

    ADS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 6.

    Ким, Н. и др. . Распространенность и факторы риска атрофического гастрита и кишечной метаплазии у корейского населения без выраженного гастродуоденального заболевания. Helicobacter 13 , 245–255, https://doi.org/10.1111/j.1523-5378.2008.00604.x (2008).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 7.

    Юн, Х. и Ким, Н. Диагностика и ведение группы высокого риска рака желудка. Кишечная печень 9 , 5–17, https: // doi.org / 10.5009 / gnl14118 (2015).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 8.

    Сонг, Х. Заболеваемость раком желудка среди пациентов с предраковыми поражениями желудка: наблюдательное когортное исследование в западной популяции с низким риском (том 351, h4867, 2015). Bmj 351 , https://doi.org/10.1136/bmj.h5134 (2015).

  • 9.

    Rugge, M., Fassan, M. & Graham, D. Y. Эпидемиология рака желудка. Рак желудка , 23–34, https://doi.org/10.1007/978-3-319-15826-6_2 (2015).

    Глава Google Scholar

  • 10.

    Graham, D. Y. Обновление Helicobacter pylori: рак желудка, надежная терапия и возможные преимущества. Гастроэнтерология 148 , 719–731 e713, https://doi.org/10.1053/j.gastro.2015.01.040 (2015).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 11.

    D’Elia, L., Galletti, F. & Strazzullo, P. Потребление соли с пищей и риск рака желудка. Cancer Treat Res 159 , 83–95, https://doi.org/10.1007/978-3-642-38007-5_6 (2014).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 12.

    Ge, S. и др. . Связь между привычным потреблением соли и риском рака желудка: систематический обзор наблюдательных исследований. Gastroenterol Res Pract 2012 , 808120, https: // doi.org / 10.1155 / 2012/808120 (2012).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 13.

    Thapa, S., Fischbach, L.A., Delongchamp, R., Faramawi, M. F. & Orloff, M. Связь между потреблением диетической соли и прогрессированием предракового процесса желудка. Раки 11 , https://doi.org/10.3390/cancers11040467 (2019).

    Артикул Google Scholar

  • 14.

    Ю., Ю. и др. . Факторы риска интраэпителиальной неоплазии желудка у взрослых китайцев: исследование случай-контроль. Cancer Manag Res 10 , 2605–2613, https://doi.org/10.2147/cmar.s166472 (2018).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 15.

    Ким С. Р. и др. . Влияние потребления красного, переработанного и белого мяса на риск рака желудка: общий метаанализ и доза (-) ответ. Питательные вещества 11 , https://doi.org/10.3390/nu11040826 (2019).

    Артикул Google Scholar

  • 16.

    Хан, Дж. и др. . Потребление пищевых жиров и риск рака желудка: метаанализ наблюдательных исследований. PLoS One 10 , e0138580, https://doi.org/10.1371/journal.pone.0138580 (2015).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 17.

    Бертуччо, П. и др. . Модели питания и риск рака желудка: систематический обзор и метаанализ. Ann Oncol 24 , 1450–1458, https://doi.org/10.1093/annonc/mdt108 (2013).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 18.

    Бахманьяр, С. и Йе, В. Характер питания и риск плоскоклеточного рака и аденокарциномы пищевода и аденокарциномы кардии желудка: популяционное исследование методом случай-контроль в Швеции. Nutr Cancer 54 , 171–178, https://doi.org/10.1207/s15327914nc5402_3 (2006).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 19.

    Castello, A. et al. . Высокая приверженность западному, осмотрительному и средиземноморскому режиму питания и риск аденокарциномы желудка: исследование MCC-Spain. Рак желудка 21 , 372–382, https://doi.org/10.1007/s10120-017-0774-x (2018).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 20.

    Ху, Ф. Б. Анализ структуры питания: новое направление в эпидемиологии питания. Curr Opin Lipidol 13 , 3–9, https://doi.org/10.1097/00041433-200202000-00002 (2002).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 21.

    Шикани, Дж. М. и др. . Согласно исследованию «Причины географических и расовых различий в инсульте» (REGARDS), тип питания южан ассоциируется с опасностью острой ишемической болезни сердца. Тираж 132 , 804–814, https://doi.org/10.1161/CIRCULATIONAHA.114.014421 (2015).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 22.

    Mehta, R. S. et al. . Связь режимов питания с риском подтипов колоректального рака, классифицируемых с помощью Fusobacterium nucleatum, в опухолевой ткани. ДЖАМА . Oncol 3 , 921–927, https://doi.org/10.1161 / JAHA.117.008078 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 23.

    Джессри, М. и Рашидхани, Б. Модели питания и риск заболевания желчного пузыря: исследование методом случай-контроль у взрослых женщин. J Health Popul Nutr 33 , 39–49 (2015).

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 24.

    Лин, Дж. Х. и др. . Консенсус китайских экспертов по эндоскопическому лечению инородных тел в верхних отделах желудочно-кишечного тракта (2015, Шанхай, Китай). J Dig Dis 17 , 65–78, https://doi.org/10.1111/1751-2980.12318 (2016).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 25.

    Уотани Т. и Грэм Д. Ю. Диагностика Helicobacter pylori с помощью экспресс-теста на уреазу. Ann Transl Med 3 , 1–7, https://doi.org/10.3978/j.issn.2305-5839.2014.12.04 (2015).

    CAS Статья Google Scholar

  • 26.

    Schafer, J. L. & Graham, J. W. Отсутствующие данные: наш взгляд на современное состояние. Психологические методы 7 , 147–177, https://doi.org/10.1037/1082-989x.7.2.147 (2002).

    Артикул Google Scholar

  • 27.

    Sterne, J. A. et al. . Множественное вменение недостающих данных в эпидемиологических и клинических исследованиях: потенциал и подводные камни. Bmj 339 , 157–159, https: // doi.org / 10.1136 / bmj.b2393 (2009 г.).

    Артикул Google Scholar

  • 28.

    Рубин Д. Б. Множественное вменение после 18+ лет. J Am stat Assoc 91 , 473–489, https://doi.org/10.1080/01621459.1996.10476908 (1996).

    Артикул МАТЕМАТИКА Google Scholar

  • 29.

    Nordenstedt, H. et al. . Helicobacter pylori-отрицательный гастрит: распространенность и факторы риска. Am J Gastroenterol 108 , 65–71, https://doi.org/10.1038/ajg.2012.372 (2013).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 30.

    Шу Л. и др. . Модели питания и рак желудка: метаанализ. Nutr Cancer 65 , 1105–1115, https://doi.org/10.1080/01635581.2013.828086 (2013).

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 31.

    Schwingshackl, L., Schwedhelm, C., Galbete, C. & Hoffmann, G. Приверженность средиземноморской диете и риск рака: обновленный систематический обзор и метаанализ. Питательные вещества 9 , https://doi.org/10.3390/nu

    63 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 32.

    You, W. C. et al. . Инфекция Helicobacter pylori, употребление чеснока и предраковые поражения у населения Китая с низким риском рака желудка. Int J Epidemiol 27 , 941–944, https://doi.org/10.1093/ije/27.6.941 (1998).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 33.

    Гао, Л., Век, М. Н., Стегмайер, К., Ротенбахер, Д. и Бреннер, Х. Употребление алкоголя и хронический атрофический гастрит: популяционное исследование среди 9 444 пожилых людей из Германии. Int J Cancer 125 , 2918–2922, https://doi.org/10.1002/ijc.24618 (2009).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 34.

    Озаса К., и др. . Инфекция Helicobacter pylori и атрофический гастрит: вложенное исследование случай-контроль в сельском городке в Японии. Dig Dis Sci 44 , 253–256, https://doi.org/10.1023/a:1026633

    4 (1999).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 35.

    Namekata, T. et al. . Хронический атрофический гастрит и инфекция Helicobacter pylori среди американцев японского происхождения в Сиэтле. Am J Epidemiol 151 , 820–830, https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.aje.a010282 (2000).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 36.

    Endo, K. et al. . Факторы риска атрофического гастрита у японцев молодого и среднего возраста: исследование с использованием рентгеновской рентгенографии верхних отделов желудочно-кишечного тракта с барием с двойным контрастированием. Jpn J Radiol , https://doi.org/10.1007/s11604-018-0782-8 (2018).

    CAS Статья Google Scholar

  • 37.

    Сонг, Дж. Х., Ким, С. Г., Джин, Э. Х., Лим, Дж. Х. и Янг, С. Ю. Факторы риска опухолевого генеза желудка при атрофии слизистой оболочки желудка. Кишечная печень 11 , 612–619, https://doi.org/10.5009/gnl16488 (2017).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 38.

    Тейссен, С. & Сингер, М.В. Болезни пищевода и желудка, связанные с алкоголем. Best Practical Res Clin Gastroenterol 17 , 557–573 (2003).

    CAS Статья Google Scholar

  • 39.

    Боде, К. и Боде, Дж. К. Роль алкоголя в расстройствах желудочно-кишечного тракта. Alcohol Health Res World 21 , 76–83 (1997).

    CAS PubMed Google Scholar

  • 40.

    Лю, С. Ю. и др. . Потребление алкоголя и инфекция Helicobacter pylori: метаанализ результатов наблюдательных исследований. Infect Dis (Lond) 48 , 303–309, https://doi.org/10.3109/23744235.2015.1113556 (2016).

    CAS Статья Google Scholar

  • 41.

    Tanigawa, T. et al. . Заметное усиление гастрита, вызванного Helicobacter pylori, у монгольских песчанок с помощью рыбной муки. Jpn J Cancer Res 91 , 769–773, https://doi.org/10.1111/j.1349-7006.2000.tb01011.x (2000).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 42.

    Tongtawee, T. et al. . Характеристики и факторы риска гастрита, ассоциированного с Helicobacter pylori: проспективное кросс-секционное исследование в Северо-Восточном Таиланде. Gastroenterol Res Pract 2016 ,

    02, https: // doi.org / 10.1155 / 2016/

    02 (2016).

    Артикул PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 43.

    Ikezaki, H. et al. . Более высокое потребление холестерина и омега-3 жирных кислот с пищей связано с более низкой эффективностью эрадикационной терапии Helicobacter pylori в Японии. Am J Clin Nutr 106 , 581–588, https://doi.org/10.3945/ajcn.116.144873 (2017).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 44.

    Yaqoob, P. & Shaikh, S. R. Питательное и клиническое значение липидных рафтов. Curr Opin Clin Nutr Metab Care 13 , 156–166, https://doi.org/10.1097/MCO.0b013e328335725b (2010).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 45.

    Fenton, J. I., Hord, N. G., Ghosh, S. & Gurzell, E. A. Иммуномодуляция пищевых длинноцепочечных жирных кислот омега-3 и возможность неблагоприятных последствий для здоровья. Prostaglandins Leukot Essent Fatty Acids 89 , 379–390, https://doi.org/10.1016/j.plefa.2013.09.011 (2013).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 46.

    Ито, Ю., Судзуки, К., Имаи, Х., Сакамото, Х. и Накано, Х. Влияние полиненасыщенных жирных кислот на атрофический гастрит у населения Японии. Cancer Lett 163 , 171–178, https://doi.org/10.1016 / s0304-3835 (00) 00686-8 (2001).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 47.

    Каур, К. Д., Джа, А., Сабихи, Л. и Сингх, А. К. Значение грубых злаков для здоровья и питания: обзор. J Food Sci Technol 51 , 1429–1441, https://doi.org/10.1007/s13197-011-0612-9 (2014).

    CAS Статья PubMed Google Scholar

  • 48.

    Bhupathiraju, S. N. et al. . Гликемический индекс, гликемическая нагрузка и риск диабета 2 типа: результаты трех больших когорт в США и обновленного метаанализа. Am J Clin Nutr 100 , 218–232, https://doi.org/10.3945/ajcn.113.079533 (2014).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 49.

    Ding, Z. et al. . [Влияние комбикорма из грубого зерна на инсулинорезистентность и экспрессию PPARgamma у крыс]. Вэй Шэн Ян Цзю 39 , 29–31, 35 (2010).

    PubMed Google Scholar

  • 50.

    Девисетти, Р., Ядахалли, С. Н. и Бхаттачарья, С. Питательные вещества и антинутриенты в измельченных фракциях лисохвоста и просо: оценка их функциональных свойств в муке. Lwt-Food Sci Technol 59 , 889–895, https://doi.org/10.1016/j.lwt.2014.07.003 (2014).

    CAS Статья Google Scholar

  • 51.

    Cordain, L. Зерна злаков: палка о двух концах человечества. World Rev Nutr Diet 84 , 19–73 (1999).

    CAS Статья Google Scholar

  • 52.

    Кавальколи, Ф., Зилли, А., Конте, Д. и Массирони, С. Дефицит микронутриентов у пациентов с хроническим атрофическим аутоиммунным гастритом: обзор. World J Gastroenterol 23 , 563–572, https://doi.org/10.3748/wjg.v23.i4.563 (2017).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 53.

    Миранти, Э. Х. и др. . Низкий уровень витамина B12 увеличивает риск рака желудка: проспективное исследование питательных веществ одноуглеродного метаболизма и риска рака верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Int J Cancer 141 , 1120–1129, https://doi.org/10.1002/ijc.30809 (2017).

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google Scholar

  • Возможная связь между атрофией слизистой оболочки желудка и раком желудка после эрадикации Helicobacter pylori

    Аннотация

    Фон

    Эффект H . pylori Искоренение в профилактике рака желудка можно отнести к уменьшению атрофического гастрита, который представляет собой известный риск рака желудка. Однако рак желудка также был диагностирован после длительного лечения H . pylori искоренение. Это исследование было направлено на выяснение связи между атрофией желудка и раком желудка после H . pylori , включая его клинико-патологические особенности.

    Методы

    В общей сложности 55 последовательных пациентов с 64 ранними формами рака желудка (EGC), диагностированными после H .Было зарегистрировано pylori эрадикации. Определяли и оценивали степень эндоскопической атрофии и гистологические степени инфильтрации, атрофии и метаплазии мононуклеарных клеток в теле и прилегающей слизистой оболочке EGC.

    Результаты

    Большинство EGC (63/64) располагались внутри атрофической слизистой оболочки, оцениваемой эндоскопически, или вдоль атрофической границы. Соседняя слизистая оболочка EGCs имела значительно более высокие степени всех гистологических параметров, чем в теле (инфильтрация мононуклеарных клеток, 0.86 +/- 0.09 и . 0,51 +/- 0,11, P = 0,016; атрофия: 1,77 +/- 0,13 против . 0,65 +/- 0,14, P <0,0001; метаплазия, 1,68 +/- 0,13 против . 0,48 +/- 0,1, P <0,0001). Степень эндоскопической атрофии улучшилась у пациентов с более длительным пост- H . pylori периодов эрадикации; однако эта тенденция не наблюдалась для гистологических параметров, и наблюдалась высокая степень атрофии и метаплазии в прилегающей слизистой оболочке EGC по сравнению с телом в течение всех периодов (все P <0.05). Гистологическая степень атрофии и метаплазии в прилегающей слизистой оболочке была особенно выше у пациентов, перенесших эрадикацию из-за язвы желудка.

    Выводы

    Тяжелая атрофия желудка осталась в прилегающей слизистой оболочке EGC после H . pylori , что может быть связано с канцерогенезом желудка.

    Образец цитирования: Тахара Т., Шибата Т., Хоригучи Н., Кавамура Т., Окубо М., Исидзука Т. и др. (2016) Возможная связь между атрофией слизистой оболочки желудка и раком желудка после искоренения Helicobacter pylori .PLoS ONE 11 (10): e0163700. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700

    Редактор: Джон Грин, Университетская больница Лландо, СОЕДИНЕННОЕ КОРОЛЕВСТВО

    Поступила: 10 июня 2016 г .; Принята к печати: 13 сентября 2016 г .; Опубликовано: 5 октября 2016 г.

    Авторские права: © 2016 Tahara et al. Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

    Доступность данных: Все соответствующие данные находятся в документе и его файлах с вспомогательной информацией.

    Финансирование: Автор (ы) не получил специального финансирования для этой работы.

    Конкурирующие интересы: Авторы заявили, что никаких конкурирующих интересов не существует.

    Введение

    Инфекция Helicobacter pylori ( H . pylori ) является известным фактором риска развития рака желудка, согласно эпидемиологическим и экспериментальным исследованиям [1–5].Было продемонстрировано, что H . pylori эрадикация значительно снижает частоту метахронного рака желудка после эндоскопической резекции раннего рака желудка [6]. Таким образом, национальная система медицинского страхования Японии покрыла стоимость эрадикационной терапии для всех пациентов в размере H . pylori -ассоциированный гастрит.

    Однако после успешного H . pylori , иногда выявляют рак желудка [7].Эти виды рака имеют некоторые характерные особенности, такие как крошечные и уплощенные очаги [8], которые трудно диагностировать эндоскопически. Выявление пациентов с высоким риском развития рака желудка после H . pylori Эрадикация важна для обеспечения лучшего клинического применения.

    Хорошо известно, что патологическое состояние гастрита тесно связано с риском рака желудка у пациентов с H . пилори .Например, тяжелая атрофия слизистой оболочки желудка или кишечная метаплазия являются сильными факторами риска рака желудка, особенно дифференцированного (кишечного) фенотипа [3]. Эффект H . pylori Эрадикация в профилактике рака желудка, таким образом, может быть отнесена на счет улучшения атрофического гастрита. Действительно, пациенты с исходным тяжелым атрофическим гастритом имеют повышенный риск рака желудка после H . pylori , потому что атрофия желудка не улучшается в краткосрочной перспективе [7].Однако рак желудка также может быть идентифицирован после длительного лечения H . pylori эрадикация (например, через десять лет). Для таких пациентов связь между атрофией желудка и риском рака желудка неясна. Таким образом, это исследование было разработано для выяснения статуса атрофического гастрита в момент времени, когда у пациентов развился рак желудка после H . pylori искоренение.

    Путем анализа макроскопического и гистологического уровней и ассоциации с клинико-патологическими особенностями мы определили степень атрофического гастрита в теле желудка и прилегающей слизистой оболочке у пациентов с ранним раком желудка (EGC), который был диагностирован после H . pylori искоренение.

    Материалы и методы

    Заявление об этике

    Это исследование было одобрено Комитетом по этике исследований на людях Медицинского факультета Университета здоровья Фудзита. Каждый участник предоставил письменное информированное согласие на использование и публикацию их клинических и лабораторных данных в исследовательских целях. Исследование было проведено в соответствии с принципами, изложенными в Хельсинкской декларации.

    Субъекты

    Мы включили 55 последовательных пациентов с 64 EGC, которые были диагностированы после успешного H .Эрадикационная терапия pylori в период с апреля 2007 г. по сентябрь 2015 г. Четыре поражения у трех пациентов были диагностированы как EGC через 6 месяцев после успешного лечения H . pylori , в то время как оставшиеся 60 поражений были диагностированы как EGC по крайней мере через 12 месяцев после успешного H . pylori искоренение. У 24 пациентов (43,6%) пост- H . pylori период эрадикации менее 3 лет; период составил от 3 до 9 лет для 21 пациента (38.2%) и более 10 лет у 10 пациентов (18,2%) (таблица 1). У всех пациентов в анамнезе были успешные H . pylori эрадикационной терапии, и мы также оценили H . pylori статус на момент регистрации с помощью дыхательного теста с мочевиной, а также гистологических оценок с использованием образцов эндоскопической биопсии, полученных из непатологической слизистой оболочки большой кривизны антрального отдела желудка и верхнего тела. Поскольку результаты обоих исследований были отрицательными для всех пациентов, мы посчитали, что H . pylori была успешно проведена эрадикация. Некоторые из этих пациентов были отобраны из нашего недавнего исследования по изучению клинико-патологических особенностей EGC после H . pylori искоренение (Хоригучи и др., Представлено). Причины появления H . pylori Эрадикация была язвенной болезнью (n = 19), хроническим гастритом (n = 24) или эндоскопической резекцией EGC (n = 12). Все пациенты посещали Центр эндоскопии Университета здоровья Фудзита для эндоскопической диссекции подслизистой оболочки (ESD) с апреля 2007 года по сентябрь 2015 года.ЭСД была проведена для 53 очагов поражения, а лапароскопическая резекция желудка, которая считалась хирургическим показанием при первичном эндоскопическом обследовании, была выполнена для 11 очагов поражения. Клинико-патологические подтипы EGC, включая анатомическое расположение, морфологический вид, глубину, цвет, гистологический тип и размер опухоли, были исследованы на основе медицинских карт пациентов. На основании эндоскопических снимков определялся нечеткий случай, если латеральное расширение было неразличимо по всей краевой области.Это заключение было принято на основе консенсуса двумя экспертами-эндоскопистами (NH и TT).

    Оценка атрофии слизистой оболочки желудка

    Степень атрофии желудка, оцененной эндоскопически, оценивалась с использованием системы классификации Кимуры-Такемото, а затем оценивалась по шкале от нормального до C1 – C3 и от O1 – O3. C и O указывают на гастрит закрытого и открытого типа соответственно. Атрофическая область локализована в антральном отделе в C-1, а область расширяется в C2, C3, O1, O2 и O3. О3 соответствует панатрофическому гастриту [9].Мы оценили C1-C3 и O1-O3 как 1-3 и 4-6, соответственно, а случаи, у которых нет атрофии, рассматривались как 0 баллов.

    Используя образцы биопсии из неповрежденной слизистой оболочки большой кривизны тела желудка, степень инфильтрации мононуклеарных клеток, атрофии и метаплазии оценивали гистологически с использованием обновленной системы Сиднея [10], при этом каждый фактор оценивался от 0 (нормальный) до 3 (отмечены). Эта оценка также проводилась для прилегающей слизистой оболочки EGC (в пределах 1 см) с использованием резецированных образцов.

    Статистический анализ

    Непрерывные переменные между двумя группами были определены с использованием t-критерия Стьюдента. Категориальные переменные определялись с использованием критерия хи-квадрат, и значение P <0,05 считалось статистически значимым.

    Результаты

    Клинико-патологическая характеристика ЭГК

    Клинико-патологические характеристики 64 EGC от 55 пациентов показаны в таблице 1. Большинство EGC были депрессивными (85.9%) и красноватые (82,8%) поражения, а также гистологически дифференцированная аденокарцинома (95,3%). Тяжелые поражения проникли в подслизистую основу (SM) или более глубокие слои; одно из этих поражений проникло в собственную мышечную мышцу, а остальные поражения проникли в SM.

    Возможная связь между атрофией слизистой оболочки желудка и раком желудка после эрадикации H. pylori

    Изучить потенциальную связь между атрофией желудка и раком желудка после H . pylori , мы первоначально проверили связь между расширениями эндоскопически атрофированной слизистой оболочки и локализацией поражений EGC (рис. 1).Среди 64 очагов поражения 43 очага (67,2%) находились в атрофической зоне, а 20 очагов (31,3%) находились внутри атрофической границы. Только одно поражение (1,6%) было расположено за пределами атрофической области, что свидетельствует о важности атрофической слизистой оболочки в развитии рака желудка после H . pylori искоренение. Затем мы исследовали гистологическую степень инфильтрации, атрофии и метаплазии мононуклеарных клеток в большой кривизне тела желудка (n = 48), а также на прилегающей слизистой оболочке EGC (в пределах 1 см, n = 62, рис. 2). .Потому что все пациенты в анамнезе имели успешный H . pylori , степень всех параметров в теле была умеренной. Однако соседняя слизистая оболочка EGC представляла значительную степень всех параметров (инфильтрация мононуклеарных клеток, 0,51 +/- 0,11 против , 0,86 +/- 0,09, P = 0,016; атрофия, 0,65 +/- 0,14 против ). . 1,77 +/- 0,13, P <0,0001; метаплазия, 0,48 +/- 0,1 против . 1,68 +/- 0,13, P <0.0001). Степень эндоскопической атрофии была значительно выше у пациентов с EGC, расположенными в верхних анатомических областях (рис. 3a), в то время как гистологическая степень атрофии и метаплазии в прилегающей слизистой оболочке была оценена ниже в этой группе по сравнению с пациентами с EGC в нижних анатомических областях. ( P = 0,04 и 0,03 соответственно, рис. 3c и 3d).

    Рис. 1. Возможная связь между атрофией слизистой оболочки желудка и ранним раком желудка (EGC) после H . pylori искоренение.

    (a) Два типичных типа EGC по отношению к атрофической слизистой оболочке, оцениваемой эндоскопически. В случае A злокачественное поражение наблюдалось в виде красноватой области (белая стрелка) внутри атрофической границы (белая пунктирная линия). В случае B раковое поражение наблюдалось как красноватая область (белая пунктирная линия) в атрофической области. (b) Связь между атрофической слизистой оболочкой, оцениваемой эндоскопически, и локализацией 64 очагов поражения EGC. Черным кружком показаны ЭГК, расположенные в атрофической области; серым кружком показаны ЭГК, расположенные в атрофической границе; белый кружок показывает ЭГК, расположенные вне атрофической области; gre, большая кривизна; меньше, меньшая кривизна; AW, передний; PW posterior.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g001

    Рис. 2. Гистологическая степень инфильтрации, атрофии и метаплазии мононуклеарных клеток в теле и прилегающей (ADJ) слизистой оболочке у пациентов с EGC.

    Каждый фактор получил оценку от 0 (нормальный) до 3 (отмечен). Статистический анализ проводился с использованием t-критерия Стьюдента.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g002

    Рис. 3. Степень эндоскопической атрофии, гистологическая степень инфильтрации мононуклеарных клеток, атрофии и метаплазии в теле и прилегающей слизистой оболочке (ADJ) по сравнению с анатомическое расположение рака желудка.

    Статистический анализ проводился с использованием t-критерия Стьюдента. L, нижний; М, средний; U, верх.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g003

    Связь между атрофией слизистой оболочки желудка и раком желудка после эрадикации H. pylori в соответствии с различными клинико-патологическими признаками

    Затем мы исследовали, была ли атрофия слизистой оболочки желудка связана с различными клинико-патологическими особенностями EGCs после H . pylori искоренение. При разделении случаев по периоду после эрадикации степень эндоскопической атрофии улучшилась у пациентов с более длительным периодом после H . pylori периодов эрадикации (рис. 4а). Однако эта тенденция не наблюдалась для всех гистологических параметров, включая тело и прилегающую слизистую (все P > 0,1), и более высокая степень атрофии и метаплазии наблюдалась в прилегающей слизистой оболочке EGC по сравнению с корпусом для всех периодов. (все P <0.05, рис. 4c и 4d). По поводу причин H . pylori и продолжительность эрадикации, количество пациентов, которым была проведена эрадикация после ESD, уменьшалось по мере увеличения продолжительности, в то время как количество пациентов, которым была проведена эрадикация из-за язвы желудка, значительно увеличилось ( P <0,05, рис. 5). Как и ожидалось, степень эндоскопической атрофии желудка у пациентов, которым была проведена эрадикация после ЭСД, была выше по сравнению с другими пациентами (рис. 6а).Однако гистологическая степень атрофии и метаплазии в прилегающей слизистой оболочке была особенно выше у пациентов, которым была проведена эрадикация из-за язвы желудка, и эта связь была значительной по сравнению с пациентами, которым была проведена эрадикация из-за хронического гастрита ( P = 0,004, 0,006 соответственно, рис. 6в и 6г). Эти данные свидетельствуют о том, что пациенты, которым была проведена эрадикация из-за язвы желудка, имеют более тяжелую атрофию и метаплазию в прилегающей слизистой оболочке, несмотря на более длительные периоды после эрадикации.

    Рис. 4. Степень эндоскопической атрофии (a), гистологическая степень инфильтрации мононуклеарных клеток (b), атрофии (c) и метаплазии (d) в теле и прилегающей слизистой оболочке по сравнению с периодом после H . pylori искоренение.

    Статистический анализ проводился с использованием t-критерия Стьюдента.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g004

    Рис. 5. Связь между причинами H . pylori эрадикация и постэрадикационный период.

    Post ESD, пациенты, которым после ESD была проведена ликвидация рака желудка; ГУ, язва желудка; Статистический анализ проводился с использованием критерия хи-квадрат.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g005

    Рис. 6. Степень эндоскопической атрофии (a), гистологическая степень инфильтрации мононуклеарных клеток (b), атрофии (c) и метаплазии (d ) в прилегающей слизистой оболочке (ADJ) по сравнению с причинами H . pylori искоренение.

    Post ESD, пациенты, которым после ESD была проведена ликвидация рака желудка; ГУ, язва желудка; Статистический анализ проводился с использованием t-критерия Стьюдента.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.g006

    В нескольких исследованиях сообщалось, что рак желудка после успешного H . pylori эрадикация обеспечивает различные гистологические признаки, такие как нормальный эпителий и / или поверхностная дифференцировка, покрывающая опухолевую ткань, что иногда затрудняет эндоскопический диагноз [8, 11–13].В этом исследовании 12 поражений были сочтены нечеткими случаями, поскольку их латеральные расширения были эндоскопически неразличимы по всей краевой области. Мы обнаружили, что гистологическая степень атрофии и кишечной метаплазии была значительно выше в таких случаях по сравнению с другими случаями, особенно в теле ( P, = 0,01, 0,02, соответственно, S1d и S1e Fig). Хотя таких тенденций не наблюдалось в соседней слизистой оболочке, степень инфильтрации мононуклеарных клеток также была выше в тех же случаях в соседней слизистой оболочке (P <0.05, S1f рис.).

    Мы также исследовали связь между эндоскопической и гистологической атрофией и другими клинико-патологическими особенностями EGC (таблица S1). Некоторые клинико-патологические признаки коррелировали с эндоскопической и гистологической атрофией. Пациенты мужского пола были связаны с более тяжелой эндоскопической атрофией, гистологической атрофией и метаплазией прилегающей слизистой оболочки ( P = 0,05, 0,015, 0,014, соответственно). Такие же ассоциации были обнаружены для дифференцированного гистологического типа ( P = 0.017, 0,001, 0,004 соответственно). Однако поражения размером более 20 мм были связаны с более тяжелой инфильтрацией мононуклеарных клеток, атрофией и метаплазией в теле ( P = 0,013, 0,007 и 0,012 соответственно).

    Обсуждение

    Мы показали, что большинство поражений EGC (63/64) располагались в эндоскопической атрофической слизистой оболочке или на атрофической границе. Гистологическая оценка также подтвердила, что тяжелая атрофия и кишечная метаплазия наблюдались в прилегающей слизистой оболочке EGC по сравнению с телом, что указывает на то, что тяжелая атрофия слизистой оболочки желудка является факторами риска развития рака желудка после H . pylori искоренение.

    Несколько исследований показали, что пациенты с исходным тяжелым атрофическим гастритом имеют повышенный риск рака желудка после H . pylori , потому что атрофия желудка не улучшилась в краткосрочной перспективе [7,11,12], в то время как было мало информации относительно атрофии желудка в тот момент, когда у пациентов развился рак желудка после ликвидации. Мы показали, что распространение эндоскопической атрофии постепенно уменьшалось у пациентов с более длительным периодом после H . pylori периодов эрадикации. С другой стороны, гистологическая степень атрофии и кишечной метаплазии прилегающей слизистой оболочки у таких пациентов всегда была выше. Это повышает вероятность того, что пациенты с раком желудка с более длительным периодом после эрадикации могли иметь более тяжелый исходный тяжелый атрофический гастрит до эрадикации. В то же время результат также указывает на то, что было бы важно обратить внимание на оставшуюся атрофическую область, даже если она умеренная, для выявления рака желудка, особенно у пациентов с более длительным периодом после эрадикации.

    Мы показали, что пациенты с EGC, расположенным в верхней анатомической области, демонстрировали более тяжелую эндоскопическую атрофию желудка, в то время как гистологическая степень атрофии и кишечной метаплазии была более умеренной у тех же пациентов. Это парадоксальное явление можно объяснить естественной историей H . pylori -связанный гастрит. Атрофия желудка, вызванная инфекцией H pylori , обычно начинается в антральном отделе, а затем распространяется на тело желудка.Разумно ожидать, что атрофия и кишечная метаплазия в теле тела менее выражены, чем в антральном отделе. Однако обратите внимание, что пациенты с тяжелой эндоскопической атрофией тела могут иметь риск развития рака желудка в верхних анатомических точках, даже если их гистологическая атрофия и кишечная метаплазия незначительны. Этот вопрос может быть важным при мониторинге рака желудка после H . pylori искоренение.

    По поводу причин H . pylori и ее продолжительность после эрадикации, количество пациентов, которым была проведена эрадикация после ESD, уменьшалось по мере увеличения продолжительности, в то время как количество пациентов, которым была проведена эрадикация из-за язвы желудка, значительно увеличилось. Как и ожидалось, степень эндоскопической атрофии желудка у пациентов, которым была проведена эрадикация после ЭСД, была выше, чем у других пациентов, и мы обнаружили, что пациенты, которые подверглись эрадикации из-за язвы желудка, имели высокую степень гистологической атрофии и кишечной метаплазии. в прилегающей слизистой оболочке по сравнению с другими пациентами.Этот результат указывает на то, что пациенты, у которых ранее были язвы желудка, будут иметь более тяжелые уровни гистологической атрофии и кишечной метаплазии, которые были связаны с риском рака желудка, даже после длительного лечения H . pylori искоренение. Больные гастритом с язвой желудка характеризуются более серьезным повреждением поверхностного эпителия, что может привести к мультифокальному атрофическому гастриту. Таким образом, пациенты с язвой желудка относятся к группе высокого риска развития рака желудка [13–15].Эта концепция также применима для пациентов после H . pylori искоренение. Таким образом, плановое эндоскопическое наблюдение следует проводить за пациентами с язвой желудка после H . pylori искоренение.

    Несколько отчетов предположили, что рак желудка после успешного H . pylori эрадикация демонстрирует различные гистологические особенности, такие как нормальный эпителий и / или поверхностная дифференцировка, покрывающая опухолевую ткань [16–18], что иногда затрудняет эндоскопический диагноз [17,18].В этом исследовании 12 поражений EGC были сочтены нечеткими случаями, поскольку их латеральные расширения были эндоскопически неразличимы по всей краевой области. Мы показали, что нечеткие случаи имели значительно более высокую степень гистологической атрофии и кишечной метаплазии в теле, но не в прилегающей слизистой оболочке. В этих случаях наблюдались вкрапления регенерированных желудочных крипт в оставшейся атрофии желудка в теле желудка (данные не показаны). Можно предположить, что такие гистологические состояния в теле желудка могут быть связаны с нечеткими случаями EGC после H . pylori искоренение.

    Таким образом, мы показали, что большинство рака желудка после H . pylori эрадикации развиваются в эндоскопической атрофической слизистой оболочке или на атрофической границе, что характеризуется высокой степенью гистологической атрофии и кишечной метаплазии. Таким образом, эндоскопическое наблюдение рака желудка после H . Следует проводить эрадикацию pylori , всегда уделяя особое внимание атрофической области.Мы также должны учитывать пациентов, которым выполняется эндоскопическая резекция рака желудка, а также пациентов с язвенной болезнью в анамнезе, которые имеют риск развития рака после H . pylori искоренение. Наши результаты также заслуживают более интенсивного изучения для разработки стратегии ранней диагностики, лечения и профилактики рака желудка после H . pylori искоренение.

    Дополнительная информация

    S1 Рис.

    Типичное эндоскопическое изображение нечеткого случая (а).Раковое поражение было видно внутри желтоватой пунктирной линии, но его латеральное распространение было неясным. Степень эндоскопической атрофии (b), гистологические степени инфильтрации мононуклеарных клеток, атрофии и метаплазии в теле (c, d и e соответственно) и прилегающей слизистой оболочке (f, g и h соответственно) по отношению к нечеткому случаю. Статистический анализ проводился с помощью t-критерия Стьюдента.

    https://doi.org/10.1371/journal.pone.0163700.s001

    (TIF)

    Вклад авторов

    1. Концептуализация: TT.
    2. Обработка данных: TT NH.
    3. Формальный анализ: TT.
    4. Расследование: ТТ ТС НХ ТК МО ТИ.
    5. Методология: TT TS NH.
    6. Администрация проекта: ТТ.
    7. Надзор: ТС МН ДН НЕТ.
    8. Визуализация: TT.
    9. Написание — черновик: ТТ.
    10. Написание — просмотр и редактирование: ТТ.

    Список литературы

    1. 1.Парсоннет Дж., Фридман Г.Д., Вандерштин Д.П., Чанг Й., Фогельман Дж. Х., Орентрайх Н. и др. (1991) Инфекция Helicobacter pylori и риск рака желудка. N Engl J Med. 325: 1127–31. pmid: 18

    2. 2. Huang JQ, Sridhar S, Chen Y, Hunt RH (1998) Мета-анализ взаимосвязи между серопозитивностью Helicobacter pylori и раком желудка. Гастроэнтерология. 114: 1169–79. pmid: 9609753
    3. 3. Уэмура Н., Окамото С., Ямамото С., Мацумура Н., Ямагути С., Ямакидо М. и др.(2001) Инфекция Helicobacter pylori и развитие рака желудка. N Engl J Med. 345: 784–9. pmid: 11556297
    4. 4. Watanabe T, Tada M, Nagai H, Sasaki S, Nakao M (1998) Инфекция Helicobacter pylori вызывает рак желудка у монгольских песчанок. Гастроэнтерология. 115: 642–8. pmid: 9721161
    5. 5. Симидзу Н., Икехара Й., Инада К., Наканиси Х., Цукамото Т., Нозаки К. и др. (2000) Искоренение снижает усиливающее воздействие инфекции Helicobacter pylori на канцерогенез железистого желудка у монгольских песчанок.Cancer Res. 60: 1512–4. pmid: 10749114
    6. 6. Фукасе К., Като М., Кикучи С., Иноуэ К., Уэмура Н., Окамото С. и др. (2008) Влияние эрадикации Helicobacter pylori на частоту метахронной карциномы желудка после эндоскопической резекции раннего рака желудка: открытое рандомизированное контролируемое исследование. Ланцет. 372: 392–7. pmid: 18675689
    7. 7. Камада Т., Хата Дж., Сугиу К., Кусуноки Х., Ито М., Танака С. и др. (2005) Клинические особенности рака желудка, обнаруженные после успешной ликвидации Helicobacter pylori: результаты 9-летнего проспективного исследования в Японии.Алимент Pharmacol Ther. 21: 1121–6. pmid: 15854174
    8. 8. Ямамото К., Като М., Такахаши М., Ханеда М., Шинада К., Нисида У. и др. (2011) Клинико-патологический анализ ранних стадий рака желудка, обнаруженных после успешной ликвидации Helicobacter pylori. Helicobacter. 16: 210–6. pmid: 21585606
    9. 9. Кимура К., Такемото Т. (1973) Эндоскопическое распознавание атрофической границы и его значение при хроническом гастрите. Эндоскопия 5: 21–6.
    10. 10.Dixon MF, Genta RM, Yardley JH, Correa P (1996) Классификация и классификация гастрита: обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. AmJ Surg Pathol 20: 1161–81.
    11. 11. Ханаока Н., Уэдо Н., Сиотани А., Иноуэ Т., Такеучи Ю., Хигашино К. и др. (2010) Автофлуоресцентная визуализация для прогнозирования развития метахронного рака желудка после эрадикации Helicobacter pylori. J Gastroenterol Hepatol.25: 1844–9. pmid: 210

    12. 12.Sugano K, Tack J, Kuipers EJ, Graham DY, El-Omar EM, Miura S и др. (2015) Киотский глобальный консенсусный отчет по гастриту Helicobacter pylori. Кишечник. 64: 1353–67. pmid: 26187502
    13. 13. Correa P (1995) Helicobacter pylori и канцерогенез желудка. Am J Surg Pathol; 19 (Приложение 1): S37–43. pmid: 7762738
    14. 14. эль-Омар EM, Penman ID, Ardill JE, Chittajallu RS, Howie C, McColl KE (1995) Инфекция Helicobacter pylori и аномалии секреции кислоты у пациентов с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки.Гастроэнтерология 109: 681–91. pmid: 7657096
    15. 15. Lee S, Iida M, Yao T, Shindo S, Nose Y, Akazawa K (1990) Риск рака желудка у пациентов с язвенной болезнью, не леченной хирургическим путем. Scand J Gastroenterol 25: 1223–6. pmid: 2274743
    16. 16. Ито М., Танака С., Таката С., Ока С., Имагава С., Уэда Х (2005) Морфологические изменения опухолей желудка человека после эрадикационной терапии Helicobacter pylori в краткосрочном периоде наблюдения. Алимент Pharmacol Ther. 21: 559–66.pmid: 15740539
    17. 17. Сака А., Яги К., Нимура С. (2015) Эндоскопические и гистологические особенности рака желудка после успешной эрадикационной терапии Helicobacter pylori. Рак желудка. [Epub перед печатью] pmid: 25752268
    18. 18. Кобаяси М., Хашимото С., Нисикура К., Мидзуно К., Такеучи М., Сато Ю. и др. (2013) Увеличивающая узкополосная визуализация поверхностного созревания при раннем дифференцированном раке желудка после эрадикации Helicobacter pylori. J Gastroenterol.48: 1332–42. pmid: 23420575

    Аутоиммунный гастрит | Архив патологии и лабораторной медицины

    Диагноз АГ ставится гистологически с помощью эндоскопической биопсии. Серологические тесты на аутоантитела могут использоваться или не использоваться в клинической практике в качестве дополнения к диагностике.

    В биопсиях, которые включают слизистые оболочки антрального отдела и тела, гистологический диагноз АГ будет иметь 2 типа слизистой оболочки: нормальную слизистую оболочку антрального отдела и воспаленную, аномальную слизистую оболочку тела.Гистологические данные различаются в зависимости от того, находится ли пациент на ранней стадии, в фазе плода или в конечной фазе, когда они подвергаются биопсии. 1,8 Ранняя фаза характеризуется диффузным воспалением с преобладанием базального слоя в собственной пластинке (рис. 1, А) кислородной слизистой оболочки. Лимфоциты, которые представляют собой преимущественно Т-клетки CD4 + , смешаны с плазматическими клетками, эозинофилами и тучными клетками. Видны пятнистые очаги лимфоцитов, инфильтрирующих железы, и вторичные апоптотические тела (рис. 1, Б).На ранней стадии также можно увидеть различные эпителиальные метаплазии. Это включает слизистую метаплазию (также называемую псевдопилорической метаплазией), ацинарную метаплазию поджелудочной железы (рис. 1, C) и пролиферацию незрелых клеток шеи. Степень атрофии может быть разной, но остаточные париетальные клетки на ранней стадии могут стать гипертрофическими из-за избытка гастрина и образовывать небольшие полиповидные узелки, называемые псевдополипами кислородных желез, которые содержат все клетки этой слизистой оболочки, включая главные клетки. 8

    Флоридная фаза имеет выраженную атрофию кислородной слизистой оболочки с диффузным лимфоплазмоцитарным воспалением. На этой стадии преобладающее базальное место воспаления может быть менее интенсивным. Метаплазия, отмеченная на ранней стадии, сохраняется, но кишечная метаплазия также обычно заметна (рис. 1, D). Клетки ECL начинают размножаться. Слизистая оболочка антрального отдела при биопсии выявляет гиперплазию клеток гастрина.Наконец, конечная стадия похожа на стадию плода, с почти полной потерей кислородных желез, выраженной эпителиальной метаплазией и гиперплазией ECL-клеток, но с уменьшением воспаления.

    Гиперплазия ECL-клеток указывает на состояние гипергастринемии и увеличивается параллельно степени атрофии. Это происходит только при диффузной, глубокой атрофии желез и, следовательно, может присутствовать или отсутствовать на начальной биопсии или на ранней стадии заболевания.Гиперплазия может быть простой, линейной и узловатой. Клетки ECL маленькие, с прозрачной цитоплазмой, круглыми ядрами и мелкодисперсным хроматином. 8 Их наличие является диагностическим признаком АГ. Кроме того, гиперплазия ECL-клеток является предшественником карциноидной опухоли 1 типа.

    Наиболее частыми эндоскопическими поражениями при АГ являются гиперпластические полипы, обнаруживаемые у 10-40% пациентов. 3 Большинство полипов сидячие, менее 2 см в диаметре и часто множественные. 8 Полипы могут быть настолько многочисленными, что имитировать полипоз, и диагноз АГ может быть пропущен, если эндоскописты не проведут биопсию прилегающей слизистой оболочки. Псевдополипы оксинтических желез, упомянутые ранее, также могут быть обнаружены эндоскопически на ранних стадиях АГ.

    Идентификация места биопсии желудка может быть затруднена при АГ, если эндоскопист не помещает образцы в отдельно помеченные сосуды для антрального отдела и тела / дна.Полная потеря оксинтической слизистой оболочки в теле у пациента с АГ может отдаленно напоминать слизистую оболочку антрального отдела из-за потери кислородных желез, замененных метапластическими слизистыми железами. В случаях, когда и антральная, и кислородная слизистые оболочки помещаются в одну и ту же банку с образцом, можно использовать окраску гастрина для определения местоположения желудка. G-клетки присутствуют только в слизистой оболочке антрального отдела. Иммуногистохимическое окрашивание гастрина выделяет G-клетки в слизистой оболочке антрального отдела (рис. 2, А) и является отрицательным в оксинтической слизистой оболочке (рис. 2, В).

    границ | Транскриптомный анализ взаимодействий днРНК-мРНК при хроническом атрофическом гастрите

    Введение

    Хронический атрофический гастрит (ХАГ) включает хроническое воспаление слизистой оболочки желудка, которое характеризуется атрофией слизистой оболочки желудка, потерей внутренних желез и кишечной метафазией. Наиболее частые симптомы CAG включают боль в верхней части живота, вздутие живота, дискомфорт в животе и анорексию. Хронический гастрит делится на две категории: i.е., неатрофические и атрофические. Было предложено, чтобы процесс хронического неатрофического гастрита (CNAG) проходил через три стадии: атрофия желез, дисплазия метафазии и, в конечном итоге, рак желудка (GC; Correa, 1988, 1992). Хотя заболеваемость и смертность от GC в Китае снижаются, GC по-прежнему остается второй ведущей причиной смерти в Китае, согласно отчетам Национального центрального реестра рака Китая (Chen et al., 2016; Bray et al., 2018). . Как предраковое поражение GC, CAG в последнее время уделяется повышенное внимание из-за важной роли ранней диагностики и лечения CAG в предотвращении желудочного канцерогенеза.Однако из-за неочевидных клинических проявлений и снижения толерантности к инвазивным исследованиям у пациентов с КАГ ранняя диагностика КАГ остается сложной задачей в клинической практике.

    В настоящее время диагноз КАГ обычно ставится на основании эндоскопического исследования и патологических данных. Однако оценка атрофии слизистой оболочки с помощью эндоскопии и гистологии имеет несколько ограничений, таких как слабая корреляция между эндоскопическими и гистопатологическими данными, расхождения между эндоскопическими диагнозами, поставленными разными наблюдателями, а также неточная ориентация и неправильный диагноз, вызванные гистопатологическим исследованием неподходящих участков (Dixon и другие., 1996). Чтобы установить наличие и локализацию атрофии, может оказаться полезным использование при обследовании пепсиногена (PG) I или II; однако этот метод не получил широкого распространения из-за низкой стабильности PG (Syrjanen, 2016; Fang et al., 2018). Поэтому срочно необходимо открытие новых диагностических биомаркеров CAG с высокой чувствительностью и специфичностью для ранней диагностики CAG.

    Некодирующие РНК (нкРНК) представляют собой тип функциональных молекул РНК, которые не транслируются в белок.В зависимости от размера нкРНК делятся на малые нкРНК (sncRNA) длиной примерно 22 нуклеотида и длинные нкРНК (lncRNA) длиной более 200 нуклеотидов (Frith et al., 2006; Dinger et al., 2008; Perkel, 2013 ). LncRNA считаются критическими регуляторами экспрессии генов как на транскрипционном, так и на посттранскрипционном уровнях (Wilusz et al., 2008; Mercer et al., 2009; Ponting et al., 2009; Chen and Carmichael, 2010; Hung and Chang, 2010; Флинн и Чанг, 2014). Сообщалось, что днРНК может использоваться в качестве действующего фактора цис- для регуляции экспрессии близлежащих генов в геноме; напр., lncRNA Xist может использоваться в качестве действующего элемента cis- , чтобы заглушить X-хромосому (Hall and Lawrence, 2010; Pollex and Heard, 2012).LncRNA также может действовать как trans -действующий элемент для регуляции транскрипции гена. Ринн и др. (2007) обнаружили, что длинноцепочечная некодирующая РНК-HOTAIR может напрямую связываться с белком PcG, тем самым рекрутируя комплекс PRC2 в местоположение гена HOXD, тем самым реализуя регуляцию гена HOXD. LncRNA часто может связывать молекулы белка через определенные элементы и влиять на молекулярную активность и внутриклеточную локализацию белков. Напр., Высококонсервативная длинноцепочечная некодирующая RNAEvf-2 может образовывать РНК-белковый комплекс с фактором транскрипции Dlx2.Используя люциферазную репортерную плазмиду, исследование обнаружило, что транскрипционная активность Dlx2 зависит от транскрипции Evf-2 (Feng et al., 2006). Кроме того, днРНК может влиять на посттранскрипционную модификацию матричной РНК. Gong et al. обнаружили, что некоторые длинноцепочечные некодирующие РНК, содержащие Alu, являются ключевыми регуляторными молекулами, которые обеспечивают связывание и взаимодействие этих информационных РНК с помощью STAU-1 (Gong and Maquat, 2011). С другой стороны, днРНК были описаны как молекулярные биомаркеры для диагностики многих заболеваний (Tinzl et al., 2004; Ван и др., 2006, 2014; Xie et al., 2013; Pang et al., 2014; Shao et al., 2014; Свобода и др., 2014; Чжао и др., 2014, 2020; Ли и др., 2015, 2019; Тан и др., 2015; Чжоу и др., 2015, 2019; Cao et al., 2019). Поскольку днРНК обладают более высокой тканевой специфичностью, чем мРНК, кодирующие белок (Cabili et al., 2011; Derrien et al., 2012; Molyneaux et al., 2015), возможно разработать новые диагностические биомаркеры из днРНК. Таким образом, днРНК могут быть привлекательными кандидатами в новые диагностические биомаркеры CAG.Однако паттерн аномальной экспрессии lncRNAs в CAG полностью не выяснен.

    В этом исследовании профили экспрессии днРНК и мРНК в CAG были изучены с помощью высокопроизводительного секвенирования РНК. Мы идентифицировали дифференциально экспрессируемые днРНК и мРНК в образцах CAG и CNAG. На основе этой информации была построена сеть коэкспрессии днРНК-мРНК в CAG. Это исследование может предоставить полезную информацию для определения потенциальных биомаркеров для диагностики CAG.

    Материалы и методы

    Сбор клинических образцов

    Всего в этом исследовании приняли участие 40 пациентов, в том числе 20 пациентов с CNAG и 20 пациентов с CAG. Все пациенты были набраны из госпиталя Китайско-японского союза Цзилиньского университета. Все субъекты предоставили свое информированное согласие на включение до того, как они участвовали в этом исследовании. Это исследование было проведено в соответствии с Хельсинкской декларацией, а протокол был одобрен Комитетом по этике Университета Цзилинь (номер одобрения: 20110).Биопсии клинических образцов амбулаторных и стационарных пациентов были собраны во время эндоскопической процедуры в нашей больнице. Образцы сразу замораживали в жидком азоте, а затем хранили при -80 ° C. Диагноз, основанный на отобранных образцах тканей, подтвержден гистологией.

    Выделение тотальной РНК

    Суммарная РНК была выделена из образцов тканей 20 пациентов с CAG и 20 CNAG с использованием реагента TRIzol (Invitrogen, Carlsbad, CA, United States) в соответствии с протоколом производителя.Целостность РНК, выделенной из образцов ткани, оценивали стандартным денатурирующим электрофорезом в агарозном геле. Концентрацию каждого образца РНК определяли анализом на спектрофотометре NanoDropND-1000 (Agilent, Wilmington, DE, США). РНК каждого образца была разделена на две части; одну часть использовали для секвенирования транскриптома, а другую часть использовали для количественной полимеразной цепной реакции в реальном времени (qRT-PCR).

    Высокопроизводительное секвенирование всего транскриптома

    Подготовка библиотеки РНК

    и секвенирование библиотеки РНК было выполнено Cloud-Seq Biotech (Шанхай, Китай).В этом исследовании был разработан специальный дизайн путем смешивания четырех последовательных образцов от 20 пациентов с КАГ для формирования одной групповой выборки (всего пять групп) из-за небольшого размера доступных образцов. По той же причине были приготовлены другие пять групповых образцов от 20 пациентов с CNAG. До создания библиотек РНК для удаления рРНК использовали наборы для удаления рРНК Ribo-Zero (Illumina, Сан-Диего, Калифорния, США). Затем РНК, обедненную рРНК, использовали для конструирования библиотек РНК с помощью набора TruSeq Stranded RNA Library Prep Kit (Illumina, Сан-Диего, Калифорния, США).Вкратце, фрагменты кДНК затем подвергали репарированию на концах, имели dA-хвост и лигировали адаптер. Лигированные продукты кДНК очищали и обрабатывали урацил-ДНК-гликозилазой для удаления кДНК второй цепи при сохранении кДНК первой цепи, которую подвергали 14 циклам амплификации ПЦР. Качество библиотеки оценивали с помощью системы Bioanalyzer 2100 (Agilent Technologies, Ричардсон, Техас, США). Затем библиотеки по 10 пМ денатурировали в одноцепочечные молекулы ДНК, захватывали на проточных ячейках Illumina, амплифицировали in situ в виде кластеров и, наконец, секвенировали в течение 150 циклов на секвенсоре Illumina HiSeq в соответствии с инструкциями производителя.Секвенированные чтения были отключены программным обеспечением cutadapt (Kechin et al., 2017) (v1.9.3), а чтения низкого качества были удалены для получения высококачественных чтений. Высококачественные считывания были сопоставлены с версией генома человека HG19 из базы данных UCSC, и каждая измеренная днРНК была аннотирована в соответствии с соответствующим файлом аннотации генома.

    Идентификация дифференциально экспрессируемых днРНК

    Высокопроизводительное секвенирование образцов RNA-Seq было выполнено Cloud-Seq Biotech (Шанхай, Китай).Процедуру секвенирования завершали на приборе Illumine Hiseq со спаренными концевыми считываниями 150 пар оснований. Чтобы выполнить профилирование транскриптома, необработанные данные секвенирования (считывания высокого качества) были проанализированы путем сравнения сходства (выравнивания) эталонного генома, то есть эталонного генома человека (UCSC hg19), с использованием программного обеспечения hisat2. Были собраны транскрипты днРНК и мРНК, из которых относительное количество генов было оценено с помощью программного обеспечения Cuffdiff (v2.2.1, часть запонок) во фрагментах на килобазу транскрипта на миллион отображенных считываний.Перед выполнением анализа дифференциальной экспрессии мы провели анализ главных компонентов (PCA). График экспрессии генов PCA показывает воспроизводимость данных в пяти группах CAG и пяти группах CNAG (дополнительный рисунок 1). Значимость изменений профиля экспрессии транскриптов между группами определяли с помощью статистического теста, с помощью которого были идентифицированы дифференциально экспрессируемые гены, либо днРНК, либо мРНК. Кроме того, гены-мишени днРНК также были предсказаны по их расположению в соседних генах.Когда две группы образцов сравниваются, карта вулкана рисуется Python через несколько изменений и p -value. Пороговое значение для значимо дифференциально экспрессируемых днРНК представляло собой кратное изменение ≥2,0 и значение p <0,05.

    Анализ функционального обогащения

    Geneontology — это онлайн-аналитический инструмент, используемый для извлечения исчерпывающей биологической информации, связанной с большими списками генов-кандидатов. В этом исследовании был проведен анализ онтологии генов (GO) целевых генов дифференциально экспрессируемых днРНК.Путем биоинформатического анализа термины GO были отобраны из значительно обогащенных наборов генов ( p <0,05). 10 лучших обогащенных GO терминов между группами CAG и CNAG с p <0,05 считались значительно обогащенными CAG.

    Создание сети днРНК – мРНК

    Сеть коэкспрессии транскриптов днРНК-мРНК была сконструирована для исследования латентных функций дифференциально экспрессируемых днРНК и взаимодействий между мРНК и днРНК.Коэффициент корреляции Пирсона (PCC) был рассчитан для оценки корреляции между дифференциально экспрессируемыми днРНК и мРНК. Статистически значимая корреляционная пара была обозначена как PCC> 0,99 или p <-0,99 и p <0,01. Сеть коэкспрессии, показывающая значимые пары, была построена с использованием программного обеспечения Cytoscape (версия 3.7.2; Smoot et al., 2011).

    Анализ сети белок-белкового взаимодействия

    Metascape — это онлайн-аналитический инструмент, используемый для аннотации и анализа генов.Сетевой анализ белок-белкового взаимодействия (PPI) был проведен в этом исследовании с использованием Metascape. Путем загрузки списков активированной мРНК и выбора правильного вида ( Homo sapiens, ) был проведен анализ сети PPI с последующим анализом алгоритма MCODE (версия 1.5.1) для идентификации связанных компонентов сети. Затем анализ обогащения биологического процесса был применен к каждому компоненту MCODE независимо. Мы сохранили четыре наиболее оцененных (по p -значение) терминов в качестве функционального описания полученных модулей.

    qRT-PCR

    Анализ qRT-PCR SYBR green использовали для подтверждения дифференциально экспрессируемых днРНК, идентифицированных с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования. Образцы тканей были собраны у 20 пациентов с CAG и 20 CNAG. Суммарную РНК, выделенную из образца ткани отдельного пациента, использовали для обратной транскрипции и ПЦР. qRT-PCR выполняли с использованием набора для анализа SYBR green (TaKaRa Biotechnology, Далянь, Китай) и прибора Roche LightCycler 480 (Roche Applied Science, Мангейм, Германия).Пять специфических праймеров, используемых для qRT-PCR, перечислены в дополнительной таблице 1. Программа qRT-PCR была следующей: денатурация при 95 ° C в течение 30 секунд, затем 40 циклов при 95 ° C в течение 5 секунд и 60 ° C для 30 с. Каждый образец анализировали в трех экземплярах. Относительное количество днРНК было нормализовано относительно количества GAPDH, и изменение кратности для каждой днРНК было рассчитано методом 2 –ΔΔ Ct .

    Статистический анализ

    Данные выражены как среднее ± стандартное отклонение.Значение кратного изменения и значение p использовали для оценки дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК. Достоверность разницы уровней экспрессии днРНК и мРНК между группами CAG и CNAG оценивали с помощью теста Стьюдента t . Коэффициент ложного обнаружения был рассчитан для корректировки значения p . p <0,05 считалось статистически значимым.

    Результаты

    Клинические особенности и диагностика пациентов с CAG или CNAG

    Это исследование включало 20 пациентов с CAG (12 мужчин и восемь женщин, средний возраст 59 лет) и 20 пациентов с CNAG (11 мужчин и девять женщин, средний возраст 43 года).Между группами CAG и CNAG соотношения курения сигарет и употребления алкоголя статистически не различались. Частота инфицирования Helicobacter pylori составляла 75 и 35% в группах CAG и CNAG, соответственно (Таблица 1). Как показано на рисунке 1, диагноз CNAG или CAG был подтвержден на основании последнего эндоскопического обследования и патологического диагноза на момент включения в это исследование.

    Таблица 1. Клинические особенности пациентов с CAG и CNAG.

    Рисунок 1. Эндоскопическая и патологическая диагностика CAG или CNAG. Патологические находки (A), CNAG и (B), CAG. Потеря железистых клеток желудка в слизистой оболочке желудка обозначена тонкой стрелкой, а замещение эпителием кишечного типа обозначено толстой стрелкой (окрашивание гематоксилином-эозином; 100-кратное увеличение).

    Сравнение днРНК и мРНК

    В этом исследовании транскрипты, полученные из данных секвенирования без кодирующего потенциала, рассматривались как набор кандидатов днРНК.Всего из всех образцов было получено 97 286 днРНК (дополнительная таблица 2). Мы систематически анализировали характеристики экспрессии этих днРНК и мРНК в отношении их распределения по длине. Все днРНК имели длину от 80 до более 6000 нуклеотидов, а большая часть днРНК имела длину 200–3000 нуклеотидов. Все мРНК имели длину от 80 до более 6000 нуклеотидов, а большинство мРНК имели длину более 6000 нуклеотидов (рис. 2А). Они были собраны из авторитетной базы данных Ensembl, UCSC knownGene, RefSeq, TCONS и UCR, а также из некоторых данных, представленных в литературе (рисунок 2B).В соответствии с относительным положением кодирующего гена в хромосоме днРНК можно разделить на шесть широких категорий: перекрывающиеся экзонсенсом, интронные антисмысловые, межгенные, природные антисмысловые, перекрывающиеся по смысловым интронам и двунаправленные (Guo et al., 2018). 97 282 днРНК включали 22 777 перекрывающихся смысловых экзонов (23%), 22 440 интронных антисмысловых (23%), 19 759 межгенных днРНК (20%), 17 672 естественных антисмысловых (18%), 8357 интронных перекрывающихся (9%) и 6280 двунаправленные днРНК (7%; рис. 2С).

    Рисунок 2. Характеристики днРНК и мРНК, идентифицированные в этом исследовании. (A) Распределение длин транскриптов днРНК и мРНК. (B) Круговая диаграмма, показывающая сравнительное количество днРНК из авторитетных баз данных. (C) Круговая диаграмма, показывающая компоненты днРНК в каждой категории в соответствии с их относительным положением в хромосоме по отношению к кодирующим генам.

    Идентификация дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG

    Мы также идентифицировали дифференциально экспрессируемые днРНК и мРНК в образцах CAG и CNAG, которые показаны иерархической кластеризацией на фиг. 3A, B.Всего 377 мРНК с повышенной и 763 подавленной мРНК в CAG были идентифицированы путем сравнения CAG и CNAG с использованием следующих пороговых значений: кратное изменение ≥ 2,0 и p <0,05 (рис. 3C). Кроме того, были идентифицированы 50 днРНК с повышенной и 66 отрицательной регуляции в CAG ( p <0,05, кратное изменение ≥ 2; фигура 3D). Кроме того, в таблице 2 перечислены 20 основных дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG.

    Рис. 3. Иерархическая кластеризация и графики вулканов. (A, B) Иерархическая кластеризация показывает различимые профили экспрессии днРНК и мРНК в образцах тканей CAG и CNAG. Повышенная экспрессия обозначена красным, а пониженная экспрессия обозначена зеленым. (C, D) Графики вулкана выявляют дифференциально экспрессируемые мРНК и днРНК в образцах ткани CAG по сравнению с образцами ткани CNAG. Повышенная экспрессия обозначена красным, а пониженная экспрессия обозначена зеленым. Ось x на графике представляет кратное изменение (в масштабе log2).Ось y представляет значение p . Красная точка представляет собой дифференциально экспрессируемые гены, которые имеют значительную повышенную регуляцию, а зеленая точка представляет значительно подавленные дифференциально экспрессируемые гены. Зеленая линия — это разделительная линия между дифференциальными и недифференциальными генами.

    Таблица 2. 20 лучших днРНК, экспрессируемых по-разному в CAG.

    Функциональный анализ мРНК и днРНК

    Чтобы дополнительно проиллюстрировать функции дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК в CAG, мы проанализировали категории GO, используя инструмент под названием Geneontology, с помощью которого могут быть найдены наиболее значимые термины GO для активированных мРНК и днРНК.Анализ GO показал, что дифференциально экспрессируемые мРНК в CAG были значительно обогащены следующими четырьмя биологическими процессами: низкомолекулярными метаболическими процессами, метаболическими процессами ксенобиотиков, ответом на ксенобиотические стимулы и метаболическими процессами оксокислоты (рис. 4A). Между тем, четыре основных биологических процесса, связанных с дифференциально экспрессируемыми днРНК в CAG, были ответом на молекулу бактериального происхождения, регуляцией активности киназы MAP, регуляцией тепловыделения и процессами модификации белка (рис. 4B).

    Рисунок 4. Анализ обогащения онтологии генов (GO). Биологические процессы активированных мРНК и днРНК анализировали с помощью аннотаций GO. (A) 10 главных терминов GO дифференциально экспрессируемых мРНК в CAG. (B) 10 главных терминов GO дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG.

    Анализ коэкспрессированных днРНК и мРНК в CAG

    Функции днРНК анализировали на основе сети коэкспрессии днРНК-мРНК.Здесь мы использовали PCC, меру коэкспрессии для построения сети коэкспрессии как для мРНК с повышенной регуляцией, так и для днРНК в CAG (рис. 5). Наш анализ показал, что ENST00000488188, ENST00000583490 и NR_121662 были тремя днРНК с наиболее частыми взаимодействиями; следовательно, их следует рассматривать как наиболее активные днРНК в CAG.

    Фиг. 5. Построение сети коэкспрессии. Сеть коэкспрессии днРНК-мРНК включает 130 соединений между 24 днРНК (желтые узлы) и 101 мРНК (синие узлы).Для корреляции между днРНК и мРНК абсолютное значение коэффициента корреляции Пирсона составляло ≥0,98 и p <0,001.

    Регуляция гена с помощью дифференциально экспрессируемых днРНК

    Чтобы предсказать функцию белка с помощью платформы сети PPI, мы загрузили список из 377 активированных мРНК в программное обеспечение Metascape (Tripathi et al., 2015) для анализа функционального обогащения. Аналитические результаты показали, что активированные мРНК были в основном обогащены биологическими процессами, такими как пищеварение, дифференцировка эпителиальных клеток и ответ на внеклеточный стимул.Наиболее обогащенные кластеры были связаны с CAG. Первые 20 кластеров значительно обогащенных терминов перечислены на Рисунке 6A. Кроме того, мы использовали базу данных Metascape, мощную сеть PPI, чтобы исследовать взаимодействия между белками, кодируемыми 155 активированными мРНК в CAG (рис. 6B). Мы определили четыре важных модуля посредством кластерного анализа сети PPI с использованием инструмента анализа, называемого подключаемым модулем Cytoscape Molecular Complex Detection (MCODE) (Bandettini et al., 2012), который основан на степени важности (рисунок 6C и дополнительная таблица 3). ).Эти четыре идентифицированных модуля были выбраны для дальнейшего анализа обогащения мРНК GO (рис. 6C). Мы обнаружили, что мРНК в модуле 1 были в основном обогащены цитохромом P450, упорядочены по типу субстрата, функционализации соединений фазы I и процессу метаболизма жирорастворимых витаминов. Гены в модуле 2 в основном коррелировали с классом A / 1 (родопсиноподобные рецепторы), событиями передачи сигналов G альфа (i) и связыванием лиганда GPCR. Гены в Модуле 3 были в основном обогащены сульфатированием, пуриновым рибонуклеозидбисфосфатом и процессом метаболизма 3′-фосфоаденозин-5′-фосфосульфата.Гены в модуле 4 в основном коррелировали с ороговением, образованием ороговевшей оболочки и ороговением (рис. 6С). Среди этих дифференциально экспрессируемых мРНК те, которые совместно экспрессируются с дифференциально экспрессируемыми днРНК в CAG, были выбраны в качестве наших мишеней для анализа PPI. Как показано на рисунке 6D, анализ диаграммы Венна с использованием базы данных Metascape показал восемь мРНК на пересечении 155 мРНК, включая DGKA, EIF6, HKDC1, DHRS11, CPS1, KRT15, ​​TESPA1 и CDHR2, а также 101 lncRNA- нацеленные гены.

    Рис. 6. Анализ обогащения, построение сети межбелкового взаимодействия (PPI) и модульный анализ. (A) Метаскейп-визуализация сетей 20 лучших кластеров: каждый узел представляет собой один расширенный термин, окрашенный идентификатором кластера, а узлы, которые совместно используют один и тот же кластер, обычно расположены близко друг к другу. Размер узла пропорционален количеству входных генов, попадающих в этот термин. Более толстые края представляют большее сходство. (B) Построение сети PPI активированных мРНК: узлы представляют белки, кодируемые генами, а края представляют связи между узлами. (C) Четыре подсети были идентифицированы анализом подключаемого модуля Cytoscape MCODE. См. Дополнительную информацию в таблице 3. (D) Диаграмма Венна дифференциально экспрессируемых генов, нацеленных на днРНК, и мРНК в CAG.

    Подтверждение экспрессии днРНК

    Как упоминалось выше, эти мРНК не только активируются в CAG, но также потенциально могут регулировать экспрессию генов.qRT-PCR использовали для проверки уровней экспрессии дифференциально экспрессируемых днРНК, которые были идентифицированы высокопроизводительным секвенированием и биоинформатическим анализом 20 образцов тканей CAG и 20 CNAG. Для проверки были выбраны пять дифференциально экспрессируемых днРНК (фиг. 7). Как показано на рисунке 7, NR_117090, ENST00000422847, ENST00000583490, ENST00000488188 и ENST00000459255 были активированы в CAG по сравнению с CNAG. Результаты проверки с помощью qRT-PCR согласовывались с данными высокопроизводительного секвенирования и биоинформатического анализа.

    Фиг. 7. Проверка дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG с помощью qRT-PCR. Уровни экспрессии днРНК в образцах ткани CAG и CNAG, включая (A) ENST00000422847; (В) NR_117090; (C) ENST00000583490; (D) ENST00000488188; и (E) ENST00000459255. Все данные (среднее ± стандартное отклонение) были получены из 20 экспериментов ( n = 20). Статистический анализ проводился с использованием непарного t -теста. представляет p <0,05, а ∗∗ представляет p <0,01.

    Обсуждение

    Во всем мире GC является пятым по распространенности раком и третьей по значимости причиной смерти от рака, а частота встречаемости GC составляет более одного миллиона случаев ежегодно (Bray et al., 2018). Примечательно, что GC является второй ведущей причиной смерти от рака в Китае (Chen et al., 2016). Недавние исследования показали, что CAG может быть предраковым состоянием GC. Кроме того, сообщалось, что риск развития GC значительно увеличивается с тяжестью предракового состояния при первичном диагнозе (de Vries et al., 2008). Следовательно, раннее обнаружение таких предраковых поражений имеет решающее значение для ранней диагностики GC (Dinis-Ribeiro et al., 2012). Более того, диагноз CAG в настоящее время основывается на гистопатологическом руководстве после выборки случайной эндоскопической биопсии (например, стратегии Сиднейской биопсии). Однако у этого подхода есть очевидные недостатки, такие как неадекватный диагноз, плохая повторяемость и плохая корреляция между эндоскопией и гистологией. Таким образом, необходимо открыть новые чувствительные и надежные биомаркеры для разработки новых методов ранней диагностики CAG.

    В последние годы lncRNA привлекают все большее внимание, поскольку было показано, что они участвуют в онкогенезе и прогрессировании опухоли. Многие данные подтверждают, что дисрегулируемая экспрессия днРНК связана с фенотипом и характеристиками роста опухолей и связана с клинико-патологическими особенностями и прогнозом больных раком. Также сообщалось, что lncRNAs играют важную роль в патогенезе GC (Lin et al., 2014). Согласно исследованиям днРНК в GC и CAG, есть одно сообщение, показывающее, что однонуклеотидные полиморфизмы (SNP) взаимодействуют с PGC, кодирующим геном с соседними днРНК, что может повлиять на восприимчивость человека к GC и CAG (Lv et al., 2018). В этом исследовании было обнаружено 15 попарно взаимодействующих SNP PGC-lncRNA, в которых пять пар имели отношение к риску CAG. Однако на сегодняшний день профили экспрессии lncRNAs в CAG остаются неясными.

    С этой целью в нашем исследовании изучали профили экспрессии днРНК и мРНК в CAG с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования с использованием образцов тканей, собранных у пациентов с CAG и CNAG. Всего в этом исследовании было задействовано 40 пациентов (20 CAG и 20 CNAG). Всем пациентам была проведена эндоскопия и гистопатологический диагноз.Чтобы исследовать потенциальные биологические функции днРНК, сеть коэкспрессии днРНК-мРНК была проанализирована через соединение PPI.

    Насколько нам известно, это первый отчет о высокопроизводительном секвенировании для анализа профилей экспрессии днРНК и мРНК в CAG и CNAG. Путем анализа данных секвенирования мы получили 97 282 транскриптов днРНК и 20 307 транскриптов мРНК. Результаты секвенирования транскриптома показали, что по сравнению с профилями экспрессии как днРНК, так и мРНК в образцах тканей CAG и CNAG, было 377 мРНК с повышенной и 763 пониженной регуляцией мРНК, а также 55 днРНК с повышенной и 66 пониженной регуляцией днРНК в CAG.Большинству дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG не дано официальных названий, и их функции остаются неизвестными.

    Дальнейший анализ показал, что 101 дифференциально экспрессируемая мРНК коэкспрессировалась с 24 дифференциально экспрессируемыми днРНК. Чтобы предсказать скрытые функции этих днРНК, был проведен анализ с помощью Geneontology. Сообщается, что среди этих терминов GO сигнальный путь киназы MAP играет решающую роль в развитии CAG и связан с GC, вызванным CAG (Li et al., 2018). Путь передачи сигналов киназы MAP является одним из наиболее важных терминов GO, идентифицированных с помощью анализа GO, предполагая, что регуляция активности киназы MAP с помощью дифференциально экспрессируемых днРНК и мРНК может вносить вклад в развитие CAG. Еще один популярный термин ГО — липидные метаболические процессы. Сообщалось, что нарушения липидов играют ключевую роль в развитии CAG (Liu et al., 2019).

    Чтобы лучше понять потенциальные взаимодействия и связанные функции коэкспрессируемых днРНК и мРНК, подтвержденных в этом исследовании, мы объединили коэкспрессируемые гены и ИПП для построения интегрированной сети.Всего восемь мРНК, общих как в сети коэкспрессии, так и в сети PPI, были отобраны с помощью анализа Венна, включая DGKA, EIF6, HKDC1, DHRS11, CPS1, KRT15, ​​TESPA1 и CDHR2. Сообщалось, что эти мРНК связаны с развитием CAG и GC. Предполагается, что среди этих мРНК DGKA служит потенциальным биомаркером для диагностики GC (Kong et al., 2016). KRT15 был идентифицирован в этом исследовании и был связан с прогнозом пациентов с РЖ другими исследователями (Zhang et al., 2019) из-за его роли в механизме метилирования ДНК GC. Таким образом, KRT15 является многообещающим прогностическим маркером GC. Это исследование имело некоторые ограничения, которые необходимо устранить. Например, было проанализировано небольшое количество образцов ткани (только 20 образцов CAG и 20 образцов CNAG). Ценные гены и пути могут быть дополнительно идентифицированы из нашей базы данных. Следовательно, нам необходимо увеличить размер выборки для дальнейших исследований. Еще один недостаток этого исследования — H . Инфекция pylori не входит во влияющие факторы; следовательно, этот фактор будет включен в план эксперимента в последующем исследовании.Настоящее исследование — наша предварительная работа. Хотя многочисленные результаты были получены в результате биоинформатического анализа и секвенирования транскриптомов в этом исследовании, идентификация функциональных путей и механизмов действия, связанных с дифференциально экспрессируемыми генами, с помощью экспериментальных подходов необходима в будущих исследованиях.

    Заключение

    В заключение, настоящее исследование выявило пять дифференциально экспрессируемых днРНК в CAG, которые были обнаружены с помощью высокопроизводительного полнотранскриптомного секвенирования и подтверждены qRT-PCR, включая NR_117090, ENST00000422847, ENST00000583490, ENST00000488188 и ENST00000459255.Эти днРНК могут участвовать в развитии CAG и могут использоваться в качестве потенциальных биомаркеров для диагностики CAG. Кроме того, наши результаты могут быть полезны для лучшего понимания потенциальных функций днРНК в CAG. Однако для оценки клинической ценности этих днРНК все еще необходимы дальнейшие исследования.

    Заявление о доступности данных

    Наборы данных, созданные для этого исследования, можно найти в доступе NCBI GEO GSE153224.

    Заявление об этике

    Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены этическим комитетом Цзилиньского университета.Пациенты / участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

    Взносы авторов

    BZ и LY разработали и руководили исследованием. BZ и JJ проводили эксперименты. LW и YC проводили эксперименты. XJ и JJ проанализировали данные. YC написал рукопись. В БЖ внесены правки рукописи. Все авторы прочитали и одобрили окончательную рукопись.

    Финансирование

    Работа поддержана грантом Специального проекта научных исследований в области здравоохранения провинции Цзилинь (идентификатор гранта: 2019SCZ009).

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют, что исследование проводилось в отсутствие каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

    Благодарности

    Мы благодарим Cloud-Seq Biotech, Inc. (Шанхай, Китай) за высокопроизводительное секвенирование полного транскриптома и дальнейший биоинформатический анализ.

    Дополнительные материалы

    Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https: // www.frontiersin.org/articles/10.3389/fgene.2020.612951/full#supplementary-material

    Дополнительный рисунок 1 | Анализ главных компонентов (PCA). График экспрессии генов PCA, показывающий воспроизводимость данных в пяти группах CAG и пяти группах CNAG.

    Дополнительная таблица 1 | Праймеры, используемые для qRT-PCR.

    Сноски

    Список литературы

    Бандеттини, В. П., Келлман, П., Манчини, К., Букер, О. Дж., Васу, С., Leung, S. W. и др. (2012). Функция замедленного усиления MultiContrast (MCODE) улучшает обнаружение субэндокардиального инфаркта миокарда с помощью позднего повышения содержания гадолиния. Сердечно-сосудистый магнитный резонанс: клиническое испытание. J. Cardiovasc. Magn. Резон. 30:83. DOI: 10.1186 / 1532-429x-14-83

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Брей, Ф., Ферли, Дж., Сурджоматарам, И., Сигел, Р. Л., Торре, Л. А., и Джемаль, А. (2018). Глобальная статистика рака 2018: оценки GLOBOCAN заболеваемости и смертности во всем мире от 36 видов рака в 185 странах. CA Cancer J. Clin. 68, 394–424. DOI: 10.3322 / caac.21492

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Cabili, M. N., Trapnell, C., Goff, L., Koziol, M., Tazon-Vega, B., Regev, A., et al. (2011). Интегративная аннотация больших межгенных некодирующих РНК человека раскрывает глобальные свойства и специфические подклассы. Genes Dev. 15, 1915–1927. DOI: 10.1101 / gad.17446611

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Цао, М., Ли, Х., Чжао, Дж., Цуй, Дж., И Ху, Г. (2019). Идентификация связанных с возрастом и полом длинных некодирующих РНК в головном мозге человека с болезнью Альцгеймера. Neurobiol. Старение 81, 116–126. DOI: 10.1016 / j.neurobiolaging.2019.05.023

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Chen, W., Zheng, R., Baade, P.D., Zhang, S., Zeng, H., Bray, F., et al. (2016). Статистика рака в Китае, 2015 г. CA Cancer J. Clin. 66, 115–132. DOI: 10,3322 / caac.21338

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Correa, P. (1988). Человеческая модель канцерогенеза желудка. Cancer Res. 48, 3554–3560.

    Google Scholar

    Correa, P. (1992). Канцерогенез желудка у человека: многоэтапный и многофакторный процесс — первая лекция Американского онкологического общества по эпидемиологии и профилактике рака. Cancer Res. 52, 6735–6740.

    Google Scholar

    де Фрис, А.К., ван Грикен, Н. К., Луман, К. В., Каспари, М. К., де Фрис, Э., Мейер, Г. А. и др. (2008). Риск рака желудка у пациентов с предраковыми поражениями желудка: общенациональное когортное исследование в Нидерландах. Гастроэнтерология 134, 945–952. DOI: 10.1053 / j.gastro.2008.01.071

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Derrien, T., Johnson, R., Bussotti, G., Tanzer, A., Djebali, S., Tilgner, H., et al. (2012). Каталог длинных некодирующих РНК человека GENCODE v7: анализ их генной структуры, эволюции и экспрессии. Genome Res. 22, 1775–1789. DOI: 10.1101 / gr.132159.111

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Динджер М. Э., Панг К. К., Мерсер Т. Р. и Маттик Дж. С. (2008). Дифференциация кодирующей белок и некодирующей РНК: проблемы и неоднозначности. PLoS Comput. Биол. 4: e1000176. DOI: 10.1371 / journal.pcbi.1000176

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Dinis-Ribeiro, M., Areia, M., de Vries, A.К., Маркос-Пинто Р., Монтейро-Соарес М., О’Коннор А. и др. (2012). Ведение предраковых состояний и поражений желудка (MAPS): рекомендации Европейского общества гастроинтестинальной эндоскопии (ESGE), Европейской исследовательской группы Helicobacter (EHSG), Европейского общества патологов (ESP) и Sociedade Portuguesa de Endoscopia Digestiva (СКОРОСТЬ). Арка Вирхова. 460, 19–46. DOI: 10.1007 / s00428-011-1177-8

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Диксон, М.Ф., Гента, Р. М., Ярдли, Дж. Х., и Корреа, П. (1996). Классификация и градация гастрита. Обновленная Сиднейская система. Международный семинар по гистопатологии гастрита, Хьюстон, 1994. Am. J. Surg. Патол. 20, 1161–1181. DOI: 10.1097 / 00000478-199610000-00001

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Fang, J. Y., Du, Y. Q., Liu, W. Z., Ren, J. L., Li, Y. Q., Chen, X. Y., et al. (2018). Китайский консенсус по хроническому гастриту (2017, Шанхай). J. Dig. Дис. 19, 182–203. DOI: 10.1111 / 1751-2980.12593

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Фэн Дж., Би, К., Кларк, Б. С., Мэди, Р., Шах, П., и Кохц, Дж. Д. (2006). Некодирующая РНК Evf-2 транскрибируется из ультраконсервативной области Dlx-5/6 и функционирует как коактиватор транскрипции Dlx-2. Genes Dev. 20, 1470–1484. DOI: 10.1101 / gad.1416106

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Фрит, М.К., Бейли, Т. Л., Касукава, Т., Миньоне, Ф., Куммерфельд, С. К., Мадера, М. и др. (2006). Дискриминация транскриптов, не кодирующих белок, от мРНК, кодирующей белок. RNA Biol. 3, 40–48. DOI: 10.4161 / rna.3.1.2789

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Гуо, X., Ян, Дж., Лян, Б., Шен, Т., Янь, Ю., Хуанг, С., и др. (2018). Идентификация новых биомаркеров LncRNA и построение сетей, связанных с LncRNA, у китайских пациентов хань с ишемическим инсультом. Cell. Physiol. Biochem. 50, 2157–2175. DOI: 10.1159 / 000495058

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Холл, Л. Л., и Лоуренс, Дж. Б. (2010). РНК XIST и архитектура неактивной Х-хромосомы: последствия для повторяющегося генома. Cold Spring Harb. Symp. Quant. Биол. 75, 345–356. DOI: 10.1101 / sqb.2010.75.030

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Кечин А., Боярских У., Кель А., и Филипенко, М. (2017). cutPrimers: новый инструмент для точного вырезания праймеров из считываний целевого секвенирования следующего поколения. J. Comput. Биол. 24, 1138–1143. DOI: 10.1089 / cmb.2017.0096

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Kong, Y., Zheng, Y., Jia, Y., Li, P., and Wang, Y. (2016). Снижение экспрессии LIPF коррелирует с DGKA и предсказывает плохой исход рака желудка. Онкол. Rep. 36, 1852–1860. doi: 10.3892 / или.2016.4989

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ли, К., Шао, Ю., Чжан, X., Чжэн, Т., Мяо, М., Цинь, Л. и др. (2015). Длинная некодирующая РНК в плазме, защищенная экзосомами, как потенциальный стабильный биомаркер рака желудка. Tumor Biol. 36, 2007–2012. DOI: 10.1007 / s13277-014-2807-y

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Li, S., Xu, T., Liu, S., Liu, Z., Pi, Z., Song, F., et al. (2018). Изучение потенциальной фармакодинамической материальной основы и фармакологического механизма Fufang-Xialian-Capsule при хроническом атрофическом гастрите с помощью подхода сетевой фармакологии, основанного на компонентах, всасываемых в кровь. R. Soc. Open Sci. 5: 171806. DOI: 10.1098 / RSOS.171806

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ли Ю., Сюй К., Сюй К., Чен С., Цао Ю. и Чжан Х. (2019). Роль выявленных длинных некодирующих РНК при диабетической нефропатии. J. Diabetes Res. 2019: 5383010.

    Google Scholar

    Lin, X. C., Zhu, Y., Chen, W. B., Lin, L. W., Chen, D. H., Huang, J. R., et al. (2014). Комплексный анализ длинных некодирующих РНК и профилей экспрессии мРНК раскрывает потенциальную роль днРНК в патогенезе рака желудка. Внутр. J. Oncol. 45, 619–628. DOI: 10.3892 / ijo.2014.2431

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Лю Ю., Сюй В. и Цинь X. (2019). Расшифровка механической сети хронического атрофического гастрита: исследование сетевой фармакологии, зависящее от времени мочеиспускания. Фронт. Physiol. 10: 1004. DOI: 10.3389 / fphys.2019.01004

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Lv, Z., Sun, L., Xu, Q., Gong, Y., Jing, J., Dong, N., et al. (2018). SNP-взаимодействия PGC с соседними днРНК повышают восприимчивость к раку желудка / атрофическому гастриту и влияют на экспрессию вовлеченных молекул. Cancer Med. 7, 5252–5271. DOI: 10.1002 / cam4.1743

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Мерсер Т. Р., Динджер М. Э. и Маттик Дж. С. (2009). Длинные некодирующие РНК: понимание функций. Нат. Преподобный Жене. 10, 155–159.

    Google Scholar

    Molyneaux, B.J., Goff, L.A., Brettler, A.C., Chen, H.H., Hrvatin, S., Rinn, J.L. и др. (2015). DeCoN: полногеномный анализ динамики транскрипции in vivo во время выбора судьбы пирамидных нейронов в неокортексе. Нейрон 85, 275–288. DOI: 10.1016 / j.neuron.2014.12.024

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Pang, Q., Ge, J., Shao, Y., Sun, W., Song, H., Xia, T., et al. (2014). Повышенная экспрессия длинной межгенной некодирующей РНК LINC00152 при раке желудка и ее клиническое значение. Tumor Biol. 35, 5441–5447. DOI: 10.1007 / s13277-014-1709-3

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Перкель, Дж. М. (2013). Посещение «нонкодарни». Biotechniques 301, 303–304.

    Google Scholar

    Rinn, J. L., Kertesz, M., Wang, J. K., Squazzo, S. L., Xu, X., Brugmann, S. A., et al. (2007). Функциональное разграничение активных и молчащих доменов хроматина в локусах HOX человека некодирующими РНК. Cell 129, 1311–1323.DOI: 10.1016 / j.cell.2007.05.022

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Shao, Y., Ye, M., Jiang, X., Sun, W., Ding, X., Liu, Z., et al. (2014). Длинная некодирующая РНК желудочного сока, используемая в качестве онкомаркера для скрининга рака желудка. Рак 120, 3320–3328. DOI: 10.1002 / cncr.28882

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Смут, М. Э., Оно, К., Рушейнски, Дж., Ван, П. Л., и Идекер, Т. (2011). Cytoscape 2.8: новые функции для интеграции данных и визуализации сети. Биоинформатика 27, 431–432. DOI: 10.1093 / биоинформатика / btq675

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Свобода, М., Слыскова, Дж., Шнейдерова, М., Маковицкий, П., Белик, Л., Леви, М. и др. (2014). Длинная некодирующая РНК HOTAIR является негативным прогностическим фактором не только при первичных опухолях, но и в крови пациентов с колоректальным раком. Канцерогенез 35, 1510–1515.DOI: 10.1093 / carcin / bgu055

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Сырьянен, К. (2016). Панель биомаркеров сыворотки (GastroPanel®) в неинвазивной диагностике атрофического гастрита. систематический обзор и метаанализ. Anticancer Res. 36, 5133–5144. DOI: 10.21873 / anticanres.11083

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Тан Дж., Цзян Р., Дэн Л., Чжан X., Ван К. и Сунь Б. (2015). Длинные в кровотоке некодирующие РНК действуют как биомаркеры для прогнозирования туморогенеза и метастазирования при гепатоцеллюлярной карциноме. Oncotarget 6, 4505–4515. DOI: 10.18632 / oncotarget.2934

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Тинцл М., Марбергер М., Хорват С. и Шипр К. (2004). Анализ РНК DD3PCA3 в моче — новая перспектива для выявления рака простаты. Eur. Урол. 46, 182–186; обсуждение 187.

    Google Scholar

    Tripathi, S., Pohl, M.O., Zhou, Y., Rodriguez-Frandsen, A., Wang, G., Stein, D.A., et al. (2015). Мета- и ортогональная интеграция данных «OMICs» гриппа определяет роль UBR4 в почковании вируса. Клеточный микроб-хозяин 18, 723–735. DOI: 10.1016 / j.chom.2015.11.002

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Wang, F., Ren, S., Chen, R., Lu, J., Shi, X., Zhu, Y., et al. (2014). Разработка и проспективная многоцентровая оценка длинной некодирующей РНК MALAT-1 как диагностического биомаркера в моче рака простаты. Oncotarget 5, 11091–11102. DOI: 10.18632 / oncotarget.2691

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Ван, X.С., Чжан, З., Ван, Х. К., Цай, Дж. Л., Сюй, К. В., Ли, М. К. и др. (2006). Быстрая идентификация UCA1 как очень чувствительного и специфического уникального маркера рака мочевого пузыря человека. Clin. Cancer Res. 12, 4851–4858. DOI: 10.1158 / 1078-0432.ccr-06-0134

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Вилуш, Дж. Э., Фрейер, С. М., и Спектор, Д. Л. (2008). Обработка 3′-конца длинной некодирующей РНК с сохранением в ядре дает тРНК-подобную цитоплазматическую РНК. Cell 135, 919–932.DOI: 10.1016 / j.cell.2008.10.012

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Се, Х., Ма, Х. и Чжоу, Д. (2013). Плазменный HULC как новый многообещающий биомаркер для обнаружения гепатоцеллюлярной карциномы. Biomed. Res. Int. 2013: 136106.

    Google Scholar

    Чжан, К., Лян, Ю., Ма, М. Х., Ву, К. З. и Дай, Д. К. (2019). KRT15, ​​INHBA, MATN3 и AGT аберрантно метилированы и по-разному экспрессируются при раке желудка и связаны с прогнозом. Pathol. Res. Практик. 215, 893–899. DOI: 10.1016 / j.prp.2019.01.034

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Zhao, L., Zhou, Y., Zhao, Y., Li, Q., Zhou, J., and Mao, Y. (2020). Длинная некодирующая РНК TUSC8 подавляет рост и метастазирование рака груди через ось miR-190b-5p / MYLIP. Aging (Олбани, штат Нью-Йорк) 12, 2974–2991. DOI: 10.18632 / старение.102791

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжао, Ю., Го, К., Чен, Дж., Ху, Дж., Ван, С., Сун, Ю. (2014). Роль длинных некодирующих РНК HULC в пролиферации клеток, апоптозе и метастазировании опухолей рака желудка: клинические и in vitro исследования. Онкол. Rep. 31, 358–364. DOI: 10.3892 / or.2013.2850

    PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

    Чжоу, М., Чжао, Х., Ван, X., Сунь, Дж., И Су, Дж. (2019). Анализ длинных некодирующих РНК подчеркивает регионально-специфические измененные паттерны экспрессии и диагностическую роль при болезни Альцгеймера.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.